Елена Пригова | Синяя волна, которую никто не проверял

Бенджамин Франклин предупреждал, что «Когда народ поймет, что может голосовать за выделение себе денег, это ознаменует конец республики». Алексис де Токвиль уточнил: «Американская Республика просуществует до тех пор, пока Конгресс не обнаружит, что может подкупать общественность деньгами самой же общественности»…

Скриншот публикации в сети X.

Ноябрь 2026-го показал, что день этот уже наступил не в теории – в цифрах и оба сказали это задолго до того, как на карте страны появилось 2848 округов из 3108, которые сдвинулись синими стрелками, а красных осталось 260. О да, стрелки эти не только «настроение», но и удивительный феномен изменения маржи по сравнению с президентскими выборами 2024-го.

Оговорюсь сразу, чтобы потом меня не обвинили в чем-либо: я за прозрачность любых выборов, такую же за прозрачность в вопросах и честность в ответах, которые хотят услышать граждане CША. Не граждане пусть расслабятся – это не их выборы, уж простите.

Итак, в красных штатах, где ещё вчера голосовали с запасом, вдруг появляется другая сторона, и разница измеряется не сотнями тысяч, а миллионами. И тут речь о цифрах, которые никто не объяснил:

Республиканцы в 2022-м: 54,2 млн. В 2026-м: примерно 55,6 млн. Прибавка 1,4 млн. Обычный midterm-уровень. Демократы в 2022-м: 51,3 млн. В 2026-м: примерно 70 млн. Прибавка около 19 млн.

Население взрослых выросло меньше. Явка выросла, но не на 19 млн только у одной стороны. Республиканцы не «остались дома» – они вышли примерно так же, как всегда, и даже чуть больше. Откуда взялись лишние 19 млн? Вопрос простой. Ответа нет.

Цифры в Техасе на промежуточных выборах 2026 года выглядят так, будто их рисовали ночью в кабинете, где забыли сверить все с предыдущими циклами.

За Джину Инохосу на пост губернатора проголосовали 5,23 млн избирателей – больше, чем за любого кандидата на эту должность в современной истории Техаса. Это превысило предыдущий рекорд Грега Эбботта (4,66 млн голосов в 2018 году) и результат Бето О’Рурка в 2022 году на 1,68 млн голосов.

Джеймс Таларико в гонке за место в Сенате получил 5,45 млн голосов, всего на 940 тыс. меньше, чем Дональд Трамп набрал во всем Техасе на президентских выборах 2024 года.

И это на промежуточных выборах. Голоса республиканцев в решающем «красном штате» почти не выросли. Демократические выросли резко и вышли почти на президентский уровень. Ну прямо Праздник Святого Йоргена. При этом власть в штате Техас осталась республиканской.

Очевидное – невероятное…

Между 2022 и 2024 годами в Техасе обработали 2 900 357 новых «действительных» регистраций. 56,5% всех регистраций именно «новые». Собственно, по федеральному закону достаточно клятвы о гражданстве. Документального подтверждения не требуется. Государственный секретарь – республиканец, но процедура та же, что и везде. Кто вносил эти записи и кто утверждал их без документов?

В округе 93 Техаса Эрика Ломик победила на обоих выборах в Палату представителей (общих и специальных), получив около 51%, хотя приостановила кампанию за недели до дня голосования. Имя осталось в бюллетене – срок удаления истёк. Там возникли вопросы о сообщённом обвинении 2011 года в Северной Каролине в мошенничестве с ипотекой, банковском мошенничестве и сговоре с целью отмывания денег с приговором к 63 месяцам тюрьмы. Ломик заявила, что никогда не была осуждена ни в одном штате. По закону Техаса окончательно осуждённый за тяжкое преступление не имеет права занимать должность, если не помилован. Голоса за имя в бюллетене всё равно учитываются, вакансия заполняется потом. Кто утверждал её кандидатские документы с отметкой об отсутствии осуждения и кто оставил имя после появления записей?

31 октября Кен Пакстон объявил об арестах осуждённых, голосовавших в округе Харрис, пока они были на условно-досрочном освобождении. Сигнал 27 октября, сверка с Департаментом уголовного правосудия Техаса, ордера в округе Монтгомери и аресты нескольких человек. Так все просто, когда есть конкретный сигнал и желание проверить его. Эти аресты не объясняют миллионы новых голосов одной стороны при почти плоских цифрах другой, но кто оставлял этих людей в активных списках до сигнала? Кто хоть как-то проверил миллионы новых списков или просто задал логический вопрос, «откуда дровишки»?

В Айове Эрик Армстронг вышел из гонки в Палату представителей штата (округ 20) 7 сентября из-за проблем со здоровьем, но его имя осталось в бюллетене. Результат: 4 602 голоса у Армстронга против 3 737 у республиканца Кита Джонса. Джонс заявил: «Мы заслуживаем знать больше» и потребовал расследования возможных скрытых обстоятельств. Если человек вышел по здоровью, почему имя осталось, почему он победил и почему соперник требует не принятия результата, а проверки?

В Пенсильвании 6 ноября появился текст о тысячах мёртвых избирателей, чьи даты смерти якобы изменили на день после выборов, и все они «голосовали» за демократов. Kто имел доступ к базам данных, если изменения действительно были?

На Аляске сенатская гонка прошла по ранжированному выбору. Мэри Пелтола – 48,2% (102 962 голоса), Дэн Салливан – 47,9% (102 325 голоса). Разница в несколько сотен. Дополнительные кандидаты по механике системы перераспределяли голоса. Где полные цепочки по раундам и кто контролировал подсчёт? Но главное, почему никто не вспомнил еще о двух претендентов, которые вообще никакого отношения к выборам не имеют, а у одного из них практический все данные совпадают с реальным Дэном Салливаном? Ау, Аляска, ответь за вброс!

По стране у нас двухцветная «картина маслом» предсказуемо ужасна: 2848 округов синим против 260 красным. И тут очередной вопрос в повторении: по стране демократов 62 млн, что возросло порядка 19 млн по сравнению с 2022-м, а у республиканцев всего около 1,4 млн. И Это после 2024 года? Вы верите в магию отредактированных чисел? В нескольких штатах одновременно: почти плоские республиканские цифры и резкий рост демократических. Кари Лейк сказала о выборах в  Айове: «Математика не сходится, не сертифицировать, пока не проверите».

Вопросы не к цифрам. Вопросы к тем, кто их рисовал:

Кто в Техасе внес и утвердил 2 900 357 новых регистраций избирателей между 2022 и 2024 годами и чем объясняется миллионный рост голосов демократов при почти неизменном результате республиканцев?

Кто оставил имя Эрики Ломик в бюллетене округа 93 после приостановки кампании и появления записей о возможном обвинении?

Кто оставил в бюллетене Айовы имя Эрика Армстронга после его выхода из гонки по состоянию здоровья, и кто несет ответственность за его победу, пока Кит Джонс требует проверки?

Кто в Харрисе оставлял в активных списках осуждённых на условно-досрочном до сигнала 27 октября?

Кто на Аляске контролировал цепочки ранжированного выбора при разнице в несколько сотен голосов между Мэри Пелтолой и Дэном Салливаном?

Кто в Пенсильвании имел доступ к базам, если даты смерти менялись, и почему заявление осталось без имён и логов?

Почему Эбботт, Пакстон, Патрик и Круз до сих пор не потребовали полной публикации исходных файлов и журналов доступа до сертификации?

Демократы десятилетиями делают одно и то же: регистрация по клятве, списки без жёсткой сверки, имена в бюллетенях после выхода или приостановки, ранжированные системы, где несколько кандидатов меняют расклад, заявления без документов. Цифры не сходятся с предыдущими циклами и с приростом населения. Это не ошибка. Это метод. Ответить должны те, кто имел доступ к базам и кто утверждал эти записи. Наблюдатели должны наблюдать за наблюдателями. Точка.

А мы еще не начинали даже о других резко посиневших штатах…