Елена Пригова | Великое сближение без иллюзий: Трамп, Си и прагматизм сверхдержав

Немного холодной воды с моего атлантического побережья США на горячие головы любителей информации…

К 00:30 по пекинскому времени 15 мая, когда в Европе уже сгущались вечерние сумерки, а в Вашингтоне было около 12:30 дня, двухдневный государственный визит Дональда Трампа в Китай завершился. Это были первые переговоры американского президента в Пекине за девять лет. Официальная часть выглядела торжественно: 14-секундное рукопожатие, государственный банкет в Доме народных собраний и совместные заявления. Но за кулисами, как выяснилось, кипел настоящий хаос.

Согласно эксклюзивному материалу New York Post от 14 мая, саммит сопровождался несколькими физическими стычками. Китайские чиновники и журналисты устраивали настоящие «крики и толкотню» с американской делегацией. Сотрудницу Белого дома затоптали китайские репортeры, ворвавшиеся на утреннюю двустороннюю встречу Трампа и Си. Девушка получила ушибы, но серьeзно не пострадала. Американцы открыто называли происходящее «полным дерьмовым шоу» (s—tshow).

Cобственно, культурные традиции понимания границ дозволенного остаются неизменными, как и понимание различий в психологии этносов. Вероятно, на м при всем желании трудно понять до конца иероглифическую суть мышления китайцев…

Далее последовал «мексиканский standoff» у Храма Неба. Китайские чиновники отказались пропускать агента Секретной службы с табельным оружиемa это стандартная практика охраны президента США. Переговоры длились 30 минут. Американская сторона отказалась двигаться дальше без своего человека. В итоге вызвали другого агента, чтобы сопроводить пресс-пул. Когда пришло время возвращаться в кортеж, китайские чиновники заперли американских журналистов в боковой комнате и не выпускали. Пришлось прорываться с криками «We are going!» и буквально расталкивать препятствующих.

Китайцы жестко контролировали все: отбирали бутылки с водой (при температуре выше +27°C на солнце), ограничивали доступ в туалеты, заставляли использовать «горелые» (временные) телефоны и почту для защиты от хакеров. Камеры видеонаблюдения в Пекине стоят буквально на каждом столбе. Оператор, сопровождавший режиссера «Часа пик» Бретта Рэтнера, прилетевшего снимать локации для четвертой части франшизы, запечатлел всю эту закулисную картину.

На сцене же все выглядело иначе и картинку для СМИ была красочной. Мне это все напоминало «перевязь Портоса».

Си Цзиньпин начал переговоры с Тайваня: «Тайваньский вопрос самый важный в китайско-американских отношениях. Если подойти к нему правильно – отношения стабильны. Если неверно – столкновение или даже конфликт».

Трамп после встречи был немногословен. Госсекретарь Марко Рубио сразу подтвердил в интервью NBC News: «Мы сохраняем стратегическую неоднозначность». США не обещают автоматически воевать за Тайвань, но и не отказываются от такой возможности.

Экономическая часть стала главным результатом. Китай согласился купить «200 больших» самолётов Boeing. Обсуждались крупные закупки американской нефти, LNG, сои и сельхозпродукции – всё для снижения зависимости Пекина от Ормузского пролива. Си пообещал Трампу не поставлять военное оборудование Ирану и помочь сохранить пролив открытым. Трамп, в свою очередь, получил возможность заявить о «партнерстве, а не соперничестве».

Пока в Пекине гасили огни банкетных залов, в Нью-Дели проходила встреча министров иностранных дел БРИКС, но без Ван И – главного дипломата Китая. Он остался в Пекине принимать Трампа. Это был четкий сигнал: Пекин отдаёт приоритет двусторонним сделкам с Вашингтоном над многосторонней риторикой о многополярности и дедолларизации.

В Персидском заливе ситуация оставалась напряженной. 14 мая Иран захватил очередное судно у берегов ОАЭ в 38 морских милях от берега, за пределами Ормузского пролива.

Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагхчи на встрече БРИКС в Нью-Дели заявил: «ОАЭ напрямую участвовали в агрессивных действиях против Ирана… Они даже не осудили варварское нападение на школу». ОАЭ ответили жестко: обвинения «вводят в заблуждение», все действия были оборонительными.

Адмирал Брэд Купер, глава CENTCOM, на сенатских слушаниях 14 мая признал: «Командование и управление Ирана было существенно нарушено в результате наших ударов… КСИР осуществляет значительную власть». США потеряли в войне с Ираном (февраль–апрель 2026) 39 самолётов – примерно один в день.

На фоне этого 12 мая Россия нанесла один из самых массированных ударов по Украине: более 200 ударных дронов и десятки ракет по Киеву, Днепру, Харькову, Сумам и Херсону. Погибли минимум девять гражданских, десятки ранены. По последним данным по Украине за двое суток c территории Z прилетело 1,5 тыс. дронов.

ЕС назвал это «неприемлемой эскалацией» и ускорил работу над 19-м пакетом санкций. ООН в очередной раз осудила атаки на гражданскую инфраструктуру. Мир политических карликов и мир реальных людей – параллельные миры, в которых цена человеческих жизней измеряется интересами.

Все это происходит в момент, когда Трамп использует энергетический рычаг: контроль над Венесуэлой и давление на Иран через Китай ограничивают доступ Пекина к дешевой нефти. Именно поэтому Си пошел на сделки по Boeing, нефти и Ормузу.

Мир стоит на распутье. Сверхдержавы не стали союзниками и не отказались от конкуренции. Они просто перешли к политике личных отношение, корпоративной мощи и экономических стимулов, которые оказались эффективнее идеологических блоков. БРИКС слабеет без полного участия Китая. Иран и роzzия продолжают играть по старым правилам силы, но сталкиваются с реальностью: энергия и деньги важнее лозунгов.

Никто не сдался. Никто не победил окончательно. Просто две самые большие экономики планеты вспомнили простую истину: иногда выгоднее торговаться, даже если за кулисами приходится немного потолкаться из-за бутылок воды и табельного оружия. Пока в Пекине наступает ночь 15 мая, а в Европе и США продолжается 14-е, глобальная повестка определяется не резолюциями ООН и не лозунгами БРИКС, а конкретными цифрами: 200 самолeтов Boeing, 39 потерянных американских самолeтов в Иране, более 200 Z-дронов по Украине и обещанием Си держать Ормуз открытым.

Это и есть реальность середине мая 2026 года: прагматизм сверхдержав, который пока перевешивает риск большой войны. Но закулисный хаос напоминает: даже в моменты «великого сближения» борьба за контроль и «правильно лицо» никуда не исчезает. Улыбаемся и машем…