Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter
Главная / Аналитика / Украинская революция, как фокус противоречий современной цивилизации

Украинская революция, как фокус противоречий современной цивилизации

украина, майдан, мировой кризис, войнаО том, что украинская революция питается корнями кризиса западной цивилизации я уже писал. («Революция в Украине на фоне картины мира»). Но сегодня, когда в связи с вмешательством во внутриукраинский конфликт России и стран Запада, конфликт этот грозит коллапсом мировой системы, а в худшем случае даже мировой войной, я считаю необходимым вернуться к этой теме и расширить ее. Ибо уверен, что только с этих позиций можно найти выход из сложившейся ситуации.

Я писал, что кризис рационалистического мировоззрения, на котором встала и расцвела западная цивилизация, привел, в том числе, к росту национализма (и религиозного фанатизма) во всем мире, в частности, в Украине и в России. Как именно привел, я не стану здесь повторять. Здесь я хочу отметить, что кризис рационализма привел еще к тому, что я называю кризисом истины, к утрате веры в существование объективной общей для всех истины и возможности найти ее и на ее основе договариваться сторонам самых разных современных конфликтов. Этот кризис истины получил название плюрализм, «у каждого своя правда». Причем не только и даже не столько в смысле, что каждый имеет право отстаивать свой взгляд на то, что есть истина, а как наличие многих несводимых истин, из которых не может быть выбрана одна объективная, общая для всех. А ведь именно рационалистическая вера в существование общей для всех истины, выгодно отличала в недавнем прошлом Запад от остального мира и позволила ему достичь небывалого в предшествующей истории расцвета. Эта вера лежит в основе тех общих норм и правил как внутригосударственной жизни, так и межгосударственных отношений, которые поспособствовали  стабильному процветанию западных стран в условиях относительного мира между ними, на фоне бесконечных неразрешимых конфликтов в остальном мире. Запад и сегодня не без основания похваляется тем, что после Второй мировой войны не случилось ни одного военного конфликта между самими странами Запада. Это потому что, хотя рационалистическое мировоззрение на Западе и переживает сегодня кризис, но рационализм там еще не истлел до конца. В то время как в остальном мире он не успел еще и утвердиться, как следует. Но этот кризис, тем не менее, проявляет себя в нарушении стабильности внутри западных государств и в их внешней политике, особенно в отношениях со странами остального мира. Служение неким общечеловеческим принципам все больше сменяется отстаиванием своих национальных, групповых и частных интересов. А стремление докопаться до истины с готовностью признать и свои ошибки все больше сменяется оголтелой пропагандой своей позиции с сознательным искажением позиции противной и переходящим всякие границы правдоподобия очернением противной стороны в целом и конкретных личностей в ней. Тем более все вышесказанное касается стран, не прошедших школы рационализма подобно западным странам.

Ну, можно ли достичь примирения Украины с Россией, если легитимного руководителя России Путина приравнивать Гитлеру и приписывать ему намерение оккупировать не только всю Украину, но вслед за тем Польшу, Прибалтику и т.д.? И аналогично, если заявлять, как это делают русские националисты, что украинского народа вообще не существует, а есть только бандиты бандеровцы, которые сумели с помощью Запада захватить власть в Украине и уничтожают русскоязычное население? Выход из ситуации не может быть достигнут без того, чтобы все стороны конфликта: Украина, Россия, страны Запада не уняли свои эмоции, амбиции и эгоизмы, не проявили готовности к признанию истины, в частности свих ошибок и неправоты, и готовности на этой основе искать справедливое решение конфликта. О том, как я вижу истину в этом конфликте, я уже писал и в упомянутой статье «Революция в Украине на фоне картины мира», и в статье «Ситуация в Украине», и в других. Здесь вкратце резюмирую то, что писал раньше, и расширю.

Во-первых, то, что произошло в Украине, это, действительно, революция с участием широких масс, возмущенных ситуацией в стране, а не переворот, осуществленный узкой группой наемных бандитов. Но это революция, прежде всего, националистическая, хотя и с существенным добавлением социального мотива – возмущения грабительской в отношении народа политикой власти Януковича и олигархов. Почему я считаю, что революция является, прежде всего, националистической, несмотря на участие в ней значительного числа представителей других этносов, в частности, русских и евреев и тем более русскоговорящих украинцев?

Начиная с определенного момента, движущей силой революции стал Правый сектор, представители которого не скрывали и не скрывают, что они националисты. Они лишь пытаются представить свой национализм в наиболее выгодном свете. Вот, например, руководитель Правого сектора Ярош пишет в информационном бюллетене этого сектора (№3):

«Наше ставлення до росіян так само, як і до інших представників національних меншин цілком вписуєтся в методологію, запропановану степаном Бандерою: побратимське до тих, хто разом з нами бореться за державність української нації; толерантне до тіх, хто визнае наше право бути господарями власної доли на своії землі; вороже до тих, хто це право заперечує».

Надо сказать, что даже эта на первый взгляд привлекательная формулировка, оставляет неясным вопрос о равноправии граждан различных национальностей в стране. Напрашивается вывод, что хозяевами в стране  по этой трактовке буду чистопородные украинцы. К тем не украинцам, которые смиряться со своим неравноправным положением в стране, гражданами которой они являются, будет «толерантное отношение». А к тем, которые не смирятся, – враждебное. Вся история Украины не только подтверждает правильность такой трактовки, но и проясняет суть упомянутых толерантности и враждебности.

В одной из своих публичных лекций  украинский историк Брайчевский зачитывал довольно длинный перечень евреев в реестровом списке запорожского казачества. Охотно верю, что отношение к ним прочих казаков было, действительно, побратимским. (Тем более что национальный состав казачества был вообще очень пестрым и долгое время казаки считали себя отдельной нацией, а не украинцами). Но это не мешало запорожским казакам, возвращаясь из похода на Константинополь, по пути грабить польские и еврейские местечки, убивая ни в чем не повинных жителей. У Богдана Хмельницкого был целый еврейский полк, безусловно, побратимский, что не мешало другим его полкам (а может, и этому тоже) устраивать еврейские погромы. Петлюра однозначно запрещал своим воякам устраивать еврейские погромы, но это никого не останавливало. А что касается самого автора упомянутой методологии Бандеры, то как бандеровцы понимали упомянутую толерантность, можно судить по волынской резне и по массовым расправам над мирными жителями других национальностей, включая самих украинцев.

А еще сам Ярош в других местах писал, что главными врагами украинского народа являются враждебные нацменьшинства. Т. е. не конкретные люди, чем-то конкретно проявившие свою враждебность, а все представители национального меньшинства, как такового. Следует принять во внимание также провокационные и насильственные методы, включая применение огнестрельного оружия, причем не только пистолетов, но и винтовок, которыми действовал Правый сектор при штурме на Банковой, в начале противостояния на Грушевского, при захвате административных зданий по всей стране. А также не проясненную еще историю со стрельбой снайперов как по Беркуту, так и по восставшим в конце февраля. Эти провокационные методы зафиксированы не только российскими и проросийскими СМИ, но и журналистами ВВС и немецкими, которых в пророссийской позиции не заподозришь. В истории же со снайперами есть видеозапись снайпера в форме Беркута, стрелявшего с крыши консерватории сначала по беркутовцам, затем по майдановцам, а также много других видео- и аудиоматериалов доказывающих, что снайперы, стрелявшие и по майдановцам и по беркутовцам, были не из силовых структур, а третья сила. Причем есть много аргументов в пользу того, что эта третья сила была не от Януковича или России, а от оппозиции или руководства самого Правого сектора или от олигархов, конкурентов Януковича в союзе с оппозицией. В пользу этого говорит и то, что Янукович не довел до конца дело той же ночью, хотя Майдан был уже фактически сломлен, но Беркут получил указание остановить наступление. И то, что оппозиция, придя к власти, назначила олигархов, противников Януковича, на хлебные должности губернаторов. К этой же мысли подводит и записанный телефонный разговор Пайета с Нуланд. Добавим сюда еще грабежи населения, которые сначала списывались на «титушек», но теперь уже всеми признано, что они осуществлялись и осуществляются некоторыми сотнями самообороны Майдана. Если сложить все это вместе, то получим «методологию», не слишком отличающуюся от фашистской.

Но после всего нужно признать, что Правый сектор не представляет большинства населения Украины, что даже во время революции, не говоря про 20 лет существования независимой Украины, никакого насилия (физического) над нацменьшинствами в Украине не было. И что хотя угрозы такого развития событий в Украине никак нельзя сбрасывать со счетов, но нет оснований считать эту угрозу сегодня настоль реальной, чтобы оправдать силовое вмешательство извне в украинские события.

Что касается России, то называя революцию в Украине фашистским переворотом, она закрывает глаза на разгул национализма в самой России. Я уже писал, что причиной взлета русского национализма является отступление Запада и, прежде всего, Америки от своих же принципов в международных отношениях и подмена их преследованием геополитических интересов. Америка и Запад в целом нарушили свои обещания, данные сначала Горбачеву, затем Ельцину, не принимать в НАТО страны бывшего Варшавского блока, тем более бывшие республики Советского Союза, не продвигать свои военные базы к границам России и т.д. К этому нужно добавить заявления типа от бывшего секретаря Госдепа Олбрайт о том, что Россия несправедливо обладает слишком большими природными ресурсами и территорией и следует ее, образно говоря, пощипать. В том же духе высказывался Бжезинский и многие другие. Все это дает объективные основания для русских опасаться, что нынешние события в Украине, роль Запада в которых хоть и преувеличивается российской стороной, но, тем не менее, имеет место быть, служат прологом к дальнейшему ущемлению интересов России вплоть до ее расчленения, в конечном счете. И я уверен, что именно этот страх, а не имперские амбиции и намерение вновь подчинить Европу своему влиянию, является подлинной причиной неуклюжих силовых действий России в Крыму и бряцания оружием в сторону восточных областей Украины. Впрочем, и опасений, пусть и преувеличенных, за судьбу этнических русских и русскоязычных в Украине, тоже нельзя списывать со счета. Но хотя этот героический патриотизм или патриотический героизм и продиктован больше страхом, чем имперскими амбициями (впрочем, как точно также украинский и американский с европейским), от этого он не становится менее опасным. Не мешало бы русским патриотам и националистам вспомнить, что хотя они и не собираются захватывать вновь пол Европы, но у противной стороны есть не меньше оснований, исходя из российской истории, опасаться этого, чем им самим опасаться украинского фашизма и американского империализма.

Какой же выход я вижу из этой ситуации? Наиболее полный, фундаментальный выход требует возрождения полноценного рационалистического мировоззрения. Причем, как я показал, это не может быть простым возвращением к классическому рационализму, изначальные ошибочные положения которого и привели к его кризису, а принятие разработанного мной Неорационализма, исправляющего ошибки классического рационализма («Неорационализм», Киев, 1992; «Единый метод обоснования научных теорий», Алетейя, СПб, 2012 и статьи). Однако, как я писал в одной из предыдущих статей, когда говорят пушки, голос философии не слышен. Поэтому, не дожидаясь, когда будет признан Неорационализм, срочно должна быть созвана международная конференция по выработке новых уточненных норм и правил международных отношений. И первое, что должно быть рассмотрено на этой конференции, это вопрос о территориальной целостности и праве наций на самоопределение, вплоть до отделения и, добавлю, воссоединения. Существующие на сегодня международные законы, гарантирующие территориальную целостность и право наций на самоопределение, находятся в очевидном противоречии, которое должно быть устранено. Как я вижу решение этой проблемы?

Сегодня нет четких правил, кому, когда и при каких условиях может быть предоставлено право на отделение, хотя отделения через референдум происходят в самих западных странах без особых проблем. Что касается воссоединения – присоединения, то в западных и прозападных СМИ муссируется утверждение, что, если Крым присоединится к России, то это будет опасным прецедентом, за которым может последовать лавина силовых присоединений чужих территорий, что приведет к трагическим последствиям во всем мире. На самом деле это не будет прецедентом, т.к. соединения уже происходили в недавнем прошлом и лучший пример тому – воссоединение Западной и Восточной Германий. Никакой лавины присоединений за эти воссоединением не последовало. Случай с Крымом и Россией ничуть не хуже случая с двумя Германиями. И в том и в другом случае объединяются территории с преимущественно одинаковым этнически и культурно населением, сравнительно недавно разделенные. И вообще непонятно, почему, если допустимо разделение, то недопустимо добровольное соединение. Опасность представляет не соединение само по себе, а применение силы, нарушение добровольности при соединении. Впрочем, также как и при отделении. Поэтому должны быть разработаны четкие правила международного контроля за соблюдением добровольности при отделениях и соединениях и в случае нарушения этих правил международное сообщество должно не признавать таких отделений и соединений, а виновные в нарушении добровольности, применении силы наказываться. Кроме того, именно при отделении, а не при соединении должен соблюдаться еще ряд условий помимо добровольности. Дело в том, что именно отделение, а не присоединение, даже абсолютно добровольное в смысле волеизъявления населения отделяющейся территории, может наносить существенный вред оставшейся стране. Скажем,  экономический вред из-за того, что на отделяющейся территории могут быть системообразующие государственного масштаба предприятия, созданные совместными усилиями населения неразделенной еще страны. Или когда отделение создает для оставшейся части страны проблемы безопасности границ, транспортных сообщений внутри страны и коммуникаций с внешним миром. Легкость правил отделения (именно отделения, а не соединения) создает также опасность сепаратизма в мире. Поэтому без всяких проблем и без получения согласия на то, должно осуществляться только отделение при обоюдном согласии и отделяющейся и оставшейся части страны. Для случая отсутствия такого согласия должны быть выработаны международные правила, кому разрешать, а кому не разрешать отделение. Правила должны также предусматривать разрешение имущественных вопросов при разрешенном отделении. Наконец, эти правила должны учитывать бурные миграционные процессы, происходящие сегодня в мире. Вряд ли можно считать справедливым отделение через референдум, если большинство проголосовавших за отделение являются мигрантами из другой страны или их ближайшими потомками. Получается что, когда они эмигрировали, их не заботила их национальная самоидентификация, а заботило их материальное положение, а страна, которая их приняла по гуманитарным соображениям, теперь должна за это расплачиваться потерей части своей исконной территории. Правильным будет, по-моему, в таких случаях разрешение на голосование в референдуме только потомкам мигрантов не раньше третьего поколения.

Возвращаясь конкретно к событиям в Крыму, нужно признать, что поскольку референдум назначен на 16 марта, то собрать до этого международную конференцию и выработать на ней и принять упомянутые правила, нереально. И практически нет шансов, что, пока не будут приняты эти новые правила, крымчане и русские согласятся отсрочить референдум. Понятно, что как по новым правилам, так и по сегодняшним Запад и большинство стран мира не признают результаты этого референдума, хотя бы по тому, что он будет происходить без международных наблюдателей. Спрашивается, что делать после этого? Я говорю, что после этого все равно нужно проводить вышеупомянутую конференцию, принимать новые правила международных отношений, а потом повторно проводить референдум в Крыму, уже под наблюдением международных наблюдателей и с соблюдением новых международных норм. И если на повторном референдуме большинство проголосует за возврат в Украину, Крым вернется в Украину. Если же на повторном референдуме большинство будет за воссоединение с Россией, международное сообщество должно признать такое воссоединение законным.

Согласится ли Россия на повторный референдум? Я считаю, что если будут приняты правильные и справедливые международные нормы не только по вопросу отделения и присоединения, то Россия согласится. Я уверен, что в России есть достаточное число разумных людей, как в правящей элите, так и в народе, которые понимают, чем грозит России полная международная изоляция, и ее силовые действия продиктованы именно отсутствием правильных международных норм и действиями западных стран, прежде всего Америки, за пределами существующих норм.

Какие еще нормы и правила должны быть приняты на международной конференции? Сегодня есть противоречие или, по крайней мере, нечеткое разделение не только между правами наций на самоопределение и не нарушением территориальной целостности, но и между невмешательством во внутренние дела других стран и правами человека, распространяемыми на все страны. Под лозунгом защиты прав человека происходило явное вмешательство стран Запада во внутренние дела тех арабских и постсоветских стран, в которых произошли последнее время так называемые цветные революции. Насколько некорректно применялось здесь понятие прав человека, видно из того, что зачастую Запад поддерживал, в том числе неявно, полуявно и даже вполне явно вооружено поддерживал, во имя прав человека религиозных фанатиков, включая Аль-Каиду, и экстремистских националистов, в частности, Правый сектор в Украине. Или если не поддерживал, то закрывал глаза на это. Под вооруженной поддержкой я имею в виду, прежде всего Ливию. Что касается Украины, то здесь была, прежде всего, дипломатическая поддержка с закрыванием глаз на экстремистские и провокационные действия Правого сектора. Новые правила должны устранить возможность такой трактовки прав человека.

К вмешательству во внутренние дела других стран следует отнести также навязывание таких «прав человека», как право на однополые браки, пропаганду гомосексуализма, проституцию и порнографию.

А. Воин
Понравился материал?
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:

Интернет-газета КОНТИНЕНТ на Facebook Интернет-газета КОНТИНЕНТ ВКонтакте Интернет-газета КОНТИНЕНТ в Одноклассниках
Яндекс.Метрика