Александр МЕЛАМЕД | Судьба Трептов-парка под вопросом

Не исключено, что Трептов-парк в ближайшее время ожидают перемены. Это касается сталинского цитатника.

Напомним: после распада СССР Россия, считая себя его правопреемницей, присвоила себе в том числе право на ложные утверждения. Не декларируя участия США и Великобритании в разгроме фашизма, Россия – как в составе СССР, так и в сегодняшнем формате – считает себя единственной страной, которая смогла поразить гитлеровскую Германию.

Между тем в последние десятилетия обнародована полноценная информация о пакте Молотова – Риббентропа (август 1939 года), которая позволяет получить более полное представление о том, кто, как и когда начинал Вторую мировую войну. Как известно, в секретном приложении к этому договору Сталин и Гитлер накануне Второй мировой войны поделили между собой Восточную Европу. Как пишет Welt am Sonntag, эта информация, по мнению СДПГ и «зелёных» в Палате депутатов Берлина, должна быть ясно обозначена.

В частности, депутат берлинского парламента от СДПГ Александер Фрайер-Винтерверб так обосновал требование: «Монументальные цитаты Сталина, изображающие Советский Союз как мирное государство и тем самым затушёвывающие советскую агрессию против Польши, стран Балтии и Финляндии, согласованную с гитлеровской Германией, требуют критического анализа».

Ситуацию в Трептов-парке, где «люди играют в футбол, пьют пиво и загорают над этими невидимыми могилами», социал-демократы называют неприемлемой, считая, что следует «воздать должное и сделать видимыми» и имена советских солдат, погибших при штурме Берлина, и точные места их погребения.

Мнение берлинских «зелёных» озвучил Андреас Отто: «Советские военные мемориалы отражают взгляд на историю, в одностороннем порядке сформированный сталинизмом», преступления которого сейчас остаются без внимания. Дефицит внимания, по его мнению, может быть устранён информационными стендами и QR-кодами у мемориалов. Такие стенды и QR-коды контрпродуктивны, поскольку «советские военные мемориалы из-за своего преувеличенного пропагандистского стиля сами по себе разоблачают сталинскую риторику», – считает Мартин Трефцер, представитель АдГ по вопросам политики памяти.

«Зелёных» поддерживает лидер «Левых» в Палате депутатов Берлина Анне Хельм, объясняя свою позицию тем, что «Россия годами злоупотребляет празднованиями Дня освобождения в целях военной пропаганды». Такие взгляды вызывают резкую критику Сары Вагенкнехт, экс-председателя фракции Левой партии в бундестаге и основательницы собственного «Союза Сары Вагенкнехт», которая считает, что подобные требования вызваны тем, что «зелёные» «одержимы ненавистью к России».

Какой же облик приобретёт советский мемориал в Трептов-парке? Финальное решение по этому вопросу впереди, сообщает Deutsche Welle.

Спектр мнений политиков широк. А что думают исследователи и историки? В центре их внимания – в том числе знаменитый сталинский цитатник.

«Сейчас это кажется совершенно диким: эти 16 стел стоят без всякого контекста, и на них выбиты эти сталинские цитаты: на одной стороне по-немецки, на другой стороне – по-русски», – возмущается правозащитница Ирина Щербакова, соосновательница «Мемориала». Действительно, сталинский цитатник по существу является единственным информатором, который существенно снижает картину. Он не рассказывает «о реальной истории войны, о реальной цене победы, о роли Сталина в войне, о пакте Сталина с Гитлером, о судьбах военнопленных, угнанных и других людей, которые стали жертвами двух диктатур».

С ней согласен директор Института исследования тоталитаризма имени Ханны Арендт при Техническом университете Дрездена, профессор Йорг Ганценмюллер, который предлагает свою версию обновления мемориала. С его точки зрения, надо дать пояснения в отношении самих памятников. «Они являются частью советского героического нарратива и встроены в континуум советской военной пропаганды. Поэтому следует объяснить, что означают цитаты Сталина. Что представляла собой Красная армия во Второй мировой войне? Ведь в ней сражалось, например, более 6 миллионов украинцев. Сегодня многие не осознают этого, поскольку российская историческая политика пытается интегрировать победу во Второй мировой войне в российскую национальную историю». В контексте актуальных событий понятно, почему вклад украинцев в победу над фашизмом, как, впрочем, и представителей других национальностей, замалчивается.

Йорг Ганценмюллер уточняет: «Кремль пытается представить нападение на Украину как продолжение Второй мировой войны, словно эта война является продолжением борьбы с фашизмом. Это, разумеется, искажение истории. Чтобы не оставлять подобную инструментализацию истории без ответа, было бы полезно, например, указывать, что на этом месте воздают память павшим солдатам Красной армии. А поскольку СССР был многонациональным государством, в которое входила и Украина, Красная армия также была многонациональной армией. Поэтому здесь речь идёт не о “русском месте памяти”, а о советском мемориале».

Кстати, профессор Ганценмюллер указывает на важную деталь. Плит с цитатами Сталина – 16, и они символизируют 16 советских республик, хотя Советский Союз состоял из 15. «Здесь присутствует Карело-Финская ССР, которая существовала до 1950-х годов. Здесь есть и три балтийские республики, которые, хотя и были включены в состав Советского Союза в 1940 году, воспринимали это как оккупацию и не сражались в составе Красной армии за дело СССР, – поясняет историк. – Говоря об “освобождении от фашизма”, следует также задаться вопросом о том, что последовало за этим освобождением?» Ведь по сути фашистская диктатура сменилась другой – сталинской.

Другой вопрос: уместны ли на кладбище информационные стенды об истории сталинских репрессий? Проблема уместности касается и пикников, которые обычно устраиваются в Трептов-парке, воспринимая его просто и однозначно – как место отдыха. По мнению Ганценмюллера, люди «часто об этом забывают. Люди ходят там, устраивают пикники и не знают, что сидят на могилах». Профессор Университета имени Гумбольдта в Берлине Йорг Баберовски поддерживает коллегу: «Вы не можете на кладбище, где похоронены солдаты Красной армии, начать рассказывать, что был ещё и пакт между Сталиным и Гитлером. Кладбище с военными могилами имеет другую функцию. Здесь речь идёт о принесённых жертвах, о похороненных там людях». Таблички с дополнительной информацией следует устанавливать не на воинских захоронениях, а у пропагандистски заряженных памятников.

Но как дать понять охочим до пикников, куда они пришли? Ирина Щербакова одной из важнейших задач считает обозначение реальных имён захороненных на территории мемориала Трептов-парк солдат. «Символом той страшной цены, которая была заплачена за эту победу, были реальные люди, а не вот этот мифологический бронзовый солдат, который не имеет абсолютно ничего общего с тем, как выглядели воины-освободители, – подчёркивает она. – Есть фотографии, и мы прекрасно знаем, как он был одет, как он был изранен, как с ним обращались военачальники».

По материалам Deutsche Welle