Елена Пригова | Нью-Йоркские демократы переписывают семейное право, убирая из законов понятия «мать» и «отец»

Законопроект S9316 заменяет биологические термины гендерно‑нейтральными формулами и вызывает резкую общественную реакцию.

Иллюстрация: Е. Пригова / AI

В начале июня 2026 года Сенат штата Нью-Йорк, управляемый демократическим большинством, принял законопроект S9316 (параллельный в Ассамблее – A8382). Голосование прошло строго по партийной линии: 38–23 в Сенате. Документ заменяет в ключевых разделах Family Court Act, Domestic Relations Law и связанных нормах слово «мать» на «вынашивающий родитель» (gestating parent), а «отец» – на «невынашивающий родитель» (non‑gestating parent). «Установление отцовства» (paternity) превращается в «установление родительства» (parentage), а «предполагаемый отец» – в «предполагаемого родителя».

Представьте картину: в Олбани сидят законодатели, практически все из которых сами рождены матерями и отцами, и хладнокровно вычеркивают из закона основу человеческой цивилизации – биологическую семью.

Возникает вопрос: у этих людей были родители или они появились из пробирки в лаборатории гендерной идеологии? Миллионы американцев, рожденных матерью и воспитанных отцом, теперь должны наблюдать, как фундаментальные понятия о человеческой природе заменяются абстрактным новоязом. Это не реформа, а объявление войны нуклеарной семье и самой биологии.

Главный спонсор законопроекта – сенатор Луис Р. Сепульведа (D‑Bronx, 32-й округ), председатель Юридического комитета Сената. Именно он внес S9316 и представил его как «техническую чистку» для согласования с ранее принятым Child‑Parent Security Act (CPSA) 2020–2021 годов, который легализовал компенсированное гестационное суррогатство.

Сепульведа оправдывал изменения «инклюзивностью» для однополых пар, суррогатных программ и «современных семей». Между тем статистика суррогатных рождений в США составляет примерно 1 700–3 000 детей в год. На фоне этих цифр попытка переписать весь семейный кодекс выглядит несоразмерной.

Сепульведа – пример того, как в сверхнадежном демократическом округе можно оставаться у власти, несмотря на личные скандалы. В 2021 году его арестовывали по обвинению в домашнем насилии – criminal obstruction of breathing. Был и эпизод 2015 года с ордером на защиту. Обвинения сняли, потому что жена отказалась свидетельствовать. Человек с таким багажом теперь переписывает законы о родительских правах.

Большинство проголосовавших за S9316 – демократы, которые, по словам очевидцев, «закатывали глаза» во время голосования, понимая абсурдность происходящего, но партийная дисциплина и страх обвинений в «трансфобии» взяли верх. Эти решения стирают базовое понимание: ребенок рождается от матери и отца, а не от «вынашивающего» и «невынашивающего» родителей.

CPSA – закон о легализации и регулировании суррогатного материнства, подписанный губернатором Эндрю Куомо 3 апреля 2020 года и вступивший в силу 15 февраля 2021-го. За пять лет действия CPSA судебная практика показала низкий уровень споров: тысячи решений о родительских правах до рождения ребенка выдаются в рутинном порядке, особенно для однополых пар и одиноких родителей. Закон стабилизировал юридическую сторону вопроса, но цена оказалась высокой: полное отделение родительства от биологии и превращение женского тела в коммерческий ресурс.

S9316 – логичное продолжение этой линии. Раз уж биология была стерта в суррогатстве, теперь переписывается весь семейный кодекс. Последствия очевидны: судебные иски и дальнейшая эрозия института семьи.

Если губернатор Кэти Хокул подпишет законопроект (у нее 10 дней на решение), изменения вступят в силу, вероятно, с 1 ноября 2026 года. В быту слова «мама» и «папа» не запрещены, но в судебных делах об опеке, содержании, усыновлении и воспитании будет использоваться новояз. Это создаст хаос в правоприменении, путаницу и дополнительные расходы на переподготовку судей и юристов.

Судебные иски уже готовятся. Консервативные организации, религиозные группы и родительские объединения планируют оспаривать закон по основаниям неопределенности терминологии, дискриминации биологических родителей, конфликтов с федеральным правом и нарушений религиозной свободы. Шансы в нью-йоркских судах невысоки, но федеральные иски и апелляции до Верховного суда США возможны.

Аналогичные инициативы в других штатах уже сталкивались с сопротивлением. Это будет длительная юридическая борьба.

Речь идет о дальнейшей эрозии нуклеарной семьи – основы общества. Следующий шаг – полное отделение родительства от биологии и культурный распад, в котором дети будут расти в мире, где государство официально отрицает реальность. Психологические последствия, ослабление связей поколений – лишь начало.

Губернатор Кэти Хокул, позиционирующая себя как «первая мама‑губернатор», оказалась в неловком положении. Она заявила, что «не знакома с биллем» и «ознакомится». Подпишет ли она документ, который многие считают ударом по традиционной семье? Партийное давление велико, но общественная реакция растет.

Кто может остановить процесс? Вето Хокул, смена большинства на выборах 2026 года или судебные иски. Республиканцы и консерваторы уже заявляют, что это отвлечение от реальных проблем – преступности, инфляции, коммунальных тарифов. Но в Нью-Йорке демократическое супербольшинство удерживает власть.

Почему молчат обычные родители? Страх общественного давления, занятость выживанием, контроль СМИ и образования, демографические изменения в городах. Иммигрантские общины обеспокоены, но их голоса тонут. Родители должны проснуться и защищать свои права, иначе страна потеряет основу – семью.

Законодатели, продвигающие подобные инициативы, разрушают фундаментальное понимание человеческой природы. Ребенок рождается от матери и отца – это биологическая, культурная и духовная аксиома. Переписывая законы под идеологические конструкции, они подрывают миллионы семей и создают опасный прецедент, в котором государство переопределяет реальность.

We the People – и приходится напоминать об очевидном.