ДНК-тест не приговор

ДНК-тест не приговорАндрей Малахов, случайно или нет, но буквально по Фрейду время от времени проговаривается в выпусках передач «Пусть говорят».

Так, недавно, когда в очередной раз выясняя вместе со зрителями степень родства, он сказал, как бы между прочим о том, что приехавшие в Москву на запись программы не хотят тратиться на пресловутый ДНК-тест и потому едут в Останкино, чтобы пройти исследования бесплатно.

Не думаю, что дело только в желании сэкономить и прогуляться в столицу за чужой счет.

Однако, тут любопытен некий парадокс.

С одной стороны, приезжая из провинции, они вроде бы не хотели бы, чтобы по месту их постоянного жительства, где все всех хорошо знают, на их счет распускались бы сплетни.

А вот с другой стороны, когда они рассказывают в телестудии о своей драматической по сюжету ситуации, их смотрят десятки миллионов зрителей. В том числе, и в тех населенных пунктах, откуда они приехали за правдой.

Все же мне представляется, что большого несоответствия тут нет.

Во-первых, издавна на Руси в столицу государства ехали искать правду. Возможно, что иногда и находили ее.

Но не только в подобном искательстве истины оказывалось дело.

Есть здесь и во-вторых, и в-третьих.

Например, недоверие к местной медицине вообще и к анализам такого рода, в частности. Вероятно, бытует мнение, что, чем дальше от власти, тем проще получить нужный результат, в том числе, и в ДНК-тесте.

Кроме того, при его наличии надо идти в суд, но и суд на местах может быть ангажированным, мягко говоря, впрочем, как и везде.

И тогда вся надежда на телевидение, что есть уже традиция не слишком давнего времени. Если с экрана скажут, что так-то и так-то, вероятность отцовства или материнства ноль процентов или совсем наоборот, то вряд ли и на малой родине участников детективно-поучительного шоу кто-то осмелиться пойти против телевидения.

То, что для редакторов «Пусть говорят» и ее бессменного ведущего не является изначально тайной то, что написано в заветном конверте, благодаря содержанию которого можно установить степень родства, кажется, несомненный факт.

Потому, что трудно представить, что они, как и зрители в студии и у экранов телевизоров до последних минут эфира передачи не знают, кого назвать в том или ином случае биологическим отцом или матерью.

Но дело не в этом, ведь без интриги «Пусть говорят» станет совсем другой передачей и потеряет свой рейтинг полностью.

Сейчас разговор о том, что, узнавая о степени своего или чужого родства, гости студии уходят из нее воодушевленные или озабоченные. И может показаться, что телерасследование завершилось идеальным финалом. Но это не соответствует действительности.

Поскольку, какие бы доводы и логические изыски ни использовались в конкретной программе «Пусть говорят», все равно окончательное решение по ситуации может принять только суд.

А уж каковым оно будет по сути – неизвестно.

И поэтому все игры с ДНК-тестом не более, чем некоторого рода мистификация, не подкрепленная юридически. А, значит, элемент скандального шоу, наверное, не имеющий правовых последствий.

Так что, как писали классики — радоваться рано.

И для того, чтобы в судебном порядке закрепить то, что обнародовано в очередной программе по поиску родителя, надо на самом деле все начинать сначала. И по месту жительства.

А что шоу — шоу продолжается без перемен. На то оно и популярное.

Илья Абель, Москва

От автора. Вместо послесловия.

На сайте “Эхо Москвы” отказались после трех попыток опубликовать данный текст. Два раза обращали внимание на первую фразу, потом сказали, что текст вообще невнятный. Если бы сразу попросили переделать, то я переписал бы его без всяких сложностей. Поскольку мне понятно, что дело не в первой фразе, а в том, что не хотя трогать по каким-то причинам Первый канал или эту передачу, то я написал следующий ниже текст, который выражает мою позицию. Есть стопроцентная уверенность, что его не опубликуют, скорее всего, ни при каких обстоятельствах. Это к вопросу о свободе прессы, цензуре и тому подобных красивых тезисах применительно к редакционной политике сайта “Эхо Москвы”.

ПО СУЩЕСТВУ

06 июня 2014, 00:20

Мне сказали, что непонятна первая фраза.

Я ее переделал.

То, что текст невнятный — мне не сообщили.

По поводу обсуждения коллег по цеху: неделю назад я писал про Дмитрия Киселева, и текст был опубликован.

Кроме того, я не обсуждал Малахова.

Речь шла о том, что люди едут в Москву, чтобы сделать ДНК-текст.

Если это непонятно было написано, то я бы текст переписал.

Мне же дважды указывали на неточность первой фразы, которую я переделывал.

Вывод: дело не в Малахове и не в коллегах по цеху. Дело в нежелании писать про Первый канал или публиковать мои заметки о Первом канале.

Так надо было так и сказать — про Первый мне нельзя писать для “Эха”.

А не морочить голову первой фразой.

Всяческих успехов.