Евгения Лещинская | Когда бухгалтер берётся за прозу

И почему редакторы начинают пить коньяк без повода.

Photo by Infralist.com on Unsplash

Раскрою один страшно секретный секрет. Многие наши эмигрантские пенсионеры внезапно заделались на чужбине литераторами. Литературный зуд штука страшно прилипчивая, никакими аптечными средствами не возьмешь. Да и ладно. В конце концов, если человеку любого возраста есть что сказать миру, пусть говорит.

И вот один милейший дедушка, бывший бухгалтер (главный бухгалтер! – поправили меня строго) позвонил и сообщил, что написал повесть, которая непременно должна увидеть свет. В назидание потомкам. Не могу ли я прочесть и опытной, так сказать, редакторской рукой поправить какие-то огрехи, если таковые имеются. Хотя лично он чувствует, что всё безупречно, ибо от души. Я вздрогнула и слабым голосом пискнула: сколько страниц? Не так уж и много, кокетливо ответил прозаик, знаем-знаем, краткость сестра таланта. Примерно сто пятьдесят.

В глазах моих потемнело, дыхание сбилось. Но отказать пенсионеру я не решилась. Всё ж таки дедушка. Герой труда. К тому же, как известно, старикам везде у нас почет. В общем, решила сделать богоугодное дело. Бесплатно разумеется. Не брать же денег с ветерана. И вот в понедельник рукопись была доставлена. В этот же самый день я всей душой прониклась смыслом песни про Остров Невезения. Ну, вы помните. Но были, как говорится, и хорошие новости. Повесть уместилась на семидесяти пяти страницах против ста пятидесяти заявленных.

Думаю, нет смысла описывать все мои чувства, редакторские, да и просто человеческие, при читке этой чудесной прозы. Там, например, в один из самых драматичных моментов, буквально за минуту до грехопадения, главная героиня страстно обращается к своему возлюбленному: «Поэтому согласно инструкции по применению плана счетов, если вероятность того, что дебитор с этим долгом согласится чрезвычайно мала, необходимо начислить резерв…»

Долго ли, коротко, прошло и это. Я, наконец, завершила свой титанический труд и вручила автору облагороженную (насколько это было возможно) версию. Дедушка остался доволен. Я счастлива. Расстались друзьями.

Вскоре звонит опять. Сообщает радостную весть. У него для меня кое-что есть. Воспоминания. Да-да, уже написаны. Ждут своего часа.

– Но ведь мы договаривались только насчет повести! – в отчаянии воскликнула я.

– Но, – резонно возразил плодовитый литератор, – я же обещал 150 страниц, а уложился в половину. Так вот вам сальдо.

Сижу, пью коньяк (нашёлся отличный повод: День святого Патрика!) вспоминаю свою любимую историю про священника и раввина.

Там святой отец учил ребе, как в ресторанах обедать на халяву и безо всяких последствий. Заказываешь всё, что душе угодно, а когда приносят счет, возмущенно говоришь, что за всё уже уплачено. Если официант не верит, выкладываешь свой козырь: как можно сомневаться в священнослужителе? Работает стопроцентно! Покидаешь заведение, не потратив ни гроша.

Раввин, вдохновленный идеей, потопал в свой любимый кошерный ресторан, перепробовал всё меню. А потом заявил официанту, принесшему счет, что за всё заплатил. Официант, было, смутился, но рабай отчитал его:

– Вы что же, не доверяете духовному лицу?

Официант пролепетал:

– Извините, ребе, вы правы, это какое-то недоразумение. Всего вам хорошего.

Проходит 30, 45 минут, час. Раввин не уходит. Официант робко спрашивает:

– А почему вы все еще здесь?

И ребе с обидой отвечает: жду сдачу!

Источник