Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter
Главная | Аналитика | Рассказы о Ленине

Рассказы о Ленине

Посольство Эквадора против Ассанжа и неразрешимая логическая задача, три мушкетерши в Конгрессе, улучшение ситуации на границе и неожиданный подарок от Трампа, и твитер против матери Терезы.

Photo copyright: pixabay.com

Ленин, но не тот, который вечно живой, а президент Эквадора, решил, видимо, немного подзаработать, особенно учитывая, что у Америки освободились средства после отказа Трампа предоставлять финансовую помощь Гондурасу, Сальвадору и Гватемале, которые щедро отдавали долги нелегальными иммигрантами, поэтому лишил основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа, безвылазно проживавшего на территории посольства Эквадора в Лондоне около семи лет, эквадорского гражданства и выдал довольно сильно упирающегося Джулиана лондонской полиции. Слухи о предстоящем аресте ходили уже несколько дней и неожиданностью это ни для кого не оказалось.

Англия, едва опомнившись от свалившегося на нее счастья в виде переноса даты Брекзита на полгода после в очередной раз позорно проваленного голосования в Парламенте, из-за чего в цивилизованных странах премьер-министры или президенты иногда уходят в отставку, но к Терезе Мэй понятие “цивилизованная”, видимо, не относится, тут же переключила свое внимание на Джулиана. Мэй сказала, что ему теперь грозит год тюрьмы за то, что он нарушил условия залога, а американский минюст добавил, что Ассанж помогал Челси Мэннинг, которая тогда еще была Брэдли Мэннингом, воровать секретную дипломатическую переписку, за что ему грозит пять лет тюрьмы.

Мнения граждан разделились, потому что Ассанж позиционирует себя исключительно как журналист, публикующий документы, которые ему присылают, но если докажут, что он Челси помогал, то тогда он незаконно получил документы разной степени секретности, а если нет, то его арест – это расправа над журналистом, из-за чего СМИ, ненавидящие его лютой ненавистью за публикацию переписки аппарата демократической партии и начальника избирательной кампании Мадам Джона Подесты, в чем его, кстати, минюст пока не обвинил, и обзывающие его, как это принято у них, русским шпионом, теперь пытаются решить практически неразрешимую логическую задачу, потому что видеть его на свободе они не хотят, а радость от его ареста им приходится скрывать, чтобы у Трампа не появился очередной повод назвать их Fake News.

Практически одновременно с арестом Ассанжа в Вашингтоне был арестован бывший генеральный юрисконсульт Обамы с красивым именем Грег Крейг (Greg Craig), оказавшийся первой жертвой мюллеровских или пост-мюллеровских репрессий среди демократов. Но СМИ решили, что это – новость, внимания не заслуживающая, потому что уделили ей в общей сложности не больше минуты, хотя аресту Манафорта те же СМИ посвятили более тридцати минут.

Возможно, что у СМИ на Грега Крейга просто не хватило эфирного времени, потому что они вместе с их либеральными друзьями стали стройным хором кричать, что Генеральный Прокурор Барр, заявивший, что за избирательной кампанией Трампа велась слежка, просто плохо осведомлен и не разбирается в некоторых тонкостях, и никакой слежки, разумеется, не было. Пока находящийся на свободе бывший директор ФБР Коми, который, безусловно, знал об этой слежке, решил объяснить всем сомневающимся, что ему вообще не понятно, о чем говорит Барр, потому что просто велось “электронное наблюдение”, и называть это слежкой совершенно несерьезно.

Фракция ХАМАСа в Конгрессе, которую иногда называют “три мушкетера”, опять отличилась, но на этот раз она умудрилась рассердить даже некоторых демократов. Ильхан Омар в каком-то интервью сказала про теракты одиннадцатого сентября, что “some people did something”, из-за чего народ, до этого довольно терпеливо переносивший ее оголтелый антисемитизм, неожиданно что-то заподозрил, а NY Post, который, в отличие от NY Times, не всегда дует в либеральную дудку, вышел с весьма красноречивой фотографией на первой странице.

С разных сторон стали раздаваться робкие слова осуждения, но на защиту Ильхан тут же встали ее товарищи по фракции – сначала Рашид Тлаиб, а потом и Оказия, которые стали бить себя в грудь и кричать, что все нападки на Ильхан – это расизм и сексизм.

А на границе ситуация неожиданно улучшилась, потому что девятый апелляционный суд, известный своей антитрамповостью, ни с того, ни с сего согласился с мнением администрации Трампа, что нелегалы, желающие получить статус беженца, могут дожидаться решения на территории Мексики, а не на территории США, и издание Axios с глубоким прискорбием твитнуло ссылку на свою заметку по этому поводу, но потом обнаружило, что его твит добрался до Трампа, который ретвитнул его всем своим почти шестидесяти миллионам читателей, поэтому на всякий случай твит удалило, слегка испортив Трампу праздник. Но Трамп расстраивался не очень долго, потому что решил преподнести Калифорнии и другим штатам, регулярно заявлявшим о том, что они принимают нелегальных иммигрантов с распростертыми объятиями и объявившим некоторые свои города “sanctuary city”, а Калифорния – даже “sanctuary state” для нелегалов, большой подарок, пообещав посылать всех задержанных на границе нелегалов в эти города.

В одной из сенатских комиссий шли слушания о свободе слова и о том, как твиттер и им подобные с этой свободой обращаются, и сенатор Тэд Круз привел пример твита, осуждающего аборты, который был заблокирован твитером под видом “hate speech”, и сказал, что этот твит – цитата из матери Терезы, после чего решил уточнить, почему вдруг мать Тереза попала под твиттерный каток. Этот вопрос был встречен гробовым молчанием, но потом твиттерный представитель опомнился и попытался перевести разговор в область высоких технологий, объясняя, что у них очень сложные алгоритмы, но Тэда Круза сбить с толку не удалось.

Михаил Герштейн
Источник

Яндекс.Метрика