Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter
Главная / Аналитика / Запад испугался нелиберализма Орбана

Запад испугался нелиберализма Орбана

Запад испугался нелиберализма ОрбанаЛиберальные лидеры сознательно неверно интерпретируют заявление венгерского премьер-министра, сделанное им в августе. По их словам, Венгрия теряет место в системе ценностей европейских демократий. Однако большая часть статей в рамках дискредитационной кампании, с помощью манипулирования, свела послание Виктора Обрана к тому, что Будапешт берет пример с Москвы.

Комментируя речь Виктора Орбана, которую он произнес в середине лета, и которая до сих пор вызывает международные споры, Фарид Закария, автор понятия «нелиберальная демократия», обрушился на венгерского премьера: «Я никогда бы не подумал, что найдется такой европейский лидер, который будет с гордостью говорить о нелиберальной демократии».

По мнению этого влиятельного, проживающего в США, журналиста, тем самым Венгрия отправилась по пути путинизма, так как политическая модель, которая формируется в Центральной Европе, больше всего походит как раз на систему, выстроенную российским президентом. А ее характеризуют, в первую очередь, национализм, религия, государственный капитализм и правительством контролируемые СМИ.

Три схожих строя

Мнение этого родившегося в Индии эксперта по внешней политике разделяют аналитики, публикующиеся в западных «мейнстримовых» СМИ. Они тоже подчеркивают, что Владимира Путина своим примером считает не только венгерский премьер-министр, но и недавно выбранный на пост президента Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Он делает ставку на авторитаризм, антизападные настроения и воскрешение политического исламизма.

Сходство строев, которые формируются в этих трех странах, по мнению экспертов, не случайно. Не понимая в этих режимах ничего, они заявляют, что Путин, Орбан и Эрдоган пусть и разными способами, но удивительно схожим образом выстроили модель, из которой ради мессианских отношений народа и его вождя сознательно исключают разделение ветвей власти, плюрализм и транспарентность. А вот манипулирование исторической идентичностью, апеллирование к империалистическому прошлому и присвоение местных традиций являются лишь стратегиями, которые этим автократиям придают налет демократии.

Как далее отмечают эксперты, культурный релятивизм используется в качестве оружия против конституционных свобод. Воскрешение советского царского порядка в России, сдвиг в сторону ксенофобии в Венгрии и поддержка мусульманского стиля одежды в Турции — все это черты, характерные для этой глобальной тенденции. Кроме того, эти просвещенные защитники исключительности модели либеральной демократии отмечают, что Путину, Орбану и Эрдогану понравился вкус власти, и они решили удерживать бразды правления в своих руках настолько долго, насколько это возможно.

Идеология, политика и формальная демократия для них являются лишь средствами для достижения этой цели. Они удивительным образом чувствуют то, чего требует душа граждан, и исполняют их мечты о прежних размерах и славе, при этом выстраивая свою идеологию на исключительности народа, национализме и ксенофобии. Либеральные «дарители правды» уже вынесли свой вердикт, но действительно ли в этих странах формируется общая модель, или же они пересекаются лишь в нескольких моментах, например в отрицании либерализма?

Гнев западных СМИ

Виктор Орбан, который заявляет об упадке либеральной модели регулярно вот уже 15 лет, заслужил гнев западных, прежде всего американских, СМИ, потому что в своей речи, сказанной в летнем университете в Балваниосе, он перечислил, как аргументы критики режима и как защиту нелиберальной демократии, различные тенденции и сигналы.

Венгерский премьер говорил о том, что базой новой организации венгерского государства является государство, основанное на труде, которое не носит либерального характера. Как он заявил, либеральные принципы и способы организации общества не защитили государственную собственность, ввергли страну в долги, а семьи сделали налоговыми рабами. По словам Орбана, экономические изменения, происходящие в мире, подтверждают, что государства, основанные на принципах либерализма, не способны сохранить конкурентоспособность. Также стало понятно, что концепция государства благосостояния — это лишь иллюзия.

По словам Орбана, «идет соревнование в изобретении такого способа организации определенного общества или такого государства, которое сможет лучше других сделать тот или иной народ, то или иное общество конкурентоспособным на международной арене». Этим можно объяснить, почему сегодня так много тех, кто понимает эти системы — системы, которые не западные, ни либеральные, а возможно, даже не являются демократиями, но, несмотря на это, делают народы успешными. Сегодня в международных анализах сияют такие звезды, как Сингапур, Китай, Индия, Россия и Турция.

Кризис ценностей

Либеральные лидеры мнений, которые сознательно неверно интерпретируют заявление Орбана, тут же набросились на него, упрекая, что Венгрия теряет место в системе ценностей европейских демократий. Большая часть статей в рамках дискредитационной кампании, с помощью грубого упрощения, а проще сказать манипулирования, свела послание Виктора Обрана к тому, что Будапешт берет пример с Москвы. Американское издание New York Times открыто призвало Евросоюз снизить положенную Венгрии поддержку на развитие инфраструктуры и временно отнять у Будапешта право голосования.

Но Орбан говорит «прощай» не демократии, а либеральной экономической системе, которой лучше всего соответствует эпитет «неолиберальная». Он сделал не что иное, как в соответствии с нарастающей международной тенденцией поставил под сомнение исключительную спасительную роль рынка. Орбан прилагает усилия к созданию такого государства, которое способно защитить своих граждан, государства, в котором фирмы, оказывающие госуслуги, находятся в госсобственности, а нагрузка в равной степени распределена между банками, коммерческими компаниями и медиаконцернами.

Эту позицию, критикующую рыночный фундаментализм, уже сформулировали и другие. И Запад, пусть с трудом, все же способен «проглотить» ситуацию, когда представитель какой-то страны ставит интересы своего народа выше интересов финансового капитала. Также многие видят, что Запад, а в нем Европейский Союз, переживает серьезный экономический и ценностный кризис. Но эта по сути своей справедливая критика системы, также подсказывающая альтернативные модели, застигла развитой мир в тот момент, когда на любые критические голоса, привлекающие внимание к неудачности системы в целом, он реагирует более болезненно, чем когда-либо прежде.

Открытое противостояние политических систем

Особенно все испугались термина «нелиберальный». Поэтому его венгерское правительство в английском переводе текста выбросило, но в принципе речь идет о критике рыночного фундаментализма. И еще больше всех испугал упомянутый перечень тенденций и сигналов, подразумевающий, в том числе, жизнеспособность российской модели. И не случайно, что, особенно не принимая во внимание другие страны, Орбана попытались представить лишь поклонником Путина. Отчасти и потому, что эта альтернатива прозвучала из уст политика, который открыто заявил о внешней политике, основанной не на ценностях, а на интересах, и который, следуя этому прагматизму, подписал крупный контракт именно с Путиным (например расширение АЭС в Пакше), поддерживал строительство газопровода «Южный поток» и, преследуя венгерские интересы, критиковал санкции ЕС против Москвы.

Более того, те, кто отстаивают исключительность модели либеральной демократии, очень хорошо знают, что мир снова пришел в движение, что идет открытая борьба между политическими системами и позиция Запада в ней, по сравнению с развивающимися странами, серьезно ослабляется.

Гибридные системы

Наверное, не столь важно, хотя само по себе это неприятно, что это мнение высказывает кто-то из лагеря «своих», потому что Венгрия не является серьезным фактором. Но беспокойство вызывает то, что вирус, в виде все более привлекательных альтернатив, может быть заразным. По крайней мере в Центральной Европе, так как подобные вопросы, хотя и более осторожно, время от времени затрагивает и словацкий премьер-министр Роберт Фицо, а зачастую — и бывший чешский президент Вацлав Клаус.

А если к этому прибавить, что в Польше готовится к реваншу Ярослав Качиньский, который хоть и ненавидит Путина, но при этом критикует евросоюзную логику, основанную на либерализме, с тем же воодушевлением, что и Орбан, то дело принимает нешуточный оборот, и надо что-то делать.

В будущем и в так называемом евроатлантическом мире все чаще и все больше людей будет задаваться вопросом, насколько сильно мировой кризис, продолжающийся с 2008 года, подорвал веру в демократию и глобальную демократию. И по-прежнему ли необходимым условием получения влияния той или иной страной и достижения всеобщего блага является либеральная демократия? Могут ли работать, и даже успешно, другие формации?

Самый большой вызов для либеральной модели могут представлять так называемые гибридные системы, которые имеют и демократические, и авторитарные черты. Именно потому, что эти смешанные системы, которые распространены в Латинской Америке, Азии и Восточной Европе, и которые формальные институты демократии считают устаревшей общественной и культурной данностью, прагматично выдвигают на первый план эффективность и стабильность. И успешность этих систем основывается на факте, что для жителей данной страны они являются адекватными и легитимными.

Поиски альтернативы

Эти системы являются уже не переходными, а постоянными явлениями, и это нужно осознать. И то, что это именно так, доказывает тот град, который обрушился на венгерского премьера после его выступления. Все это не означает, что Орбан копирует модель Путина или Эрдогана, как утверждают его критики.

Определенные черты могут быть общими, например консерватизм, традиционализм или патриотизм, связанный с защитой национальных интересов, хотя речь идет о трех разных строях, основанных на разных традициях и отличном социальном опыте. Но в то же время становится понятно, что все они дают на текущие мировые события иные ответы, не похожие на ответы либералов.

Венгрия из этих трех стран находится в наиболее трудной, а также в наиболее противоречивой ситуации, потому что в трансформирующемся мире Венгрия ищет собственный путь, не желая, да и не имея возможности, выйти из пространства, которое сама критикует по многим поводам — а именно из западной общественной системы.

В рамках либеральной демократии Венгрия хочет покончить лишь с либерализмом. Насколько эти венгерские поиски альтернативы могут быть успешны, зависит в значительной степени от того, чем кончится битва Путина с Украиной (также соседом Венгрии). В этом конфликте на кону не только влияние, но и позиции и модели, формирующие новый мировой порядок.

Габор Штиер (Gábor Stier)
(«Česká Pozice», Чехия)
inosmi.ru

Понравился материал?
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:

Интернет-газета КОНТИНЕНТ на Facebook Интернет-газета КОНТИНЕНТ ВКонтакте Интернет-газета КОНТИНЕНТ в Одноклассниках
Яндекс.Метрика