781 нелегальный мигрант прибыл в Великобританию на 10 надувных лодках из Франции за последние 24 часа. Это самый высокий дневной показатель на сегодняшний день в этом году.
Где-то в ближайшие сорок-пятьдесят лет в Британии умрет пожилой мужчина или женщина, и почти никто не придаст этому значения. Не будут приспущены флаги. Ни один министр не отметит это событие. Просто оборвется еще одна нить, связывающая современную Британию с той страной, которой она когда-то была. Тревожить нас должно не столько само это событие, сколько тот факт, что оно было предвидено, просчитано и стало целью государственной политики задолго до рождения этого человека.
Это поколение было воспитано людьми, пережившими Вторую мировую войну и помнившими Британию до демографических изменений последних пятидесяти лет. Их родители знали, что такое продуктовые карточки, бомбардировки («Блиц») и возвращение мужчин с фронта. Христианство по-прежнему определяло законы, обычаи и язык страны – даже для миллионов тех, кто редко переступал порог церкви. Британия менялась и раньше, но большинство людей примерно понимали, какое наследие им досталось, и ни одно правительство не ставило своей целью намеренно его заменить.
Нынешние показатели – не результат случайного стечения обстоятельств. В Англии и Уэльсе доля белого британского населения сократилась с 87,5% в 2001 году до 74,4% в 2021-м. За тот же период доля граждан, причисляющих себя к христианам, упала с 59,3% до 46,2%. Таковы результаты переписи населения; они практически в точности отражают курс, которого правительства – сменяя друг друга и представляя разные партии – придерживались, корректировали и расширяли на протяжении четверти века, ни разу не вынеся вопрос о конечной цели этих преобразований на суд избирателей.
Демографические исследования, проведенные Дэвидом Коулманом из Оксфорда, а в последнее время и Мэттью Гудвином, указывают примерно на ту же тенденцию: резкое снижение доли белого британского населения в текущем столетии. По прогнозам Гудвина, к 2063 году она опустится ниже 50%. Прогнозы – это не пророчества. Однако, когда правительства разных политических взглядов десятилетиями проводят политику, игнорируя все более очевидные демографические последствия, такой результат уже трудно списать на непредвиденную случайность. Британия меняется в масштабах, о которых избирателей никогда не информировали открыто и прямо.
Механизм этих изменений не является тайной. Рождаемость в Британии снизилась, а население стареет. Управление национальной статистики ожидает, что с 2026 года смертность начнет превышать рождаемость, а весь прогнозируемый рост численности населения в последующее десятилетие будет обеспечен за счет миграционного прироста, а не рождаемости. Столкнувшись с такой арифметикой, сменявшие друг друга правительства видели в иммиграции не проблему, а решение – и выстроили вокруг этого выбора всю государственную архитектуру: от визовых программ и моделей финансирования университетов до кадрового обеспечения социальной сферы. Демографический пробел не заполняется сам собой. Кто-то решил, как и кем он будет восполнен.
Дело здесь вовсе не в цвете кожи. Ребенок, родившийся здесь в семье иммигрантов, может быть столь же глубоко причастен к британским институтам, законам и истории, как и тот, чья семья живет здесь столетиями, – если ему дадут возможность унаследовать это наследие, а не будут учить видеть в нем нечто такое, за что нужно извиняться. Страна, которая планирует собственную демографическую замену, уверяя при этом граждан, что каждое отдельное решение не связано с предыдущим, хочет, чтобы об этой закономерности молчали, а не интегрировались в нее.
Никто не выносил этот выбор на прямое обсуждение с народом. Ни одно правительство не обратилось к избирателям с вопросом, хотят ли они перемен такого масштаба и в такие сроки – перемен, которые достанутся в наследство их внукам. Столь серьезное упущение, повторяющееся на протяжении двадцати пяти лет при правительствах самых разных политических взглядов, – это не случайная ошибка. Это метод.
Британия 2070 года сохранит свое название. Над Вестминстером по-прежнему будет развеваться флаг. Но страна, население которой было переформировано целенаправленно и без согласия самих граждан, не может просто продолжать называть себя той же самой страной. Однажды уйдет из жизни последний человек, помнящий прежнюю Британию. Останутся лишь документальные свидетельства: десятилетия решений, неизменно ведущих в одном направлении, – решений, принятых людьми, которые прекрасно знали, к чему они ведут.
«Их родители знали, что такое продуктовые карточки, бомбардировки и возвращение мужчин с войны».”
Перевод: Natalya Plyusnina-Ostrovskaya
Эта рассылка с самыми интересными материалами с нашего сайта. Она приходит к вам на e-mail каждый день по утрам.
