Легенда о Бараке – VI

(по материалам книги Ури Мильштейна, редакция и перевод с иврита Алекса Тарна)

Продолжение. Начало.

Photo copyright: Υπουργείο Εξωτερικών. CC BY-SA 2.0

3. «Весна молодости»

Место командира Сайерет Маткаль является сегодня одной из самых престижных должностей в боевых частях ЦАХАЛа – как по характеру задач, возлагаемых на это подразделение, так и вследствие мифов, созданных вокруг СМ в предыдущие годы. Но главное: эта должность служит превосходным трамплином для попадания на высшие ступени армейской и политической иерархии.

Эхуд Барак занимал этот пост с 1971 по 1973 год. В то время израильтяне особенно любили своих героев – как истинных, так и мнимых, и Барак выжал из благоприятной ситуации все, что мог. Именно тогда практически все вокруг уверовали, что этот обладатель многочисленных знаков отличия является бесспорным кандидатом в будущие лидеры государства. После этого карьера продвигалась сама по себе, и Бараку оставалось лишь заботиться о том, чтобы не совершать совсем уж грубых ошибок. В тех же случаях, когда провалы все-таки происходили, он делал всё, чтобы представить их успехами, используя при этом свой немалый талант манипулятора и мошенника.

В ночь с 9 на 10 апреля 1973 года, за месяц до завершения каденции в качестве командира СМ, Барак руководил отрядом «Авива», который исполнял центральную задачу довольно объемной операции «Весна молодости» (помимо «Авивы» в Бейруте действовали еще 4 отряда со своими отдельными целями). Перед Бараком были поставлены две конкретные задачи:

1) похитить или ликвидировать главу ФАТХа Ясера Арафата и трех других старших командиров, находившихся в своих частных квартирах в центре Бейрута;

2) захватить обнаруженные в квартирах документы и доставить их в Израиль.

Арафат, который, в соответствии с разведывательной информацией, должен был ночевать в квартире своего заместителя, избрал для ночлега другое место и потому уцелел. Его заместитель и два других функционера были уничтожены. С тех пор прошло 40 лет, и в течение всего этого времени операция «Весна молодости» считалась одной из самых удачных в истории ЦАХАЛа, наряду с освобождением заложников в аэропорту Энтеббе, в планировании которого Барак также принимал непосредственное участие.

Собственно говоря, две эти операции и стали основой для формирования публичного образа «Солдата №1». Таким был подзаголовок книги Бена Каспита и Илана Кфира, которая вышла в свет в мае 1998 и сильно помогла своему герою во время тогдашней предвыборной кампании. Можно без всякого преувеличения сказать, что именно этот публичный образ принес Эхуду Бараку победу на выборах и кресло Главы правительства.

Однако детальный анализ действий Барака во время подготовки и проведения операции «Весна молодости» заставляет серьезно задуматься о справедливости вышеупомянутых выводов. Картина этих действий многое проясняет в череде его последующих просчетов на постах начальника Генштаба, министра обороны и Главы правительства. Надпись буквально была на стене – на изрытой пулями штукатурке дома на бейрутской улице Верден. А система, породившая Барака, и потому отказавшаяся прочесть эту надпись, рухнула полугодом позже в начале Войны Судного дня.

Для понимания сути событий нам придется вернуться к осени 1972 года. Незадолго до этого в Мюнхене произошло убийство 11 израильских спортсменов-олимпийцев, учиненное арабскими террористами из входившей в ФАТХ организации «Черный сентябрь». На Мосад была возложена задача ликвидации исполнителей и организаторов теракта – как во имя возмездия, так и с целью нанести чувствительный удар по инфраструктуре террора, чтобы затруднить планирование и осуществление дальнейших нападений.

В январе 1973 года Мосад получил информацию о точном месте проживания Абу Юсуфа (Мухаммада Наджера), заместителя Арафата, главы «Черного сентября», ответственного за оперативную работу террористов за пределами Израиля. Абу Юсуф был непосредственным организатором мюнхенской резни. Он жил на шестом этаже семиэтажного дома на улице Верден в престижном районе Западного Бейрута, недалеко от набережной.

Говорит тогдашний глава Мосада Цви Замир:

«Согласно оценке начальника оперативного отдела Мосада, шансы на успех операции повышались при условии привлечения бойцов армейского спецназа».

Предполагалось, что в дополнение к ликвидации Абу-Юсуфа спецназ должен взорвать мастерскую ФАТХа по производству морских мин в Южном Бейруте (местонахождение этой цели было установлено уже не Мосадом, а АМАНом, отделом военной разведки).

Поскольку Сайерет Маткаль была приписана именно к АМАНу, то поначалу молчаливо предполагалось, что задача будет возложена на нее. Однако на совещании в Генштабе в присутствии министра обороны командир морского спецназа (Шайетет-13, 13-я флотилия) подполковник Шауль Зив без труда доказал, что его бойцы лучше подходят для операций такого рода. Это и в самом деле казалось очевидным: спецназовцы Шайетет-13 совершали регулярные высадки с моря и участвовали в прямых боевых действиях, включая рукопашную и бой в городских условиях, в то время как люди Сайерет Маткаль специализировались лишь на установке «сверчков», хотя и получали за это намного больше цалашей.

Дадо (Давид Элазар, начальник Генштаба) согласился с доводами Зива и тут же на месте перепоручил задание его подразделению, Шайетет-13. Барак был в бешенстве и тут же начал интриговать с целью изменить решение начальника Генштаба. Он отправился к командиру пехотных частей бригадному генералу Эммануэлю (Ману) Шакеду, который курировал планирование операции, и пытался убедить его в том, что бойцы СМ за несколько недель смогут овладеть теми же навыками, которые в Шайетет-13 приобретаются двухлетними тренировками. Ману поднял его на смех. Позднее, вспоминая эту беседу, он называл Барака «эгоманьяком».

Тем временем глава Мосада получил разрешение на операцию со стороны Голды Меир (тогдашней Главы правительства). Даян сказал Замиру буквально следующее: «Голда разрешает, делайте все, что хотите». Дадо (со стороны ЦАХАЛа) тоже был полон энтузиазма. Ману Шакед вместе с мосадниками начал обсуждение деталей операции.

К его удивлению, спустя некоторое время Дадо неожиданно вернулся к первоначальному намерению задействовать в операции Сайерет Маткаль. Невзирая на возражения Шакеда, он приказал ему включить Барака в состав группы планирования. Интриги командира СМ оказались успешными.

Через некоторое время к банку целей прибавились новые. Как выяснилось, на втором этаже соседнего дома по той же улице Верден проживал Камаль Адван, высокопоставленный командир «Черного сентября», ответственный за подготовку терактов внутри Израиля. Чуть выше него, на третьем этаже была квартира пресс-секретаря ФАТХа и члена исполкома ООП Камаля Бутруса Нацера. Кроме того, было установлено местоположение штаба «Народного фронта» Наифа Хаватме в здании на улице Хартум и склад оружия на севере Бейрута.

Также стало известно, что в квартире Абу-Юсуфа время от времени ночует и сам Ясер Арафат, так что существовала некоторая вероятность ликвидации самой крупной цели. Первоначальная задача уничтожения Абу-Юсуфа разрасталась с каждым днем. В итоге, программа, поданная на утверждение оперативному отделу ЦАХАЛа, включала в себя большое количество целей, значительно удаленных друг от друга.

Министр обороны Моше Даян воспротивился столь амбициозному плану и потребовал умерить аппетиты. Шакед подготовил более скромную программу. Однако окончательное совещание с Главой правительства заставило Даяна вернуться к первому варианту. Голда предполагала, что международный протест после операции в Бейруте надолго лишит Израиль возможности произвести повторное нападение, а потому нужно постараться поразить максимальное количество целей за один присест. Дадо утвердил расширенный план, в котором вновь подтвердил свое желание задействовать Сайерет Маткаль, по крайней мере, в одной из намеченных пяти боевых групп.

У Эхуда Барака есть своя версия событий, существенно отличная от рассказа Ману Шакеда:

«Мы искали возможность ударить по руководителям террористов, а не по мелким функционерам. В начале 1973 года я и мой офицер-оперативник Амнон Биран встретились с Роми из Мосада. Он показал нам снимки зданий, описал обстановку и спросил, думаем ли мы, что есть основания для проведения операции. Мы ответили, что в принципе да, но нужно добавить разведданных. По моей оценке, в этом случае можно было подать план на утверждение начальника Генштаба. Роми записал мои слова и сказал, что посоветуется со своим начальством для дальнейшего продвижения этой идеи.

Месяц спустя я узнал от главы оперативного отдела Генштаба бригадного генерала Янкеле Штерна, что Мосад конкретизировал цели: квартиры руководителей террористов. Он сказал, что Дадо готов рассмотреть эту возможность при условии ее детальной разработки и добавки двух-трех дополнительных целей. Дадо не хотел, чтобы мы остались ни с чем в случае возникновения сложностей. Ведь если целей несколько, то всегда какую-нибудь да поразишь. Дадо поручил планирование Ману Шакеду, и тот подготовил программу, которая была отвергнута. По мнению Янкеле Штерна, Дадо не утвердил план Шакеда потому, что тот предполагал задействовать пятьдесят человек. Я сказал Штерну, что понятия не имею, что представил на утверждение Шакед, но, по-моему, нет никакой проблемы составить хороший план. То же самое я сказал и заместителю оперативного отдела Ионе Эфрату».

Знаменательная разница в расстановке акцентов! В версии Барака события вертятся вокруг него; он оказывается и тем, кто подал идею с самого начала, и тем, кто лучше всех знает, как ее осуществить. Любопытна и трактовка решения Дадо о добавке дополнительных целей: по мнению Барака, главным соображением тут было «не остаться ни с чем».

Амнон Биран (офицер оперативного отдела СМ):

«Эхуд получил из оперативного отдела Генштаба неофициальное предложение в течение недели представить план действий. Он обещал так и сделать, но план был готов лишь спустя пять недель. Виноват был я. Мне казалось, что у нас слишком мало данных. Пришлось добывать информацию из-под стола у Авиноама Хома, который служил офицером разведки у Шакеда. Лишь после этого нам удалось составить детальную программу».

Барак утверждает, что его план предполагал участие 17 спецназовцев и трех агентов Мосада, которые должны были прибыть на улицу Верден переодетыми в европейских туристов. Без шума проникнув в дома и квартиры, они должны были выполнить задание в течение считанных минут и тут же вернуться на берег для дальнейшей переправки на ракетные катера. Иными словами, программа Барака предполагала «чистое» исполнение, которое не привлечет внимания соседей или полиции.

Ясно, что подобное качество исполнения требовало высокого профессионализма, причем не в подковерных интригах, а в опасной оперативной работе. Но Бараку удалось внушить начальнику Генштаба, что он и его люди способны выполнить намеченное в полном объеме. По словам Шакеда, Барак пытался взять на себя и остальные цели, но на этот раз командующему пехотными частями удалось не только воспротивиться, но и отстоять свое мнение.

Итак, план был утвержден, и началась подготовка. Она проходила неудачно. Группа Барака включала в себя три звена, которые должны были проникнуть в квартиры и три звена, призванных обеспечить внешнюю безопасность. К несчастью, никто из бойцов не имел необходимого опыта. В отличие от профессионалов из других спецподразделений, бойцы Сайерет Маткаль никогда не обучались боевому ориентированию в условиях современного города, не были обучены эвакуации раненых из многоэтажных домов, не умели вести бой в условиях меблированной квартиры и даже никогда не стреляли из Узи без приклада. Часть необходимого оборудования они впервые увидели лишь на катере, по дороге в Бейрут.

Вдобавок ко всем вышеперечисленным просчетам, молодые офицеры Сайерет Маткаль, получив деньги на приобретение одежды (дабы скрыть оружие, требовались размеры больше обычных), отправились на покупку в известный тель-авивский магазин Мецкина, причем всей гурьбой и в армейской форме. Они так шумно обсуждали варианты штанов и рубашек, что до продавцов дошла суть происходящего, и они тепло пожелали парням успеха в предстоящей операции. Легко представить, что было бы, если бы эта информация дошла до неприятельских ушей!

Все эти просчеты весьма характерны для образа действий Эхуда Барака, который всегда характеризовался поверхностным подходом и демонстративным презрением к установленным правилам. Но дело не только в Бараке. Ни тогдашний начальник Генштаба Давид Элазар, ни курирующий операцию Эммануэль Шакед не только не обратили внимания на эти просчеты в процессе подготовки, но и позволили Бараку затушевать допущенные ошибки после завершения операции.

(продолжение следует)

ВАМ ПОНРАВИЛСЯ МАТЕРИАЛ? ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШУ EMAIL-РАССЫЛКУ:

Каждый понедельник, среду и пятницу мы будем присылать вам на email дайджест самых интересных материалов нашего сайта.