– сказала когда-то Яровая Познеру, перед тем сообщив ему, что она русская. И во взгляде ее читалось – ты-то нерусский, так что нечего тут. Помните, как Познер от этого взгляда смешался, кажется, впервые в жизни? Я хорошо помню.
Разрушение деревни, начавшееся в конце 20-х гг. минувшего столетия и завершающееся сейчас на наших глазах, – национальная трагедия России. «Деревенская проза», фиксировавшая эту трагедию, странным, казалось бы, образом через некоторую пору по ее возникновению оказалась приласкана и обласкана властью. Что за феномен?
