Импичмент в телевизоре

Смотрю, блин, слушания и странно мне. Выступают взрослые люди – говорят о событиях 6 января и натурально плачут. Проникновенно и гладко говорят о своих детях. Снова плачут. Вспоминают, как обнимали полицейских, что пришли их выводить. Рассказывают, как было им страшно. Как народные избранники снимали и прятали свои значки чтобы иметь шанс бежать, не будучи опознанными толпой. Не слыхали, видимо, о Керенском.

Зачем вообще они об этом рассказывают??? Что может быть позорней для избранного представителя? И почему вообще они такие нежные и ранимые – наши законодатели? Неужели в их ровной жизни никогда не было ничего страшнее 6 января? Если так – то зачем с такой унылой, нищенской на события биографией лезть в сенат и конгресс? Несколько сотен отмороженных дебилов вломились в их рабочее место – да неприятно, тревожно. Но ведь по стране это происходило все лето! Да и сказать по совести – не Вермахт ввалился, не Аль-Каида, не Талибан какой. Свои американские политически активные граждане. Избиратели.

Смотрю на чepнo-бeлыe фото сенаторов и конгрессменов времен Эйзенхауэра и не могу отделаться от мысли что тем-то и полиция не нужна была, что они не побежали бы прятаться. Эдакие коренастые дядьки с простыми и открытыми лицами. Вышли бы, наверное, и самостоятельно незатейливо воспитали придурков в шкурах их же рогами. А с другой стороны – ну какой с них спрос, с послевоенных законодателей? Разве в состоянии они были бы понять, что урезание бюджетов полиции и легализация наркотиков – это путь к снижению преступности? Что с безработицей надо бороться пожизненными пособиями? Что границу охранять стыдно.

Да они и гeндepoв-то, извините, знали только два!

Александр Куприн