Елена Пригова | Европа на пороге Еврабии

Когда защита «чувств» заменяет защиту цивилизации.

Есть религии, которые предлагают путь спасения души или морального совершенствования. А есть религия, чья классическая правовая и политическая теория делит весь мир на две категории: Дар аль-Ислам – территория, где уже правит шариат, и Дар аль-Харб – территория войны, которая ещё не подчинена. В этой схеме мир не равноправный и не окончательный. Он временный. Конечная цель – чтобы знамя ислама развевалось повсюду. Это не эмоция и не «исламофобия». Это доктрина, и Ориана Фаллачи сформулировала её с беспощадной ясностью: «Европа становится всё больше провинцией ислама, колонией ислама. А Италия – форпостом этой провинции, оплотом этой колонии… В каждом из наших городов лежит второй город: мусульманский город, город, управляемый Кораном. Этап исламской экспансии». И ещё: «Европа больше не Европа, это Еврабия, колония ислама, где исламское вторжение происходит не только в физическом смысле, но и в ментальном и культурном». Прекрасная. Итальянская журналистка и писательница всё это не выдумывала – она читала источники.

Вот уже который день события в американской суете не отпускают, и я читаю источники, от которых становится не по себе от безграмотности тех, кто кричат об «исламофобии»…

Классические толкования не оставляют места для сентиментальности. Сура 9:29 гласит: «Сражайтесь с теми из людей Писания, которые не веруют в Аллаха и в Последний день, не считают запретным то, что запретили Аллах и Его Посланник, и не исповедуют истинную религию, пока они не станут собственноручно платить джизью, оставаясь униженными». Вы не знаете, что такое джизья? Это дискриминационный налог на немусульман (зимми), живущих под властью мусульман в соответствии с Кораном и хадисами.

Ибн Касир – классический суннитский учёный XIV века – разъясняет: «…пока они не станут платить джизью… и чувствовать себя униженными» означает состояние поражения и подчинения; мусульманам не дозволено почитать людей зиммы или возвышать их над собой, ибо они должны оставаться униженными и презренными».

Абуль-Аля Маудуди – ведущий идеолог политического ислама XX века, основатель «Джамаат-и-Ислами» и автор «Тафхим аль-Куран» – пишет ещё яснее: «цель джихада против иудеев и христиан – не обязательно обращение в ислам, а принуждение к джизье, чтобы положить конец их независимости и превосходству, отнять у них суверенитет и сделать их подданными».

О да, оба «толкователя» не маргиналы, а признанные мужи, чьи слова веками и десятилетиями формировали понимание аята – стиха Корана. Цинизм современности в том, что Запад упорно пытается читать эти тексты через призму собственного гуманизма. «Это же исторический контекст!» – твердят. Но для миллионов верующих Коран – вечный. А правоведы понимали его буквально: экспансия – норма, а не исключение.

В XX–XXI веках методы изменились, но цель осталась. Военный джихад не исчез. Просто рядом с ним работают более эффективные инструменты: Демографический: выше рождаемость плюс массовая миграция. Политический энтризм: проникновение в институты, образование, партии. Культурный: требования «уважения», которые постепенно превращаются в право вето на критику и в давление на местные законы. Хиджра как стратегия расселения, создание параллельных обществ, отказ от ассимиляции.

Либералы и левые десятилетиями играли роль полезных идиотов. Они видели в мигрантах только «жертв колониализма» и «разнообразие». Они не хотели видеть цель – исламизацию пространства. Мультикультурализм стал идеологией самоубийства: «все культуры равны», кроме собственной, которая должна уступить.

Особенно ясно это видно на примере Братьев-мусульман и их прямого «внука» ХАМАС. Организация, основанная Хасаном аль-Банной, с самого начала ставила целью постепенное установление исламского порядка через воспитание, ячейки и проникновение в общество. ХАМАС, выросший из этого же ствола, в своём Уставе 1988 года прямо писал об уничтожении Израиля и отвергал любые переговоры о мире, объявляя Палестину неделимой, которую нельзя отдавать. Даже после косметических правок риторика осталась прежней: «от реки до моря», призывы к джихаду, прославление шахидов и открытая ненависть к евреям как к коллективному врагу.

Эти лозунги звучат не только в Газе. Они повторяются на улицах европейских и американских городов, в университетских кампусах, на митингах, где прогрессивная публика скандирует их, делая вид, что это «просто критика политики». Сети, связанные с идеологией Братьев, десятилетиями работали на Западе, создавая организации, лобби, образовательные структуры и медиа, которые одновременно требуют защиты от «исламофобии» и нормализуют уничтожение еврейского государства. Это не защита угнетённых – это работа по разрушению самой ткани западной цивилизации: её способности к самозащите, её свободы слова, её исторической памяти и её иудео-христианских основ.

И вот здесь проявляется самое постыдное непонимание сути. Запад трясётся от страха обидеть представителей ислама. Любая критика доктрины, демографии, параллельных обществ или насилия мгновенно объявляется «исламофобией». Политики и особенно прогрессивные активисты немедленно выходят с осуждениями: создаются комиссии по борьбе с «исламофобией», выделяются бюджеты, университеты вводят тренинги, СМИ клеймят любого, кто осмелится указать на проблемы интеграции или на рост параллельных обществ. После терактов или беспорядков первой реакцией часто становится не анализ причин, а предупреждение о «волне исламофобии». В то же время резкий рост антисемитизма – особенно после 7 октября 2023 года, когда еврейские студенты в американских и европейских университетах подвергались травле, когда на улицах звучали призывы «от реки до моря», когда синагоги охраняли усиленно, а еврейские магазины подвергались вандализму – встречал куда более сдержанную, а порой и оправдывающую реакцию.

Многие прогрессивные политики и активисты либо молчали, либо сводили всё к «критике Израиля», либо прямо участвовали в митингах, где антисемитизм маскировался под антисионизм. Одни и те же люди, готовые уволить профессора за «исламофобский» комментарий, спокойно терпели или даже поддерживали лозунги, отрицающие право евреев на самоопределение. Это не случайность. Это иерархия жертв в действии: мусульмане – «угнетённые», евреи – «привилегированные». Поэтому одна «фобия» объявляется смертельным грехом, а другая – почти добродетелью.

Самым мерзким является узурпация памяти о Холокосте, в котором арабы Ближнего Востока поддерживали немецких нацистов. Короткую память надо освежать некоторым постоянно.

Но при этом те же голоса с лёгкостью топчут иудео-христианские корни, на которых выросли Европа и Америка. Именно из этих корней вышли идея достоинства личности, верховенство права, разделение властей, свобода совести, ценность отдельной жизни. Христианство и иудаизм веками спорили, конфликтовали, но создали цивилизацию, способную к самокритике, к реформам, к защите слабого. Исламская классическая теория такой самокритики не предполагает: мир либо уже исламский, либо ещё должен им стать.

Запад забывает, чем обязан иудео-христианскому фундаменту, и одновременно защищает религию, которая этот фундамент системно оспаривает. Боязнь обидеть только одну сторону при полном безразличии или даже враждебности к другой – это не толерантность. Это цивилизационное самоубийство.

В этой картине крохотный Израиль выглядит особенно остро. Тысячелетиями еврейский народ оказывался перед Голиафами: империями, халифатами, погромами, Холокостом. И каждый раз Давид побеждал. Сегодня Израиль – маленькое государство, окружённое куда более многочисленными и часто враждебными соседями, подвергающееся постоянным атакам, демографическому давлению и международной травле. И всё же он выживает, строит, защищается. А Запад, выросший на тех же иудео-христианских корнях, часто встаёт на сторону тех, кто хочет Давида уничтожить.

Так кто же теперь новые Голиафы? Многомиллионные массы, несущие с собой доктрину Дар аль-Харб и демографическое превосходство? Или самобичующийся Запад, который боится назвать угрозу по имени, но с энтузиазмом ненавидит единственную демократию на Ближнем Востоке, которая этот Запад в конечном счёте защищает?

Фаллачи предупреждала. Первоисточники ислама красноречиво говорят сами за себя. Плоды уже на столе. Вопрос только в том, сколько ещё «полезных идиотов» понадобится, чтобы Запад окончательно перестал защищать себя и свои собственные корни. Когда наконец люди поймут, что «за ними уже пришли»… И тут вспоминается принцип Винни-Пуха: «или я испорчусь, или шарик». Вы уже сами решайте, что для вас важнее.