«Учителю должны платить как машинисту» Или Обогнать шестиклассника!

Автор Виктор Власов

«Учителю должны платить как машинисту» Или Обогнать шестиклассника!Молодёжь не стремится работать в школе. Не желает тратить время на безобразников и «нервотрёпов», не хочет поделиться опытом доброго и вечного, того, что сама порой постигала в отчаянных муках. Учителю не платят заработную плату как машинисту, а зря, ведь он так же ходит, словно по лезвию бритвы. Один древний философ сравнил работу учителя с тяжеленным трудом шахтёра или портового грузчика. Ещё неизвестно, что сделать труднее: поднять груз или вложить знания в голову нерадивых.

В школу я иду не как на баррикаду, в Славянске, например, а на работу. Кому сейчас не нужны карманные деньги? Взял две ставки – рабочих часов у меня столько, что тружусь на уроках безвылазно, школа мне даже снится. Супруга жалуется утром, мол, ночью слышит от меня:

– Дневник на стол, два!..

Или

– Сядь правильно!

Не знает, как реагировать: отвечать или лежать тихонько, не замечая.

Лично я не помню, как и что там говорю во сне – супруга, наверное, выдумывает. Я сам слышал не раз, как она во сне объясняет, как правильно сделать выкройку или пошить карман-сумку – по профессии она швея-технолог.

– Витя, директора школы видел сегодня на совещание, – делится тренер спортивного зала Михаил Николаевич – немолодой тяжёлоатлет. – Голова у него как будто на шарнире несмазанном, отвалится вот-вот, и руки подрагивают… я в школе работал два года, вёл физкультуру, признаюсь, с меня – хватило!

Никто не говорит, что работать в школе легко. Мало кто признается из учителей, что иногда не хочет идти на работу. Сегодня преподаёшь у спокойных детей и ладно руководишь учебным процессом, а завтра прейдёшь на какой-нибудь восьмой с нахальными и хамовитыми ребятами. Урок замещаешь иногда без удовольствия – дети видят тебя впервые, испытывают на прочность… К таким только заходишь на порог и сразу видишь, кто на что способен. День на день не приходится – многое зависит от настроя, как в любом деле. Дети – народец с переменчивым настроением, норовят побаловаться и не всегда доделывают начатое задание до конца. Кричишь, уговариваешь, журишь, обещаешь, ставишь в пример, вспоминаешь лучшие моменты. Сегодня ребёнок  готов, настроен, отвечает – у тебя радуется душа. Но завтра он может даже не спокойно сидеть, а будто специально испытывать твоё терпение. На него находит, успокаиваешь себя, скоро пройдёт… Проходит… И так, с переменчивым успехом, почти каждый день. Поражаюсь выдержке и педагогическому мастерству тех учителей, которые работают в школе со спортивным уклоном, потому что учатся в классе одни мальчики, спортивные, испытывающие презрение к наукам вообще. Не все, конечно, но большинство. Приобщать юного футболиста, которого папа пообещал сделать звездой спорта, миссия не из лёгких. Был свидетелем того как в одной школе со спортивным уклоном ученики в прямом смысле слова уничтожили класс. Порезали обшивку на стульях, порвали линолеум, исчеркали подошвами стены, порвали книги, достав их из шкафа… нет, я не рассказываю сюжет фильма «Географ глобус пропил» с Константином Хабенским в главной роли. Классный руководитель этого «авангарда»-класса вскоре собирал деньги с родителей на ремонт… Но, тем не менее, слишком жёсткий контроль детям не нужен – станут испытывать к учебному процессу ненависть. Учитель – своего рода человек-баланс, он может быть строгим и мягким одновременно. Учитель в школу, а не на баррикаду в Славянске, спешит в класс не ради большущего отпуска и потом заработка на репетиторстве. Репетитор в основном требуется плохим и ленивым ученикам, родители заставляют учиться…

Сегодняшние дети – потерянное в социальных сетях поколение? В нашей школе многие ученики переведены на домашнее обучение. Часть переведённых на дом девочек и мальчиков – не инвалиды, а психически нездоровы. Дерутся, не могут найти общий язык со сверстниками, грубят учителям, срывают уроки. Социальный педагог и психолог Любовь Михайловна Рузских – частый гость в кабинете зам. директора по воспитательной работе, вместе они пишут характеристики трудным детям и отправляют документы в департамент образования. Сегодня много детей переводится на домашнее обучение, каждый год завучи привлекают учителей для похода на дом, рассказывая особенности ученика. Когда я учился в школе, то не помню такого. Учеником я был любопытным, отсутствие знакомых людей из параллели сразу вызывало недоумение и вопросы.

Дети делаются психически неуравновешенными из-за того, что смотрят анимэ или голливудские блокбастеры? Перестают читать действительно хорошую литературу? Что влияет на воспитание ребёнка, почему один человек вскоре тянется к доброму, становясь, например, инноватором в лагере «Интеллектуальные чтения», а второй – пассивен и равнодушен? Один – пропадает в библиотеке или в спортивном зале, а второй – не вылезает из интернета. Умственный потенциал многих детей подобен тягловой мощности железнодорожного состава – так знакомый инженер повторил, говорит, слова другого, но уже не живого инженера и знаменитого учёного-пропагандиста здорового образа жизни.

Я наблюдаю за школьниками, младшими и старшими. Есть классы большие, со сдвоенными группами. Часть группы отсиживается и отвечает неохотно, а часть – тянет руку и прямо-таки выкрикивает. Невольно привыкаешь работать с теми, кто мощно «кушает» гранит науки. Невольно при разговоре упоминаешь имена и фамилии тех ребят, которые впечатляют тебя. Пятиклассница Ольга Сковородько, занимающаяся дополнительно на курсах английского языка в «J&S», не только отлично отвечает, но и умудряется проверить мои знания английского. Проверяет, знаю ли я то или другое слово, смогу ли я перевести длинную конструкцию из их учебника, изданного в Англии. Катерина Гладышева не опускает руку во время урока – отвечает и отвечает как робот. Знает неправильные глаголы, как говорится, не по летам и правильно переводит предложения. Одноклассники завидуют ей – это видно по их взглядам и выражениям на лице. А есть такие ученики в старшей школе, которые учат сленг и «форсят» на уроке, думают, что я не знаю его. Но я-то учитель-парень не промах, работал в США полгода, поэтому «уделаю» любого амбициозного ученика, который там не был, ха-ха! Ребята как слышат о США, так сразу спрашивают, а я позволяю себе слабость и рассказываю о стране, где много говорят по-английски и снимаются в фильмах Арнольд Шварценеггер, Бред Пит и Анжелина Джоли.

– Сколько вы получали? – спрашивают до сих пор особо хитроумные школьники, старшие ребята в основном. – Что там делали?

– Около двух с половиной тысяч долларов, – отвечаю. – Чистил бассейны, частные и государственные.

– В школе зарплата – с гулькин… папа сказал.

– Ты прав, – естественно соглашаюсь. – Лучше работать учителем в школе в России, чем дворником в США. Хотя у каждого своё мнение на этот счёт.

Быть может, я не должен возводить профессию учителя в ранг лучшей, но всё-таки так думаю. Несмотря на то, что мои однокурсницы, бросив учёбу в институте на третьем курсе, «махнули» в США и остались там, выйдя замуж за крутых чёрных парней, я не поддерживаю мнение школьников о том, что лучше работать, скажем, в Макдональдс или в другой сфере обслуживания. Жаль, что российские дипломы не действительны в Америке.

На месяцах приезжали иностранные волонтёры – благодаря международной организации «Айсек». Сергей Борисович Егоров, президент локального отделения, направил китайских англоязычных друзей так же в нашу школу. Джордан и Лили поделились опытом беглого общения и красочных презентаций с омскими школьниками. Ещё долго страсти по английскому языку не утихают – дети спрашивают меня, когда общительные гости посетят школу снова. Отрадно было наблюдать за тем, как школьники буквально оккупировали китайцев, задавая новые и новые вопросы. Впервые ребята услышали вживую и поняли, что говорить на английском языке нужно быстро и правильно.

– Какие можно почитать у вас книги о Китае? – начали спрашивать в школьной библиотеке. Я сам был свидетелем.

Сижу за столом, читаю Джека Лондона на мартовских каникулах. Как раз после окончания третьей четверти хочется почитать что-то динамичное, сочное… Прибегают две знакомые девчонки-пятиклассницы и сумбурно объясняют библиотекарю Людмиле Петровне, почему они хотят прочитать именно про Китай.

– У нас китайцы были, говорили на английском. Мы хотим узнать лучше, как они живут в своём Бейджине! – говорит одна быстро.

– Ага, про культуру нам дайте и про Гонконг, – вдумчиво подтверждает другая.

– Сейчас гляну что есть, – обещает библиотекарь, улыбаясь.

– Какие берут книги на дом? – спрашиваю я вскоре.

– О-ох, – качает головой Людмила Петровна, рассматривая формуляры. – Берут немного по школьной программе, одни и те же ребята. Начальная школа забегает полистать «Мурзилку». Особо продвинутые и модницы читают «Марусю», «Ромео и Джульетту». Мы выписываем много молодёжных и детских журналов. Жаль, что в этом году не хватило средств на «Учительскую газету», обычно школы выписывают её в первую очередь.

Сама Людмила Петровна Бутакова работает в библиотеке не первый десяток лет. Свободного времени не много, постоянно кого-то записывает, выдавая или наоборот, принимая книги. Но выпадает минутка, и она читает. Захожу и вижу возле окна её маленькую фигуру, притаившуюся с книгой. Нельзя, наверное, работать в букинистической сфере и ничего не читать. Хотя, могу ошибаться.

Старшеклассники отлынивают от физической «разрядки». На уроке физкультуры они предпочитают сидеть на скамейках и обсуждать комментарии в социальных сетях. Говорят восторженно о новой фотографии на профиле, нежели о том, кто и сколько подтягивается или отжимается от пола. Пришлось мне соревноваться в этот день с одним спортивным шестиклассником, вот я ненароком и услышал, о чём говорят «старшаки» на уроке физической культуры.

– Виктор Витальевич, а вы быстрее меня бегаете? – спросил на моём уроке Данил Ульянов, физически развитый парень, занимающийся боксом.

– Думаю, да, – кивнул я, задумавшись. Последний раз я соревновался с учеником из третьего класса. В школе я бегал быстро, обгонял почти всех, а тут какого-то самоуверенного школьника и не перегоню?

Вышел я с Данилом в зал, договорился бежать, кто быстрее – до противоположной  стены. Встал с нами на старт и Гоша-шестиклассник, но он уж совсем выглядел хило. По команде мы рванули к финишу, Гоша сошёл с дистанции ещё вначале, а Данил Ульянов отстал от меня буквально на несколько шагов, когда вот-вот «летели» на противоположную стену.

– Ничего себе, Виктор Витальевич, я думал, тяжёлая атлетика сделает вас медленным, – признался Данил, дыша запалёно.

Признаться, я и сам после пробежки держался с трудом. Боролся с искушением отдохнуть на лавочке вместе со старшеклассниками, которые молча глядели на меня, девочки и мальчики.

– Сидите вместо того, чтобы бегать и тренироваться! – сделал я замечание, выходя из зала физической культуры.

На субботнике недавнем ребят было мало – территорию школы убирали в основном учителя. Громко играла музыка – завуч по воспитательной работе Лариса Александровна позаботилась о том, чтобы уборка проходила веселее. Убирая сухую листву в чёрный полиэтиленовый мешок, я думал, что молодёжь предпочитает походы в ночные клубы, чем обыкновенные дискотеки. Новому поколению подавай острые ощущения.

– Витя, как твоя супруга? – спросила Наталья Геннадьевна, мой классный руководитель в старших классах.

– Скоро родит, – похвастал. – Буду папой!

– Зарплаты учителя не хватит, может, машинистом станешь, как мой сын?

– Подумаю, – задумчиво ответил я. – Вот бы учителям платили как машинистам, хватало бы!..