Опросы – это СПИД американской политики

Индустрия опросов не просто не смогла исправить собственные недостатки – она превратилась в электоральный вирус, стремительно распространяющийся по политическому организму Америки и практически не встречающий эффективного иммунного ответа.

Политические опросы оказывают заметное влияние на общественные ожидания и ход избирательных кампаний. Фото: Thildesque / Wikimedia Commons (CC BY 4.0)

Американская индустрия политических опросов деградировала: от хронического занижения уровня поддержки президента Дональда Дж. Трампа она превратилась в апокалиптическую чуму, искажающую реальность именно в тот момент, когда избиратели опускают бюллетени в урны.

То, что в 2016 году начиналось как политический эквивалент ВИЧ, мутировало в полномасштабный электоральный СПИД. Вымышленные опросы, «внутренние опросы», специально сконструированные для сбора средств демократами, и взаимное усиление информационного шума в СМИ систематически вводят общественность в заблуждение.

Новый скандал не оставляет сомнений в диагнозе этого вируса.

Wedgewood Polling была организацией, не имевшей сколько-нибудь значимой репутации или истории достоверных прогнозов. Тем не менее ее данные публиковали в том числе The New York Times и другие издания, пользующиеся уважением у ведущих представителей американской журналистики. Позднее руководители Wedgewood признались, что почти каждый их «опрос» был выдуман с целью проверить, заметят ли журналисты и агрегаторы новостей фальшивую статистику. Эта фиктивная социологическая служба, породившая целую лавину фальшивых новостей, пришла к выводу, что выдавать сфабрикованные данные за настоящие оказалось «слишком легко».

Один из таких искусственных опросов показал, что поддержка сенатора штата Мичиган, демократки Мэллори Макморроу, рухнула до однозначных чисел. Позднее она заявила, что пожертвования на ее кампанию в Сенат США прекратились, а волонтеры ушли.

Другая ныне прекратившая существование компания, Median Strategies, провела аналогичный эксперимент.

Она опубликовала результаты опроса перед праймериз Демократической партии на губернаторских выборах в Висконсине, согласно которым социалистка Франческа Хонг опережала соперников на 20 процентных пунктов. В опросе перед выборами мэра Лос-Анджелеса действующая мэр-демократ Карен Басс лидировала с преимуществом в 12 пунктов. Когда предсказанные результаты не подтвердились, Median признала, что ее цифры были сфальсифицированы в рамках «краткосрочного социального эксперимента», призванного изучить влияние фальшивых опросов. Компания немедленно прекратила свою деятельность.

SoCal Strategies, еще одна недавно появившаяся «социологическая служба», впоследствии исчезла из киберпространства после того, как те же исследователи, разоблачившие Wedgewood, начали задавать ей вопросы. До того как SoCal удалила сама себя из интернета, ее данные на протяжении нескольких лет распространялись среди миллионов людей почти исключительно через социальные сети. Невозможно оценить, какой ущерб она нанесла психологическому состоянию американских избирателей.

Весь этот разгром накладывается на и без того удручающие результаты настоящих опросов перед промежуточными выборами 2026 года.

На праймериз демократов в Сенат в Мичигане, штате, традиционно поддерживающем демократов, опросы показывали, что исламский левый активист Абдул Мохаммед Эль-Сайед опережает соперников на двузначное число процентных пунктов. Однако победил он с преимуществом всего в один пункт. На праймериз демократов на губернаторских выборах в Висконсине один опрос за другим показывал, что Хонг значительно опережает соперников. Она проиграла.

В борьбе за выдвижение кандидата от демократов в Сенат от Миннесоты опросы показывали, что представительница либерального истеблишмента Энджи Крейг идет вровень с Пегги Фланаган, известной своими крайне прогрессивными взглядами, или даже опережает ее. Фланаган победила с преимуществом почти в 20 процентных пунктов. На праймериз демократов во Флориде по выборам в Сенат ярый противник Трампа и активист движения #Resistance Александр Виндман опережал на двузначное число процентных пунктов Энджи Никсон, представительницу организации «Демократические социалисты Америки» (DSA). Никсон победила с двузначным преимуществом.

Со стороны республиканцев опросы перед праймериз на губернаторских выборах во Флориде показывали, что Джеймс Фишбэк – маргинальный представитель крайне активных в интернете мужчин поколения Z – сокращает отставание от фаворита движения MAGA Байрона Дональдса. В итоге Фишбэк набрал около 11% голосов, тогда как Дональдс получил примерно 48%. Джей Коллинз, консерватор традиционных взглядов, набрал 25%.

Опросы Public Sentiment Institute показывали, что Фишбэк либо сравнялся с Дональдсом, либо отставал от него незначительно. После голосования компания признала, что перераспределяла ответы респондентов в пользу Фишбэка. Согласно документам, его предвыборный штаб заплатил этой социологической службе 1575 долларов. Институт признался в манипуляциях лишь после внешнего расследования. Несколько агрегаторов опросов внесли эту организацию в черный список.

Связанная с демократами компания Change Research опубликовала, а затем отозвала опрос перед всеобщими выборами во Флориде. Согласно его результатам, демократ Дэвид Джолли опережал Дональдса со счетом 46% против 40%. Это выглядело необъяснимо, поскольку во Флориде зарегистрировано более чем на 1,5 миллиона республиканцев больше, чем демократов. Другой опрос Change Research, посвященный праймериз республиканцев и не отозванный компанией, не угадал результаты ни Дональдса, ни Коллинза, ошибившись примерно на 10 процентных пунктов в каждом случае.

На праймериз республиканцев в 7-м избирательном округе Флориды компания St. Pete Polls показывала, что действующий конгрессмен Кори Миллс опережает своего соперника Райана Элайджу примерно на 16 процентных пунктов среди вероятных избирателей. Однако победил Элайджа, опередив соперника почти на 13 пунктов. Таким образом, ошибка в разнице между результатами кандидатов составила почти 30 процентных пунктов.

Опытный социолог Патрик Башам из Democracy Institute – одной из немногих организаций с достойной репутацией в прогнозировании сложных избирательных кампаний – охарактеризовал 2026 год как «очень неудачный сезон праймериз для социологов». Он отметил, что общенациональные проблемы, проявившиеся в 2016, 2020 и 2024 годах, «перешли и в 2025, и в 2026 год». По его словам, праймериз отличаются небольшим числом избирателей, нестабильной явкой и разнообразием правил, однако в целом индустрия опросов практически не продемонстрировала улучшений.

«Большинство людей считают, что большинство опросов оказываются ошибочными либо случайно, либо намеренно, – сказал Башам. – И именно число тех, кто считает, что опросы фальсифицируют намеренно, вызывает беспокойство. И именно эта группа растет». Он без прикрас перечислил возможные мотивы: некомпетентность, партийная предвзятость, потребность СМИ, финансирующих опрос, в громком материале и необходимость предвыборного штаба собирать деньги.

«Индустрия опросов – сама себе злейший враг». По словам Башама, цель политических опросов, «если кто-то еще относится к этому честно, – просвещать общественность». Когда люди начинают считать результаты опросов запятнанными, «мы теряем нечто чрезвычайно важное».

Социологические службы, связанные с демократами, наводнили предвыборные кампании в Конгресс странными внутренними опросами. По состоянию на 18 сентября на них приходилось 56% всех опубликованных в ходе нынешнего сезона промежуточных выборов опросов по выборам в Палату представителей. В предыдущих избирательных циклах этот показатель составлял примерно 24%. В 77% таких опросов разница между кандидатами не превышала пяти процентных пунктов. Это самая высокая доля за всю историю наблюдений. Многие подобные опросы публикуются в округах, где в 2024 году вице-президент Камала Харрис потерпела крупное поражение.

Эта тенденция напоминает проект The New York Times и Siena, проводившийся в режиме реального времени в 2018 году. Он показал, что публикация результатов, демонстрирующих небольшую разницу между кандидатами, стабильно увеличивала пожертвования демократам на небольшие суммы. Предвыборные штабы приспособились к этой закономерности и стали публиковать собственные «внутренние» опросы, демонстрирующие конкурентную борьбу, в качестве инструмента сбора средств. Разумеется, это не настоящие внутренние опросы: последние должны быть максимально точными, поэтому их стратегически держат в секрете.

Социологов тревожит, что доля людей, согласных участвовать в опросах, рухнула до единиц процентов. Республиканцы соглашаются отвечать на вопросы реже, чем демократы, особенно в годы президентских выборов, когда ставки особенно высоки. В среднем опросы занижали поддержку Трампа примерно на 3,2 процентного пункта в 2016 году, приблизительно на четыре пункта в 2020-м и примерно на 2,9 пункта в 2024-м. Особенно часто в выборках недопредставлены избиратели, которые голосуют нерегулярно, а также те, кто неохотно признается в своей поддержке Трампа.

Председатель Федеральной комиссии по связи Брендан Карр предупредил о «значительном всплеске количества полностью фальшивых опросов и опросов, призванных подавлять явку, единственная цель которых – вмешиваться в нормальное функционирование избирательного процесса и изменять привычные модели явки и энтузиазма избирателей».

Он отметил, что многие журналисты и лицензированные СМИ распространяют подобные опросы «без соблюдения элементарных норм журналистской этики» и не раскрывают отсутствие научного обоснования их результатов. По его словам, обладателям лицензий запрещено искажать новости или распространять обман в эфире.

Спикер Палаты представителей Майк Джонсон четко сформулировал суть проблемы: «Социологические организации вынуждены признавать, что они резко недооценивают поддержку республиканцев, но СМИ с удовольствием используют все это, чтобы снизить явку избирателей Республиканской партии». По его словам, история с Wedgewood «добавляет еще более мрачный аспект, имеющий колоссальные последствия». Он посоветовал республиканцам игнорировать опросы и идти голосовать.

Некоторые социологи по-прежнему проводят заслуживающие уважения исследования, однако их становится все меньше. Стимулов публиковать цифры, которые продвигают определенные нарративы, а не отражают истину, становится все больше.

Агрегаторы опросов и редакции СМИ, которые в подавляющем большинстве случаев не благоволят республиканцам, неоднократно публиковали ложные данные, исправляя ситуацию лишь впоследствии. Предвыборные штабы усвоили, что «внутренний опрос», демонстрирующий напряженную борьбу, способен открыть кошельки жертвователей. Индустрии так и не удалось избавиться от давней предвзятости в пользу демократов.

В результате возникла эпидемия дезинформации, жертвами которой становятся избиратели, жертвователи и даже сами кандидаты. Когда сфабрикованные опросы распространяются наряду с настоящими, которые и без того непропорционально часто занижают шансы республиканцев, ущерб перестает быть абстрактным. Он разрастается, словно метастазы: пожертвования иссякают, волонтеры теряют боевой дух, прогнозы исхода выборов строятся на зыбком основании, а потенциальные избиратели, утратив надежду, просто не приходят голосовать. Неудивительно, что среди таких избирателей непропорционально много республиканцев. Иными словами, эпидемия опросов раз за разом лишает Республиканскую партию потенциальных побед.

Индустрия опросов не просто не смогла исправить собственные недостатки. Она превратилась в электоральный СПИД, стремительно распространяющийся по политическому организму Америки и практически не встречающий эффективного иммунного ответа.

Когда же будет найдено лекарство?

Источник

Перевод Рины Марчук