У каждого своя память и боль тоже своя

Полный горечи и недоумения взгляд на празднование Дня Победы во Второй мировой войне публициста Александра Фитца.

Photo copyright: Bundesarchiv. CC-BY-SA 3.0

Российские официальные источники сообщают: в конце Второй мировой войны, перейдя границу СССР на европейском направлении, сражалось почти 7 млн. советских воинов. Примерно 1 млн. из них погиб. Но и дезертиров по-прежнему было немало – более полумиллиона. Согласно данным архива Минобороны РФ, за все годы Великой Отечественной 1 млн. 700 тысяч солдат и офицеров РККА сбежали из воинских частей, не желая воевать. Не были взяты в плен, а именно сбежали. Причем более полумиллиона из них дезертировали в конце войны, хотя ее итог фактически был тогда предрешен.

Последний перебежчик из Красной армии, официально зарегистрированный командованием вермахта (позже ему стало не до канцелярских формальностей), был советский военный летчик, который во время битвы за Берлин перемахнул на своем самолете на территорию, контролируемую немцами.

Причины для бегства у каждого советского человека были свои: кто-то не мог простить власти репрессированных родственников; кто-то ненавидел коммунистов еще со времен коллективизации; кого-то в СССР ожидало заключение за совершенные на войне преступления; кто-то, увидев, как живут люди в Европе, захотел жить также – свободно и в достатке. И это при том, что побег из советской воинской части был делом смертельно опасным – за всеми бойцами РККА, их настроением, поведением бдительно следили сотрудники НКВД, политработники, а также «товарищи по оружию».

Еще более, о чем нет ни художественных фильмов ни книг, возросло дезертирство после Победы, когда с 9 мая по 10 июня 1945 года возникла уникальная ситуация – люди, пользуясь праздничной неразберихой, могли сбежать и затеряться – новой немецкой администрации еще не было, союзников по антигитлеровской коалиции дезертиры не интересовали, а в советских войсках в обстановке всеобщего ликования проводилась крупномасштабная реорганизация.

И вот итог: по состоянию на 1 июля 1945 года в отчетах сотрудников НКВД числилось 212 тысяч 400 военнослужащих, проходивших под определением «не разыскано отставших от эшелонов, дезертиров». Но избежать «радости возвращения на родину» удалось немногим. Большинство дезертиров оказались в фильтрационных лагерях НКВД, т.к. союзники, по антигитлеровской коалиции, руководствуясь решениями Ялтинской конференции 1945 года, отловили и передали СССР едва не всех, а заодно отловили остарбайтеров, большинство российских немцев, пусть и с германским гражданством. И все же порядка 700 тысяч советских граждан, находившихся в Европе после войны, смогли остаться. И позже попытки сбежать на запад их земляки продолжили.

Не зарастает беженцев тропа и сегодня. Более того, в какие-то моменты она более становится похожей на московскую Тверскую в час пик. Причины, по которым россияне и граждане других постсоветских республик, уезжая, бегут на Запад, если не навсегда, то хотя бы надолго, понятны – «хотят жить как люди». Но для эмиграционных органов Германии требуется более веская причина. И она у них есть, и ни одна, пусть и придуманная: притесняют по политическим мотивам, религиозным, национальным, гомофобским, грозят смертью, хотят посадить в тюрьму и т. д.

… Было время, когда оставляли всех, потом – некоторых, ну а теперь – редких. Теперь главные на приеме арабы и темнокожие. Но речь не о них, а о тех «наших», которые, прорвавшись на «землю обетованную», где от голода не умирают, жильем все обеспечены, медициной обслуживаются и на высоком уровне, вдруг забывают, что это не Россия, не Белоруссия, а Германия. И что крепить здесь на автомобили и балконы российские флаги не принято, украшать себя, детей, а то и собак георгиевскими лентами – странновато. Ну а строится в потешные колоны, с портретами на палках, и требовать окружающих восхищаться их, типа, маршировкой, гимнастерками, обтягивающими округлившиеся на германских харчах животы, песнопениями …

Да, была война. Да, СССР в составе коалиций победил. Гитлеровская Германия повержена. Нюрнбергский процесс состоялся. Ну а спустя 46 лет, проиграв мир, исчез… СССР. Россия, объявила себя его правопреемницей, а заодно едва не единственным и главным победителем во Второй мировой, выдавив куда-то на обочину и Великобританию, и США, и еще 51 страну Антигитлеровской коалиции. Что ж, подобное в истории случается. Египтяне, например, очень гордятся пирамидами, искренне полагая, что возведены они исключительно их предками. Но мы же говорим не об этом, мы об эмигрантах и их «бессмертных полках». А почему в таком случае не проводить в Германии марши «бессмертных бараков», в которых в лохмотьях, с выбитыми зубами и следами пыток будут шагать потомки узников и жертв сталинских концлагерей и депортаций? А их немало. В том числе все российские немцы. Представили зрелище?

Но если по мне, то никаких маршей с картонными фотками не нужно. Лучше собраться и помянуть убиенных, замученных, пропавших без вести, всех тех, кто мотал срок за сталинской колючкой, валил лес, долбил кайлом мёрзлую землю, плавил металл, катал уголь в вагонетках, хрячил на «стройках коммунизма», дышал урановой пылью… Пусть 8–9 мая будет для нас Днем памяти и скорби, что созвучно нашей истории.

… Да, местные немцы, морщась продолжают терпеть все эти «бессмертные полки» и безудержное воспевание, сгинувшего по причине несостоятельности СССР. Они вообще терпеливый народ. Но лично я от этого всего не в восторге, да и ряженых мне жаль. Зачем они, так любящие Россию, покинули ее? И не только ее, а еще президента Путина с его «Русским миром»? Зачем в чужой монастырь, да со своим уставом, который пытаются всюду приспособить? За что страдают на чужбине? Может лучше на поезд и «Назад. Домой. К родному очагу»? Хотя есть и другой вариант: интегрироваться, как сотни тысяч их соотечественников интегрировались когда-то и теперь, и жить в Германии по германским правилам, традициям, обычаям, тем более что в своих прошениях о приеме на ПМЖ в ФРГ вы ведь сами писали, что именно к этому стремились.

Александр Фитц, Мюнхен