Вирджиния снова переписывает ландшафт истории – и платят за это потомки тех, кого лишили голоса.
В который раз возвращаюсь к истории моей любимой Вирджинии, в которой суть происходящего бесконечного исторического противостояния в прочтении и переписывании истории Америки. И вот вновь о мертвых вспомнили и опять решили память очистить от правды в ее целостности. Но кому нужна правда после 2020 года и золотого гроба Флойда?…
28 августа 2026 года с Капитолийской площади Ричмонда, столицы штата Вирджиния, сняли памятники последних конфедератов, ещё стоявших на земле штата. Полиция закрыла ограду. Толпы не было. Кран поднял статую генерала Томаса «Стоунволла» Джексона, с 1875 года стоявшего у здания, которое нарисовал Томас Джефферсон… Далее была очередь генерала и губернатора Уильяма Смита и врача Хантера Макгуайра.
Я хорошо помню все до 2020 года и после, что совершили современные варвары в своей безнаказанной вседозволенности. Я наблюдала в динамике за «разрухой в головах» и ее последствиями. Увы, после них остается только выжженная земля в прямом и переносном смысле.
Но мы в 2026-м и опять рецидивы… Отдельный закон не прошёл и большинство демократическое вписало снятие оставшихся памятников в бюджет: миллион восемьсот тысяч долларов налогоплательщиков Содружества Вирджиния. Среди них – потомки тех, кто складывал гроши на эту бронзу.
Бывший сенатор Адам Эббин сообщил, что историю не стирают, а решают, кого поставить на первую страницу. Губернатор Эбигейл Спанбергер, вице-губернатор Газала Хашми, спикер Дон Скотт, прокурор Джей Джонс – все из партии ослов во всех ветвях. Они решили, какая Вирджиния имеет право стоять у дверей власти. Это не «народ снял». Это власть над газоном и казной.
Бронзу конца XIX века ставили не Конфедеративные Штаты. Их не стало в 1865-м. Ставили вдовы, приходы, Объединённые дочери Конфедерации и сыновья ветеранов. Государство полтора века держало дар как часть пейзажа власти, потом объявило оскорблением и выставило счёт на снятие тем же семьям. Победители 1865 года судили живых. Победители 2020-го и 2026-го судят мёртвых и заставляют потомков побеждённых платить повторно.
Счёт выписан. Город Ричмонд в 2020-м, при мэре Леваре Стоуни, отдал подрядчику миллион восемьсот тысяч. Ещё полтора миллиона пошли на постаменты. Штат в 2021-м снес памятник конного генерала Роберта Ли за два миллиона сто семьдесят тысяч. В 2022-м город снес памятник генерала Эмброуза Хилла вместе с прахом под камнем. Шесть лет – более семи миллионов, без склада на станции очистки сточных вод. Джефферсона Дэвиса работы Эдварда Валентайна Valentine museum положил навзничь, в краске. Ну хоть над памятником надругаемся…
Обратный ход дороже. С Арлингтонского кладбища в 2023-м сняли памятник Мозеса Иакова Иезекииля – еврея из Ричмонда, кадета Военного института, ветерана Нью-Маркета. К 2027 году камень обещают вернуть. Цена возврата – около десяти миллионов. Снять дешевле, чем вернуть. Маятник превращает одну тонну бронзы в двойную оплату.
Судьба генерала Конфедерации Роберта Эдварда Ли после смерти заставляет сердце сжаться. Усадьба Арлингтон-хаус принадлежала не ему по крови, а жене Мэри Энн Рэндольф Кастис Ли, правнучке Марты Вашингтон, наследнице Джорджа Вашингтона Парка Кастиса. Ли жил там хозяином чужого, но своего дома.
Когда Вирджиния вышла из состава Союза, он отказался от командования армией Союза и принял армию штата. Федеральная власть конфисковала усадьбу за «не уплаченный лично» налог: Мэри Кастис Ли, больную, обязали явиться самой.
С 1864 года генерал-квартирмейстер Монтгомери Мейгс велел хоронить союзных мёртвых у самого крыльца, чтобы дому нельзя было вернуться. Так родилось Арлингтонское национальное кладбище: некрополь победителей на газоне побеждённого.
Маккинли потом разрешил хоронить там и конфедератов.
Вильсон в 1914-м открыл камень Иезекииля. Столетие спустя камень сняли. Ещё через два года – смету на возвращение. Ли просил молодых жить в Союзе. Союз ответил сначала могилами у крыльца, потом краном над его бронзой, потом счётом на десять миллионов, чтобы вернуть чужой камень на его землю.
Томас Джефферсон написал, что все люди созданы равными, и за жизнь владел сотнями невольников. Монтичелло стоит. Хижины показывают. Салли Хемингс вошла в табличку. Основателю разрешена сложность: и Декларация, и плеть. Генералу Юга сложности не дали. Ему дали грузовик. Удивительно не то, что Джексона сняли у Капитолия Джефферсона. Удивительно, что Монтичелло всё ещё на холме. Пока… но варварам только дай права – они и Отцов-основателей не пожалеют…
Ирония Союза ещё проще, и её стыдливо прячут за словом «Север». Улисс Грант до войны владел человеком по имени Уильям Джонс и отпустил его в 1859-м – не в порыве 1863 года, а когда ещё не был святым избавления. Джордж Генри Томас, вирджинец и один из лучших генералов Севера, вырос в доме с невольниками. Уинфилд Скотт, главнокомандующий на старте войны, тоже из этого мира. Мэриленд, Делавэр, Кентукки, Миссури остались в Союзе и держали рабов. Западная Вирджиния откололась от Ричмонда и не стала сразу свободной землёй. Нью-Йорк дотянул рабство до 1827 года. Нью-Джерси гасил остатки вступлениями в войну.
Линкольн в первой инаугурации клялся не трогать рабство там, где оно уже есть. Прокламация освобождения не относилась к верным рабовладельческим штатам. То есть часть Севера воевала за Союз, держа невольника в хлеву, и нынешнему моралисту это не мешает ставить Гранту свечку, а Ли – счёт за кран. Святость, видимо, зависит не от ошейника, а от цвета знамени над ошейником.
После Аппоматтокса побеждённые вынули причину из учебника и назвали это «Потерянным делом». Памятники 1875–1929 годов стоят в щели: и надгробие, и знак господства после лишения голоса. Снимать их, будто снимают только надгробие, – ложь. Оставлять, будто это только надгробие, – тоже ложь. Нынешняя власть выбрала третью, дешёвую для совести: снять и назвать правдой.
2020 год не открыл архив. Он включил камеру. Джорджа Флойда сделали литургией. Уголовное прошлое не отменяет вопроса о задержании и не даёт нимба. Справедливость одного цвета кожи и репарации через сто шестьдесят лет требуют платы с тех, кто не держал кнута, в пользу тех, кто не носил ошейника. Юг капитализировал честь поражения. Часть века сего капитализирует честь обиды. Механизм родственен.
Никто не «дал право» вычёркивать. Право взяли. Война с бронзой нескончаема, потому что она не про войну Севера и Юга – она про хозяина газона. Сменится большинство – вернут Иезекииля на землю Ли за десять миллионов. Сменится ещё раз – снимут снова. Клио в сметах не участвует. Участвует подрядчик и партия, которая всегда уверена, что её первая страница есть последняя истина…
Полнота истории не может переписываться и в ней могила вирджинского пехотинца, усадьба Ли и кладбище победителей у её крыльца, Джефферсон на холме в усадьбе Монтичелло с хижинами и Грант с одним отпущенным человеком, пустой круг на проспекте вместо памятника генералу Ли и смета, снятая с сыновей и дочерей тех, памятники которым разрушили или просто убрали. И десятки тысяч чернокожих в армии Юга, и пять тысяч сыновей и дочерей Израиля там же… Кто вынимает одну карту и называет колоду полной, не заканчивает войну. Просто война обретает все новые извращенные формы…
Эта рассылка с самыми интересными материалами с нашего сайта. Она приходит к вам на e-mail каждый день по утрам.
