Евгений Майбурд | Разборки с Ротбардом (1-2)

1. Кому лучше знать?

Ротбард

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

В статье памяти Милтона Фридмaна (2006) видный представитель нынешней «австрийской школы» Ричард Эбелинг писал: «Когда он рассмотрел политику Федерального Резерва (Фед) в 1920-х и увидел, что общий уровень цен оставался относительно стабильным, он заключил, что в политике Фед не было чего-то плохого. Единственная ошибка Фед произошла в начале 30-х, когда он не печатал деньги, чтобы противодействовать имевшей место тогда дефляции цен».

«Австрийцы, однако, – продолжает Эбелинг, – заглянув глубже стабильного уровня цен, заключили, что денежная политика Фед на деле была высоко активной и породила дисбалансы между сбережениями и инвестициями, что в конце концов привело к экономическому спаду 1930-х. Если чикагские экономисты того времени (и позже Фридмен) верили, что Фед должен был в те годы обеспечить «рефляцию» цен через денежную экспансию, австрийцы рассуждали, что перекосы, вызванные предшествующей инфляцией, сделают все еще хуже через новый круг инфляции. Так как относительные цены и отношения в производстве были ранее искажены инфляцией, единственный путь к возвращению стабильности пролегал через перенастройку цен, зарплат и производства, отражающую новую реальность после бума».

Во втором абзаце цитаты описана примерная схема того, что часто называют австрийской теорией цикла. Правда, нельзя не обратить внимание на кое-что. В то время как выводы Фридмaна, указанные выше, были сделаны на основе эмпирических данных, им противопоставлена умозрительная схема. Не сказано, какие конкретно меры денежной политики Фед «породили дисбалансы между сбережениями и инвестициями». Указание на «предшествующую инфляцию» противоречит его же, Эбелинга, признанию того, что «общий уровень цен оставался относительно стабильным».

Последнее не может быть оспорено, если свериться с показателями среднегодовых индексов цен:

(см. http://www.usinflationcalculator.com/…/historical…):

1920: 15,6

1921: – 10,5

1922: – 6,1

1923: 1,8

1924: 0,0

1925: 2,3

1926: 1,1

1927: – 1,7

1928: – 1,7

Таблица показывает высокую инфляцию в 1920 г., резкую дефляцию 1921 г., ее снижение в 1922 г. и стабильность цен вплоть по 1926 г., после чего становится заметным начало дефляционного процесса.

Динамика цен показывает, что в 20-е гг. самый высокий за период показатель инфляции был 2,3 (в 1925 г.). Отрицательные индексы в 1927 и 1928 годах – это снижение цен, вызванное дефляционной политикой, которую начал тогда проводить Федеральный Резерв и которая подготовила биржевой крах в октябре 1929 г.

2. Объективная картина

Итак, денежной инфляции не было. Что означает тогда выражение Эбелинга «высоко активная политика», породившая «дисбаланс между сбережениями и инвестициями»? Да ничего не означает, просто набор пустых слов…

Ставка дисконта Федерального резерва почти все время держалась вокруг умеренного уровня 4%. Чуть выше в 1923–24 гг., чуть ниже в 1924м и – на короткое время – в 1927-м. Вряд ли можно сказать, что это способствовало неоправданному расширению кредитной активности частных банков.

Видный специалист по банковскому делу и денежному обращению Ричард Тимберлейк, с конкретными цифрами в руках, показывает, что в течение 20-х «кредитование коммерческих банков со стороны федеральных резервных банков постоянно сокращалось и лишь незначительно увеличилось к 1928 году» (Richard H. Timberlake. Monetary Policy in the United States. An Intellectual and Institutional History. 1978, 1993, p. 264).

Можно сказать, что кризис 1929 г. случился не совсем по «австрийской теории». Спаду не предшествовала ценовая инфляция, достаточно серьезная, чтобы говорить об искажении ценовых сигналов и дезориентации инвесторов. И об искусственном расширении кредита вряд ли можно говорить в серьезных размерах. Правда, имел место ажиотаж на бирже, вызванный, насколько можно судить, завышенными ожиданиями инвесторов относительно длительности бума.

Правда также и то, что такой ажиотаж едва ли мог иметь место без экспансии кредита. Но какого вида кредита? Действительно, в 1928–29 гг., непосредственно перед обвалом, наблюдался всплеск размера суточных ссуд (overnight loans) – как раз тогда, когда Фед повысил ставку дисконта до 4,5 %.

Видимо, вследствие сжатия коммерческого кредита из-за повышения ставки дисконта, брокерам и спекулянтам на бирже понадобились другие источники денег. Эти однодневки не оказывали прямого влияния на процессы в экономике, хотя очень даже влияли на то, что происходило в главном зале биржи.

Наконец, правда и в том, что толчок к спаду имел место в денежной сфере. И это были действия именно денежных властей – только не по увеличению денежного предложения, а по его сжатию. Так же, как это случилось в 1921 г. и вызвало резкий спад – правда, быстро перешедший в подъем.

Если бы не решение Федерального Резерва начать снижать денежное предложение в 1927 г, и далее, неизбежный при таком ажиотаже биржевой спад мог (должен был) произойти позже и имел все шансы быть не таким резким и разрушительным, каким он стал в действительности. В истории известны биржевые обвалы различной степени остроты (такие как в 1974, 1982, 1988, 2000, 2002 гг.), которые не вызвали жутких последствий в экономике, хотя иные держатели ценных бумаг теряли не помалу денег. И некоторое снижение общей деловой активности имело место в тех случаях, но на время, исчисляемое в месяцах.

Таким образом, факты и свидетельства говорят, что в период бума 20-х не было ни инфляции, ни искусственного расширения кредита.

(продолжение следует)

Майбурд Евгений Михайлович
Автор статьи Евгений Майбурд Ученый, кандидат экономических наук

Майбурд Евгений Михайлович. Инженер-строитель (МИСИ).

Подпишитесь на ежедневный дайджест от «Континента»

Эта рассылка с самыми интересными материалами с нашего сайта. Она приходит к вам на e-mail каждый день по утрам.