Левая журналистка проекта 1619 Николь Ханна-Джонс отдала свою дочь в неблагополучную государственную школу Нью-Йорка в качестве «жертвы» и рассказала, как сильно это разозлило её ребёнка.
Ханна-Джонс написала в эссе, опубликованном в воскресенье в журнале New York Times Magazine, что её дочь-подросток Найя значительно отставала от других учеников после того, как ей в конце концов разрешили поступить в лучшую среднюю школу, сообщает в воскресенье New York Post.
New York Post@nypost
«Просвещённая» NYT автор проекта «1619» намеренно отправила дочь в проблемные школы в качестве «жертвы» – и это обернулось грандиозным провалом https://trib.al/68LXBWJ
Ханна-Джонс, которая в 2021 году заявила, что родители не должны иметь права голоса при принятии решений о том, чему учат в школах, в 2015 году записала свою дочь в испытывающие трудности государственные школы Бруклина и признала в своей статье, что у неё были возможности отправить ребёнка в более престижные школы этого района.
Однако «когда Найя пошла в подготовительный класс, мы с мужем Фараджи решили отправить её в ту школу, которую более обеспеченные семьи, имеющие выбор, единодушно избегают – школу для детей из малообеспеченных семей, где учатся преимущественно чернокожие», – написала она.
M.A. Rothman @MichaelARothman
Основательница проекта «1619» признаёт, что её эксперимент по школьной сегрегации обернулся неудачей для её собственной дочери.
Николь Ханна-Джонс, журналистка «Нью-Йорк Таймс», которая создала проект «1619» на основе утверждения о том, что американские школы по-прежнему подвержены расовой сегрегации, только что признала, что за эту теорию поплатилась ее собственная дочь. «Сейчас я понимаю, Найя достойна лучшего», написала она в новой статье для New York Times Magazine – это признание матери, которая целое десятилетие отстаивала свою теорию, которую, как она теперь признает, не может подтвердить.
В 2015 году Ханна-Джонс и её муж сознательно записали свою дочь Найю в «сегрегированную, с высоким уровнем бедности» государственную школу в Бруклине, надеясь, что другие обеспеченные семьи последуют её примеру и пойдут в школы, испытывающие трудности, вместо того чтобы бежать в более престижные. Это никогда не позиционировалось как родительское решение. Это был активизм – и её дочь подверглась этому эксперименту.
Спустя десять лет участница того эксперимента уже достаточно повзрослела, чтобы спросить у матери, к чему он на самом деле привёл. Дочь спрашивала, чего я добилась, не выбрав для неё лучшую школу, и честный ответ – я не знаю, признает Ханна-Джонс. Затем следует фраза, которая подрывает всю основу образовательного направления проекта «1619»: я чувствую, что потерпела неудачу и со своими ценностями, и со своим ребёнком.
Сторонникам свободы выбора школы не нужно было говорить ни слова – Ханна-Джонс сказала это за них. Женщина, которая годами убеждала других родителей, что отправка детей в лучшие школы – это предательство дела, только что подтвердила в своей собственной статье, что идеология не научит детей читать. Теперь то самое движение, которое она отвергала на протяжении десятилетия, приглашает её присоединиться к нему.
Вот как это выглядит, когда теория проверяется на практике на ребёнке. Для Найи десятилетие сегрегации не было «испытанием» – она провела десять лет в школе, которая, как теперь признает её собственная мать, была недостаточно хорошей. Ни одно эссе не сможет вернуть ей это время.
Ханна-Джонс десять лет убеждала родителей, что уход из неблагополучной школы – это предательство. Так почему же именно образование её собственной дочери заставило её изменить своё мнение?
Ханна-Джонс охарактеризовала это решение как способ борьбы с тем, что газета «Пост» назвала «системным расизмом». Она вспомнила разговор с Найей, в ходе которого рассказала подростку о «глубоком неравенстве» в городских школах и о том, что их семья «обязана» бороться вместе с другими членами сообщества:
Но моя дочь лишь покачала головой, а на её лице отразилось недоверие и ещё что-то: чувство предательства.
«Значит, у тебя были деньги, чтобы отправить меня в одну из лучших школ, но ты решила этого не делать?» – сказала она, выпаливая слова. «Потому что другие дети находятся в неблагоприятном положении, ты не захотела отдать меня в отличную школу?»
Найя спрашивала, чего я добилась, не выбрав для неё «лучшую» школу. И честный ответ – я не знаю. Когда дело доходит до решений, которые мы с мужем приняли в отношении государственного образования, в последнее время я чувствую, что потерпела неудачу и со своими ценностями, и со своим ребёнком.
Ханна-Джонс признала: «Найя заслуживала лучшего. Все они заслуживали. Но она была моей. Эта девочка, мой единственный ребёнок, рассчитывала на то, что я защищу её, дам ей всё необходимое для счастливой жизни. А я не выбрала её».
Мать также сказала: «Жертва моей дочери не смогла изменить систему, которую те, кто обладает наибольшей властью, отказываются менять».
Эта левая активистка также попала в новости из-за того, что высмеяла мать из Бруклина, выразившую обеспокоенность после тревожной поездки на метро в 2022 году; кроме того, как сообщает Breitbart News, она заявила, что «само существование Соединённых Штатов» является «преступлением».
Перевод Рины Марчук
Эта рассылка с самыми интересными материалами с нашего сайта. Она приходит к вам на e-mail каждый день по утрам.
