Из-за хиджаба душит жаба

Так называется гуляющее по просторам Интернета стихотворение, посвященное знаковому событию на Олимпиаде-2012 в Лондоне, когда дзюдоистке из Саудовской Аравии Войдан Шахеркани разрешили выступать в хиджабе. Она превратила мировой праздник спорта в подобие этнографического фестиваля, поскольку логично было бы в таком случае появление немецких атлеток в Dirndl (блуза с корсажем, широкая юбка, фартук), испанских – в trajes de faralaes (платье с оборками) и накидке с капюшоном, российских – в сарафанах и кокошниках. И итальянки бы порадовали взор своими нарядами, среди которых camicia (рубаха туникообразного покроя), gonna (длинная широкая юбка, не говоря уже о корсаже, переднике и головном платке с красивым именем fazzoletto. Все они выглядели бы намного привлекательней, чем в кимоно, майках и другом облачении – соответственно виду спорта. Отсюда, видимо, и вероятная женская зависть, пылающая из названия стихотворения.  

Photo copyright: pixabay.com

Пономарев и Коран – близнецы-братья со знаком минус

Прошло почти десять лет с того памятного момента, когда Европа почувствовала мусульманское вторжение в устоявшийся международный спортивный дресс-код. С хиджаба саудитки началось детальное изучение европейским людом мусульманской женской одежды в духе капитана Жеглова «Шарапов, присмотрись к Синичкиной!»

Ну, присмотрелись. Застенчивая малышка Войдан с живым весом 80 килограммов стала со своим хиджабом своего рода пилотным проектом.

Тотальное нашествие эмигрантов из стран ислама на Старый Свет, случившееся чуть позже, в 2015 году, привело к тому, что в ведомствах по делам иностранцев, полицейских управлениях и других официальных учреждениях появились плакаты и брошюры, наглядно убеждающих в том, что женские наряды не только весьма  разнообразны по крою и цвету, но и специфичны.

Каждый из них приоткрывает лишь весьма определенный процент исламского тела, включая кончики пальцев рук и ног, а также мочки ушей. Вроде бы не очень мужчин побуждающие к соитию, но, если сильно всматриваться, тоже весьма опасные.

Именно эти процентные особенности привели к принятию в странах Европы специальных законов, регламентирующих ношение подобных одежд и солидные штрафы для тех мусульманок, которые этот регламент нарушают. Но об этом чуть позже.

Вернемся в Лондон 2012 года. Что так возмутило автора упомянутого стихотворения Сергея Пономарева, если он разразился строками:

«Легко хиджабом обезличить всю сумму гендерных отличий. Платок когда над головой, а все лицо ее в вуали, удастся разобрать едва ли вторичный признак половой».

Вот-вот, вам, пономаревым, только одного и надо – разбора признаков. Спасибо скажите, что луноликая Войдан вообще ресничками махнула и глаза на вас подняла. Она же не просто спортсменка, а женщина, которая вынудила самого президента МОК Жака Рогге согласиться с новым дресс-кодом в дзюдо. В принципе, поднажми она еще чуток, и татами заменили бы на восточный ковер, а паузы в поединках – курением кальяна. А почему у Войдан все получилось? Потому что она оказалась первой женщиной, которая представляла Саудовскую Аравию на Олимпийских играх и хотя начисто проиграла в отборочных соревнованиях, скромно заявила на камеру: «Я буду звездой для участия женщин». Саудовских, разумеется.

На вопрос, почему она терпела поражения, ответила, что ей было трудно сосредоточиться на соревновании из-за споров по поводу вида хиджаба. Ну то есть этот спор психологически надломил 18-летнюю девушку, что она проигрывала уже на первой минуте схватки.

Поэтому неизвестно, помог ли ей хиджаб или все же подвел ее. Важно, что она не нарушила в Лондоне строгих установок Олимпийского комитета Саудовской Аравии: одеваться скромно, ходить в сопровождении мужчины-опекуна и не общаться с мужчинами. Все было выполнено, поскольку отец малышки, он же тренер, не отставал от нее ни на шаг. И всякий день в Лондоне начинался с разминки. Духовной, естественно.  Али Серай Абдулрахим в который раз, раскрыв Коран, наставлял дочь:

– Мы с тобой – в логове распущенных женщин Запада. Их нрав легко определяется кроем одежды. В Коране два аята посвящены теме того, как именно должны выглядеть мусульманские женщины и как одеваться. В 31-м аяте 24-й суры «Свет» сказано, что женщины должны показывать «только те из своих нарядов, которые наружу, накладывали себе на грудь покрывала». В 33-м аяте 33-й суры «Сонмы» сказано: «не наряжайтесь так, как наряжались во времена первого невежества», то есть язычества. Ну, чтобы их отличали от блудниц и не подвергали оскорблениям. Отчего столь строгие правила, объясняет 17-й аят 43-й суры «Золотые украшения»: женщина принадлежит к числу тех, которые «вырастают в думах только о нарядах и в бестолковых спорах», многие из которых тем же нарядам и бижутерии посвящены. А мужчины, созерцающие женщин в ярких праздничных одеждах, зажигаются греховными помыслами, чем отвлекаются от главного занятия – исполнять обязанности по отношению к Всевышнему. Стало быть, «из ваших супруг… есть враги вам, потому остерегайтесь их», как говорится в аяте 14-м суры 64 «Взаимный обман».

Вона как. Жена – враг мужа. Поскольку малышка Войдан надеялась когда-нибудь стать чьей-то женой, она могла бы за откровенно оскорбительные речи в мгновение ока уложить папаню, применив запрещенный прием, но … нельзя. Во-первых, старший по возрасту, во-вторых, отец, в-третьих, спортивный наставник.  И, главное, в-четвертых, это – мужчина, которому надлежит повелевать женщиной.

Ну а теперь вернемся в наши дни. По мнению одних исследователей, на основании упомянутых фрагментов текста Корана шариат (свод закрепленных Кораном предписаний, принципов и правил поведения, определяющих исламский образ жизни), выдвигает к женщине требование носить хиджаб. Иначе окружающие будут считать ее распутницей и относиться к ней соответствующе. Поясним, что в широком смысле хиджаб – это любая одежда, соответствующая нормам шариата. Однако в западных странах хиджабом называют платок, полностью скрывающий волосы, уши и шею и в большинстве случаев слегка покрывающий плечи, а лицо при этом остается открытым.

Поэтому, кстати, Войдан выступала в Лондоне в хиджабе такой модификации, которая прикрывала волосы и уши.

Хиджаб хиджабу – друг, товарищ и брат

В странах Европы не утихают споры по поводу частичного запрета мусульманской одежды, закрывающей лицо. В последние годы «амты» (таким немецким словом мы поименуем все виды официальных учреждений), куда вынуждены обращаться мусульманские женщины, прибывшие после 2015 года в связи с политикой открытых дверей, инициированной Ангелой Меркель, осаждаются мусульманками. Решают обычные бытовые проблемы, а конфузов не оберешься. Дает маху, естественно, чиновный люд.  Дело в том, что он способен – вот неуч-то! – назвать никаб параджой, а чадру хиджабом.

Обижаются не только носительницы одежд, но и сопровождающие их мужчины: реже – переводчики, чаще – отцы, братья, мужья. По канонам ислама такой сопровождающий блюдет нравственность женщины, которая, не приведи Аллах, может задержать на незнакомце взгляд, и ее может охватить влечение.

Интенсивность влечения к ней постороннего мужчины как раз и регулирует вид одежды, а контролирует весь процесс сопровождающий.   Ну а если этот посторонний мужчина – чиновник, от которого зависит решение о сумме социальных выплат женщине и ее семье?! Как на него смотреть? Строго, с благоговением, с благодарностью? Версию взгляда оглашает сопровождающий.

Но чиновник упрямо не желает вникать в мусульманский дресс-код. Вот власти многих городов Европы и решили устранить ликбез с помощью плакатов и брошюр, о которых говорилось выше.

– Вам же лучше будет, если вы, уважаемый, вникнете в эти вроде бы незначительные, но на самом деле важные особенности в мусульманском дресс-коде, – пытается сопровождающий втемяшить простую истину в голову чиновника. – По разным видам одежды можно даже, никого не спрашивая, определить, откуда женщина прибыла в Европу.  Вот взять, к примеру, шейлу. Вот она у вас на плакате слева. Видите – длинный прямоугольный шарф, который свободно оборачивают вокруг головы и кладут на плечи. Шейла на плакате голубая или синяя. Это особые цвета, считаются защитой от дурного глаза и болезней. Носят чаще всего в странах Персидского залива.  А справа на плакате – химар, накидка с прорезью для лица, закрывающая волосы, уши и плечи и доходящая до талии. В нем щеголяют жительницы Ближнего Востока и  Турции. Иранки предпочитают чадру – длинное покрывало, закрывающее все тело с головы до пят. Оно не крепится к одежде и не имеет застежек, женщина обычно сама придерживает ее руками. Чадра лицо не закрывает, но при желании женщина может закрыть лицо краем покрывала. Часто носят в сочетании с никабом.

– Может, все же перейдем к делу? – осторожно спрашивает чиновник, которого явно утомляет мусульманский ликбез.

– Как, уважаемый, я еще не рассказал вам, как вы можете отличать жительниц Йемена, Пакистана и Афганистана, – не унимается сопровождающий. – И все они по-своему красивы, а красота женщины, смею заметить, это, прежде всего, исходящая от нее скромность, означающая, что она чтит Коран.

– Я не собираюсь становиться экспертом ни по женской одежде Востока, ни по особенностям исламского менталитета. Мне в принципе вполне хватает Нового завета.  Поверьте, и обязанностей тоже хватает, – теряет терпение чиновник и открывает дверь. – Пожалуйста, следующий.

Точно так же потеряли терпение жители Швейцарии, в марте 2021 года проголосовавшие за запрет паранджи. Они восприняли это одеяние, представляющее фактически полностью закрывающую тело и лицо палатку из темной ткани с чачваном (сеткой-прорезью в накидке), не только как символ максимальной странности, но и как угрозу безопасности. Ведь под такой одеждой может скрываться не только восточная красотка, способная поразить сердце любого швейцарца, но и террористка с тротиловым поясом, а то и мужчина-шахид, которого разыскивает Интерпол.

Но, как подчеркивают швейцарские СМИ, инициатива, с другой стороны, была направлена против никабов, которые оставляют свободными только узкую смотровую щель, как в фильме Михайлкова «Цитадель», и которые гораздо более распространены – особенно на Аравийском полуострове и среди богатых туристов из Персидского залива, которые приезжают со своими семьями, отдыхая в Швейцарии.

Разумеется, решение о запрете паранджи было воспринято как очередная победа правых популистов мусульманской общиной страны, которая своеобразно отреагировала на происходящее. Дескать, сейчас, в эпоху пандемии мы вправе подозревать в вероятных правонарушениях половину жителей Швейцарии, поскольку они она уж точно ходят в медицинских масках, а уж какое гендерное лицо и с какими гендерными намерениями за ними скрывается, не ведает никто.

Кстати сказать, лицо может быть и вполне знакомое – к примеру, соседки или одноклассницы, которую ты знаешь десятки лет. Ведь в Конфедерации проживает около 10 тыс. лиц, перешедших в ислам из другой религии, что составляет от 2% до 4% всего мусульманского населения Швейцарии, которое стало прирастать конвертантами после 11 сентября 2001 года. Акт тотального насилия в Нью-Йорке спровоцировал жгучий интерес швейцарок к исламу. Остается гадать, почему.

К слову сказать, спровоцировал актуальное голосование по парандже акт, случившийся задолго до пандемии, – введенный несколько лет назад в италоязычном кантоне на юге Швейцарии Тичино запрет на ношение паранджи или никаба в общественных местах. Что уж так взволновало тичинцев, среди которых мусульман не более двух процентов? Видимо, даже наличие необычно одетых восточных женщин в штучном формате подтолкнуло их к столь решительным действиям.

Ну а с чего начиналось дружное европейское шествие по освоению мусульманского ликбеза?

Французский запев и фальшивые ноты

В школах Франции еще в 2004 году было запрещено ношение любого вида религиозной одежды и головных уборов, то есть речь не шла конкретно о мусульманах. Франция же стала первой страной Евросоюза, которая запретила ношение в общественных местах мусульманской одежды, полностью скрывающей лицо. Соответствующий закон, инициированный правительством тогдашнего президента Николя Саркози, был одобрен Национальным собранием страны 13 июля 2010 года. Он вступил в силу 11 апреля 2011 года.

Так что закон только что отметил первую юбилейную дату.

Разумеется, последовало резкая реакция мусульманской общины Франции об ущемлении прав. В 2014 году Европейский суд по правам человека в Страсбурге (ЕСПЧ) постановил, что принятый во Франции закон, основанный на идее «мирного сосуществования», не нарушает Европейскую конвенцию по правам человека. Решение ЕСПЧ открыло путь для принятия подобных законов и в других европейских странах, на которые распространяется юрисдикция суда в Страсбурге.

Но до сих пор оппоненты не унимаются, утверждая, что закон 2011 года еще больше разделил французское общество. Следуют явные провокации со стороны мусульманок. Они считают, что исламскому миру Франции нанесен удар, за который Париж должен платить свою цену. Но гораздо удобнее перекладывать эту цену на тех, кто готов раскошелиться. В их числе бизнесмен Рашид Некказ, систематически посещающий отделение банка в городке Эври, что к югу от Парижа. Самый что ни на есть популярный клиент финансового учреждения неоднократно выкладывающий по 150 евро штрафа, выписанного женщине за ношение никаба – мусульманской одежды, полностью скрывающей лицо.

Женщина – обобщенное понятие. Их десятки или сотни – коммерческая тайна господина Некказа, для которого мусульманское право – святыня, а общее правовое поле, в котором он живет, – вынужденная необходимость. На вопрос, отчего ему не уехать в родную страну победившего много веков назад ислама, он не отвечает. Проще поддерживать единоверок, слывя известным жертвователем.

Дарение нуждающимся – часть священного месяца Рамадан, который стартовал в этом году 13 апреля. Для   господина Некказа Рамадан длится весь год. Журналисты смогли узнать, что с 11 апреля 2011 года по апрель 2016, то есть за пять лет действия закона Некказ заплатил 235 тыс евро штрафа за женщин, не пожелавших отказаться от чадры и никаба. Во Франции он к тому моменту платил штраф почти 1100 раз, в Бельгии, где аналогичный закон был принят несколькими месяцами позднее, – 259 раз.

Европейское шествие запрета

За Францией последовала Болгария. Пазарджик стал первым городом Болгарии, где ввели запрет на ношение чадры и паранджи. Из-за этого многие мусульманки перестали выходить из дома. Город не впервые оказался в сложной ситуации.  Такой запрет уже действовал в коммунистической Болгарии в 80-е годы ХХ века. В начале 90-х годов ношение паранджи и чадры было вновь разрешено. Но времена изменились, и сейчас в Пазарджике женщине, которая выходит из дому в такой одежде, грозит французский штраф – в размере около 150 евро, а в случае повторного правонарушения – 500 евро. А это при условии того, что уровень жизни в Болгарии, считающейся беднейшей в Европе, как минимум, на порядок ниже французского, – существенный удар по бюджету семьи, а меценатов типа Некказа в Болгарии просто нет. Но тут стоп. Вот что любопытно: каждая четвертая оштрафованная смогла найти средства на штраф и – внимание –  по-прежнему носит чадру. Многие из 20 тысяч тюркоязычных мусульманок готовы плевать на запрет. Это внушают им имамы городской  мечети «Абу Бекир» – известного источника идей радикального ислама.

В ФРГ действует введенный в апреле 2017 года запрет для женщин на госслужбе и за рулем носить головной убор, закрывающий лицо. Вуалирование по религиозным или мировоззренческим мотивам противоречит принципу нейтральности государства, говорится в обосновании. Кроме того, закон предписывает женщине независимо от рода деятельности показывать лицо, если органы правопорядка пытаются установить ее личность, например, при проверке документов. При необходимости они имеют право принудить женщину – вот кошмар-то – открыть лицо.  За нарушение грозит штраф в размере 60 евро. Причем, есть ряд дополнений к правилам дорожного движения: нельзя садиться за руль, надев карнавальную маску или респиратор. Обосновали эту меру тем, что лицо водителя должно быть узнаваемо при фиксации на радарах. В остальных случаях вопросы ношения мусульманской одежды находятся в компетенции федеральных земель.

Запрет на ношение паранджи и никаба в общественных местах (включая школы, больницы, государственные учреждения и транспорт) введен с 1 августа 2019 года в Нидерландах. Штраф пожестче среднеевропейского стандарта, а именно от 150 евро. Аналогичные меры действуют также в Бельгии, Италии, Испании, Австрии, Нидерландах.

В Дании запрет введен в августе 2018-го. 28-летняя женщина из города Херсхольма стала первой жительницей Дании, которую оштрафовали за ношение мусульманского головного убора, закрывающего лицо, в общественном месте. Полиция остановила женщину в торговом центре и сообщила, что уведомление о штрафе в размере 1000 датских крон (134 евро) ей поступит по почте. Это еще щадящая сумма: размер штрафа в Дании до 1340 евро (в пересчете), которому могут подвергнуться примерно 300 женщин страны, носящих паранджу. То есть гипотетически паранджистки, многократно нарушающие запрет, если их оштрафовать одновременно, способны пополнить казну страну на 402 тыс евро и на эти деньги, положим, научить штрафниц из мусульманских гетто датскому языку, который они решительно не желают осваивать.

Законопроекты о ношении религиозной одежды обсуждаются или уже были одобрены почти во странах ЕС. В маленькой балтийской стране Латвии было всего три женщины, которые носили паранджу, но их хватило, чтобы принять в 2016 году запрет на ношение паранджи.

Вишенка на торте

Ношение никаба – это мусульманская традиция, а не норма шариата, якобы плавно вытекающая из сур Корана. Добро бы это сказало духовное лицо из других конфессий.

Но это заявление сделал не случайный человек в исламе. А именно Халед Омран, генсекретарь Совета по фетвам каирского Университета аль-Азхар. Оказывается, исламское право не обязывает мусульманок носить одежду и головные уборы, закрывающие лицо. Эту традицию женщины возлагают на себя исключительно добровольно.

Поясним: аль-Азхар – один из старейших университетов в мире и основной центр традиционного суннитского образования. Экспертные заключения его Совета по фетвам признаются всеми мусульманами-суннитами.

«Вопросы одежды и внешнего вида в значительной степени носят частный характер и тесно связаны с нравами и обычаями. То есть, в данном случае мы должны уважать особенности каждого общества и его обычаи, касающиеся одежды, – говорит Халед Омран, цитируя пророка Мухаммеда: «Ешь, что тебе угодно, и носи, что тебе угодно, но не будь при этом расточительным и кичливым». Еще четыре критерия отмечены в священных книгах мусульман: одежда не должна подчеркивать фигуру, быть открытой, тесно прилегать к телу, не должна закрывать руки и лицо.

При этом никаких предписаний по обязательному ношению любого вида женских одежд, о которых говорилось в начале этого текста. Иными словами, никаб, как и остальные одеяния, является традицией, которую возвели в норму только в тех семьях, которые хотели бы продемонстрировать особое рвение по почитанию заветов пророка. Проще говоря – согласно присказке «быть святее папы Римского», бытующей у католиков. То есть речь идет о личной инициативе самих женщин или указанию членов их семей. Мужчин, прежде всего.

– Женщины должны были закрывать лицо только в одном единственном случае – это касалось жен пророка Мухаммеда, – отмечает Халед Омран. – Но это правило не распространяется на всех женщин-мусульманок.

Вот она, разгадка.  Ношением этих одеяний современная мусульманка могла бы попасть под лучи славы жен пророка. Многие знатоки ислама считают, что некоторые одежды, никаб, к примеру, «это более позднее изобретение, о котором нет ни слова в религиозных учениях, и поэтому ни мужчинам, ни женщинам не разрешено носить одежду, закрывающую лицо». Кроме исключительных обстоятельств – в частности, в качестве защиты во время песчаной бури. «Во всех других случаях никаб считается недопустимым проявлением религиозного фанатизма».

Выходит, мусульманки, живущие в Старом Свете и надевающие названные одежды, либо совершенно не знакомы с Кораном, либо чувствуют, что даже в отрогах Альп или Пиренеев все еще находятся в эпицентре песчаных бурь.   В таких случаях врачи корректно советуют: «Вам в соседний кабинет».

Александр МЕЛАМЕД

Использованы данные СМИ Швейцарии и ФРГ