Яков Фрейдин | Что станет с Европой?

Уже почти месяц западные европейские страны захлёстывают мутные и злобные волны демонстрантов, требующих снижения стоимости жизни.

Поразительно, но наряду с экономическими требованиями, демонстранты несут флаги не своих стран, а палестинские и требуют «свободу Палестине». Что общего между снижением уровня жизни, скажем, в Италии, и «Палестиной» никто не знает и знать не желает. Значит, кто-то использует недовольство дороговизной и полезных идиотов, как троянского коня, для продвижения своих пропагандистских целей. Кто именно? – догадаться не трудно.

Демонстрации из мирного политического инструмента стали самоцелью и методом агрессивного давления, разбудив в людях первобытный инстинкт разрушения. Пузырь, наполненный европейскими проблемами, раздувался, раздувался, раздувался… и вот его прорвало 7 октября. Как раз в годовщину израильской трагедии (не исключено, что это не случайное совпадение, а умышленно оркестровано по указанию некого «дирижёра».) Улицы крупнейших городов от Парижа до Рима ощетинились пластиковыми щитами тысяч напуганных полицейских, которые озабочены не столько наведением порядка, сколько тем, чтобы не причинить увечий хулиганам и самим не пострадать. Словно саранча, уничтожающая всё на своём пути, банды протестующих сжигают здания и автомобили, разбивают витрины магазинов, грабят всё, что в силах унести и потом продать на улицах или барахолках.

Что случилось, что за дурная болезнь напала на старушку Европу и есть ли надежда на выздоровление? Причин болезни несколько, но все они сводятся к общему знаменателю: Европа живёт не по средствам. Вот самые существенные причины, которые ударили по экономике европейских стран и вызвали разрушительные протесты.

1. После Второй мировой войны европейцы привыкли жить комфортно, не прилагая больших усилий. Возьмём для примера Францию. Чудный климат, красивые города, лучшие вина, полторы тысячи сортов сыра – чем не жизнь! Там рабочая неделя 35 часов (в США 40), оплаченный отпуск 5 недель в году (в США 2–4 недели), 11 праздников (в США в частном секторе 6–8), пенсионный возраст 62–64 года (в США 66), причём в 67 лет во Франции дают полную пенсию, даже если человек в жизни не проработал ни дня. Похожие правила в других странах: к слову, в Италии 12 праздников, 4–6 недель отпуска, и т.д. Всё бы хорошо, только ведь деньги на деревьях не растут, и кто-то за все эти прелести должен платить. Но платить никто не хочет.

2. Последние десятилетия западную Европу захлёстывали цунами мигрантов из Африки, Ближнего Востока и Азии. Страны, с прежде однородным населением, оказались расслоены по этническому признаку. Хотя французские законы запрещают получать статистические данные по этническим группам, известно, что сегодня почти четверть (!) всего населения Франции – мигранты и их дети. Кроме того, рождаемость, особенно среди мусульман, очень высока: в среднем 2.9 ребёнка на женщину, тогда как среди коренных французов – 1.85 ребёнка, что ниже минимальной цифры (2.1) для воспроизводства населения. Это значит – если ничего не изменится, французы скоро окажутся в меньшинстве в своей стране.

Мигранты, особенно мусульмане, не хотят интегрироваться в коренное население, а предпочитают создавать параллельное общество со своим языком и своими законами. Им нравится пользоваться всеми благами принявших их стран, стоящих на более высоком уровне развития, но жить хотят по архаичным традициям отсталых стран исхода. Многие из них не работают, а живут на социальное пособие. Прибыв в страну законно или нелегально, они получают массу привилегий, о которых коренные жители даже мечтать не могут: денежное пособие, бесплатные жильё, медицина, школы, питание, смартфоны, и т. д. Кто-то за всё это должен платить, но платить никто не хочет.

3. За многие годы Европа привыкла жить нахлебником Соединённых Штатов. Со времён Ленд-Лиза и Плана Маршалла, США почти восемь десятков лет держали Европу под своим крылом, защищая её своей военной мощью от агрессивного СССР, а затем от России, Китая и Ирана. Это ложилось тяжёлым бременем на американскую экономику, но позволяло европейцам лишь символически тратиться на свою оборону и направлять высвободившиеся деньги на социальные нужды. Это европейцам положительно нравилось, а потому, когда Президент Трамп потребовал от них резко увеличить военные расходы и стал срезать американское финансирование, всколыхнулась волна антиамериканизма. В бюджетах европейских стран возник дефицит и денег на содержание массы бездельников стало катастрофически не хватать. Кто-то должен платить, но платить никто не хочет.

4. Молодые европейцы – это поколение, не знавшее ни войн, ни тяжёлых экономических потрясений. Они выросли в сравнительно тепличных условиях и не привыкли к тяжёлому труду и учёбе. Более, чем 23 столетия назад Платон сформулировал циклический закон человеческого общества: «Трудные времена рождают сильных людей. Сильные люди создают хорошие времена. Хорошие времена рождают слабых людей. Слабые люди создают трудные времена». Нынешнее поколение Z (рожденные между 1997 и 2012), которое сегодня есть костяк европейских протестов и недавно в США (во времена Black Lives Matter), это «поколение слабых людей», о которых говорил Платон.

5. Коммунистическая и анархистская идеологии глубоко укоренились в сознании молодых людей. Не зная истории, очарованные примитивными идеями «равенства и братства», и не вложив ещё ничего в экономику, они требуют «справедливого» распределения ресурсов – то есть, «отнять и поделить». Эти левые идеи в сильной степени подогреваются хорошо организованными и проплаченными агитаторами на деньги из Москвы, стремящейся к дестабилизации Европы, и из радикальных мусульманских государств, в первую очередь из Ирана, Катара и Турции, цель которых – исламизация всего мира.

Когда левые стаи чувствуют безнаказанность, они теряют остатки цивильности, протесты из мирных демонстраций превращаются в бесконтрольный и бессмысленный разбой. Горько признать, но демократическое общество по своей либеральной сути не способно эффективно подавлять подобные действия. Бунты и разбой, словно рак, разъедают хрупкую ткань цивилизации и могут привести к самым печальны последствиям.

История даёт нам примеры к какому кошмару может привести неспособность слабой демократии контролировать толпу. Вспомним 1917 год, когда на короткое время в России при бездарном и слабом правительстве, неспособным управлять, установилась суррогатная демократия под лозунгом французской революции Liberté, égalité, fraternité. Результат: страна погрузилась в хаос, чем не преминула воспользоваться для захвата власти криминальная партия Ленина. После чего, всеобщим террором в стране на семь десятков лет была установлена самая кровавая в истории диктатура. Другой пример: 1918 год, когда кабальным Версальском договором послевоенная Германия была полностью разорена и повергнута в хаос с гиперинфляцией и поголовной безработицей. Толпы отчаявшихся людей стали лёгкой добычей политических авантюристов, а именно – коммунистов (управляемых из Москвы) и местных нацистов. В результате партия Гитлера победила, а что случилось потом, нам хорошо известно.

Существует ли лекарство от смертельной болезни левизны? Что станет со столь милой нашему сердцу Европой? Очевидно, нереально изменить психологию людей, заставить их затянуть пояса, засучить рукава и начать трудится, а всех нахлебников выслать из своих стран. Хорошо бы, но при либеральной демократии никак не получится. Что же делать?

Для аналогии обратимся к промышленности. Ни одно предприятие не будет экономически успешным, если оно управляется демократически методами. Для успеха бизнеса необходимо единоначалие, чёткое направление развития и производственная дисциплина. Любая фирма, любая фабрика или мастерская построена по авторитарному принципу. Так это работает по всему миру. Тот же самый метод следует применять и в политике в кризисные времена. Тут просто нет вариантов.

Для спасения каждой европейской страны решение может быть только одно – демократия должна быть заменена авторитаризмом, то есть управлением сильным лидером или группой лидеров, без ограничений со стороны либеральных институтов. Такой лидер безжалостной рукой сможет подавить разнузданную толпу, избавиться от нахлебников и навести в стране порядок. Да, это будет жестоко и «негуманно», но ничего не поделаешь – лекарство часто бывает горьким. По словам Мао Цзе Дуна: «Чтобы выпрямить кривую палку, её надо перегнуть в другую сторону».

Мне видятся только два возможных направления развития событий. Либо в недалёком будущем западная Европа падёт под давлением ислама и превратится в огромный евро-халифат, либо там разразится гражданская война между правыми и левыми силами. Результатом войны, независимо от того, кто победит, неизбежно будет авторитаризм с сильным лидером. Сможет ли такой лидер потом вернуть своей стране демократию или там останется авторитарная форма правления? Кто знает?

Если в некой стране или даже по всей Европе установится авторитаризм, может быть – это не худший вариант. Мы знаем весьма успешную и процветающую авторитарную страну – Сингапур. К сожалению, превратить Европу в Сингапур вряд ли получится – для этого нужна азиатская ментальность (трудолюбие и дисциплина). Похоже, только авторитаризм может спасти Европу, но разве существует лучшая ему альтернатива? Если альтернатива – ислам, решайте сами, что лучше…

©Jacob Fraden, 2026

^{Вебсайт автора: www.fraden.com}