Тоталитарный импринтинг нового русского человека

В свое время, а это было не так уж давно, великий драматург Александр Моисеевич Володин писал: «Сталин был человеком номер один. Не потому ли он любил определять людей номер один в различных областях жизни? Сто пятьдесят миллионов знали, что тракторист номер один – Паша Ангелина, диктор номер один – Левитан. Шахтер номер один – Стаханов. Сборщица хлопка номер один – Мамлакат. Образец коммунистической морали – Павлик Морозов. Машинист – Кривонос, композитор Дунаевский, летчик – Чкалов, режиссер – Станиславский.».

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Теперь прогрессисты пытаются доказать, что порода людей изменилась, что с возникновением суверенного рынка мировоззрение пост-гомосоветикуса заметно обогатилось. Надо думать, за счет доступной соевой колбасы, порнографии, безнаказанного насилия и низкопроцентных кредитов.

Черта с два! Точнее, один.

Деньги очень косвенно влияют на мировоззрение, сформированное многократным соприкосновением казенного табурета с головой инакомыслящего. А инакомыслящими до изобретения табурета на Руси Великой были все.

Табурет. Невозможно представить, сколько сделал этот незамысловатый предмет (плавно перешедший с балансов тайных приказов на балансы Лубянки) для выпрямления извилин и формирования этой самой «загадочной русской души».

И теперь если не сто сорок миллионов человек, то сто миллионов, ничтоже сумняшеся, заполнят без запинок замысловато-незамысловатый кроссворд:

Доктор – Рошаль
Певица – Пугачева
Юморист – Петросян
Режиссер – Михалков
Отец – Охлобыстин
Национальное достояние – Газпром
Человек номер один – Путин.

Вот и все. Все клетки заполнены. ЕГЭ сдал. ЕГЭ принял. Кругом! Шагом марш! Срок годности неограничен.

– Кто, если не он? – вопрошает нерадивый, бездушный, бесчувственный иностранец.

На что сразу получает асимметричный ответ:

– Если не он, то кто?
И действительно. Все вышеперечисленные, кроме, пожалуй, Рошаля, уверены в своей богоизбранности.

Тоталитарная система двоична: ты либо «единица», либо «ноль», другого не дано. «Орел» и «решка», «пан или пропал», либо ты – либо тебя. Шаг влево, шаг вправо – и ага… Какая восхитительная легкость, какая изумительная простота!

И ладно бы так размышляла живущая на нефтяную «ренту» предпенсионная и пенсионная телеаудитория, зомбированная рекламой прокладок. Но так же мыслят «продвинутые» коммерсанты, маститые политики, общественные деятели несуществующего общества!

В стране абсолютно все структурируется вертикально. «Я – начальник, ты – дурак» – эта тюремно-казарменная идеологема является не только лозунгом тюрьмы и казармы, она пропитала собою всё: от администрации президента до детского садика. Федеральные и муниципальные учреждения, огромные госкорпорации и крохотные цеха, театры большие и малые, большие и малые партии, и оппозиционные, и… как бы это сказать… В общем, все поголовно сконструированы одинаковым образом: на одну человеческую «единицу» с неприкосновенным пожизненным статусом нанизано энное количество человеконулей. Единообразие, субординация, единогласность, стабильность, застой.

Тоталитарное сознание. Все мы – и «слуги», и «господа» – его рабы. Не потому ли с каждым годом хуже и с музыкой, и с юмором, с образованием, наукой, медициной и культурой? Тем более – с политикой и экономикой.

Двоичная система удерживает нас в средневековом забытьи, не пускает в настоящее, препятствует переменам, увеличивает изоляцию от внешнего мира.

В двоичной системе координат активная часть общества (известные социологам пять процентов) состоит из индивидуумов, каждый из которых считает свою точку зрения единственно верной, свою жизнь единственно ценной и видит себя в роли лидера, то есть «единицы», и более никого. Поэтому активная часть общества не может найти общего языка. Редкие случаи объединения характеризуются жесткой внутрисистемной борьбой за первенство (желательно, пожизненное), сопровождаются скандалами, ссорами, склоками, а заканчиваются развалом, иногда вместе с позором.

Потому и не возникает гражданского общества.

Другая часть населения – агрессивно-пассивное большинство («ноль» совокупный), не приемлет появления новых (других) «единиц». На агрессивно-пассивными в разные моменты их жизни заклятьем наложен импринтинг: в момент полового созревания услышали Пугачеву – вдохновились ею на всю жизнь, в момент первого включения телевизора увидели Путина – на всю жизнь получили образ национального лидера. И теперь любое другое лицо или даже другое выражение лица признанных «первых» лиц – это не просто нарушение привычек, это нарушение спокойствие, стабильность и уклада, фактически ментальная смерть…

Потенциальные «первые» вызывают у большинства как минимум насмешки и неприязнь, как максимум – ненависть и агрессию…

По этой причине на посту президента не прижился Медведев, по этой причине в России в ближайшее время не будет второй Пугачевой, второго национального достояния, но самое главное, по этой причине у России не появится будущего.

При живом «первом номере» сознание нового русского человека отказывается воспринимать новых лиц. Не происходит фиксации. Картинка покидает сознание и подсознание в момент выключения телевизора.

Трагедия это или комедия, удача или беда, но чтобы запечатлеть новую, отличную от нуля «единицу», новому русскому человеку требуется как минимум ментальное перерождение…

Виталий Щигельский

Подпишитесь на ежедневный дайджест от «Континента»

Эта рассылка с самыми интересными материалами с нашего сайта. Она приходит к вам на e-mail каждый день по утрам.