Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter
Главная / Аналитика / Зачем быть мухой в банке с пауками?

Зачем быть мухой в банке с пауками?

Игорь Яковенко: Не лучше ли убрать драматургию действа из омерзительных зрелищ?

Зечем быть мухой в банке с пауками?

Общее число моих медиа-обзоров уже насчитывает несколько сотен, а число фигурирующих в них медиа-персонажей превысило тысячу, поэтому сквозь хаос проступает некоторая целостная картина. Что-то вроде системы пропагандистских элементов, которую можно представить в виде двухмерной таблицы, где место фигуранта в вертикальном столбце отражает уровень изрыгаемой им ненависти, а место в горизонтальном ряду — уровень лживости.

Так вот, есть персонажи, лидирующие по обоим этим показателям, чемпионы в двоеборье ненависти и лживости. Среди политиков это, несомненно, бесноватый фюрер ЛДПР. Среди сотрудников СМИ таким же бесспорным лидером по обоим показателям является Андрей Караулов. Запредельная концентрация всего низменного, что только есть в человеческой природе при полном отсутствии малейших признаков обаяния, которых, надо признать, не лишены ведущие пропагандисты страны, все это не позволяет Караулову получить работу на главных федеральных каналах. Караулов из тех, кого из ада выгонят за злодейство. Но зато теперь он стал постоянным участником ток-шоу на этих каналах в качестве эксперта.

В передаче «Структура момента» от 10.03.2015 у Валерия Фадеева общий уровень ненависти и лживости зашкаливал, поскольку на одной стороне выступали Караулов, господин Ж., Кургинян и Шевченко. А противостоял им одинокий Гозман, да еще рядом тыкался мордочкой, как слепой щенок, американский журналист Майкл Бом, который в последние несколько месяцев стал любимым гостем главных фабрик ненависти российского ТВ. Все эти соловьевы-толстые-фадеевы просто обожают Майкла Бома, так как более удобной груши для битья придумать невозможно.

Человек с некоторыми затруднениями говорит по-русски, что в обстановке жесткой словесной баталии уже гарантирует проигрыш. Кроме того, журналист Майкл Бом, как бы помягче сказать… ну в общем, далеко не Спиноза…, одним словом, идеальная иллюстрация задорновского «ну, тупоооого американца» и прекрасный мальчик для аккуратного доброжелательного избиения. Так что Бом играл, скорее, на стороне «патриотов», и Гозман был один против пятерых, а точнее, шестерых с учетом ведущего Фадеева.

Темой было, естественно, убийство Бориса Немцова, и задача ведущего и всех участников передачи, кроме Гозмана и Бома, была доказать, что власть к этому убийству не имеет ни малейшего отношения, и вообще эти вот арестованные кадыровцы, которых нам показывают по телевизору, они сами зачем-то по своей инициативе убили Немцова. И не было никакого заказчика. Эта идея была настолько абсурдной, что против нее выступил даже Шевченко.

Но тут слово взял Караулов. «Господин Гозман, ответьте нам, кто такой Марсель Клебер Таден Ванджи?», — вопросил Караулов страшным голосом прокурора, который предъявляет в суде улику, обрекающую подсудимого на пожизненное заключение. Поставьте себя на место Гозмана, который, как и вы, уважаемый читатель, впервые слышит эти слова, похожие на какое-то заклинание. Гозман, естественно, сказал, что слов таких не знает, а главное, не понимает, какое это имеет отношение к убийству его товарища, Бориса Немцова. На что Караулов вызверился еще больше и, вперив в Гозмана толстенькую сардельку пальца, грозно возопил: «Нет, Гозман, вы и (партия) СПС прекрасно знаете, кто такой Марсель Клебер Таден Ванджи, это тот самый чернокожий студент из Камеруна, которого Немцов в 2000 году три дня водил за руку по Твери и предлагал ему стать мэром этого русского города». В этот момент на лицах всех участников передачи отразилось усилие мысли и некоторое душевное волнение, поскольку никто не мог понять, насколько камерунский след в этой трагедии пойдет на пользу России. На Майкла Бома вообще было жалко смотреть, бедный американец, услышав про Тверь в 2000 году, студента из Камеруна и выборы мэра, полностью утратил связь с тем, что происходило в студии. В обстановке гробового молчания, непривычно установившегося в студии, Караулов вынес приговор: «Да по приколу это Немцов сделал, просто по приколу! И вот так же по приколу он где-то что-то мог сделать и сказать, что кого-то могло оскорбить, и вот тогда…».

«Прикол» же, если, конечно, можно назвать этим словом стремление российского ТВ превратить в фарс трагедию убийства лидера российской оппозиции. Так вот, прикол в том, что Караулов все, как всегда, наврал. Об этом еще тогда, в 2000-м, подробно написал журналист «Известий» Соколов-Митрич. Нет, студент из Камеруна был. И прикол тоже был. Но только не со стороны Немцова, а со стороны местной газеты, которая спросила яркого и смышленого африканца, что бы он сделал, если бы стал мэром Твери. Тот ответил и довольно толково. Соколов-Митрич написал об этом в «Известиях», откуда об этой истории узнал Немцов и приехал в Тверь знакомиться с интересным парнем. Никакого участия в выборах мэра Немцов камерунцу, конечно, не предлагал. А вот Караулов тогда, в 2000-м, взял заказ на очернение партии СПС и переврал все в своей передаче, которая вполне по Оруэллу называется «Момент истины». Завершая описание этого эпизода в своем блоге, описание, которое трудно цитировать из-за обилия ненормативной лексики в адрес Караулова, журналист Соколов-Митрич дал «совет окружающим»: «Если вам когда-нибудь позвонят от Караулова — сходу посылайте на…». Конец цитаты.

Поскольку Леонид Гозман не последовал совету журналиста Соколова-Митрича и принял участие в одной передаче с карауловыми, то ему неоднократно пришлось подвергнуться форменным издевательствам. Не успел Гозман отойти от истории с камерунским студентом, как Караулов вновь нацелил на него свой прокурорский палец, и заявил, что он, Гозман, в передаче у Норкина, где они вместе с Карауловым участвовали через 30 часов после убийства Бориса Немцова, так вот там Гозман сказал: «Нам эта смерть нужна!».

Леонид Гозман открыл рот, чтобы ответить, но тут ведущий Фадеев, мгновенно сообразив, что сейчас произойдет, радостно объявил перерыв на рекламу, чтобы часть зрителей, которые после рекламы не сразу вернулись к просмотру передачи, так и остались в убеждении, что людоед-Гозман сам публично признался в том, что ему нужна смерть Немцова и наверняка сам и есть заказчик, а может и исполнитель убийства. Гозман, конечно, сказал после перерыва, что Караулов солгал, но эффект от опровержения из-за вовремя подсуетившегося с рекламной паузой Фадеева, был намного меньше, чем эффект от чудовищного обвинения.

«Структура момента» на Первом канале длится полтора часа и вся состоит из лжи, подлости, провокаций и ненависти, как было показано на примере приведенных выше двух ее фрагментов. В этой связи есть вопрос к Леониду Гозману как к профессиональному психологу: Леонид Яковлевич, как полагаете, к чему бы привело отсутствие таких оппонентов, как вы, в студиях федеральных каналов российского ТВ, от Первого до Пятого включительно? Не лучше ли убрать драматургию действа из этих омерзительных зрелищ, а заодно лишить их козырного, по их мнению, и абсолютно фальшивого аргумента о том, что на российском ТВ господствует плюрализм и представлены все точки зрения? Они же вас все время зовут, значит, ваше участие повышает пропагандистский потенциал их передач.

Право, не стоит и дальше играть роль мухи в этой банке с пауками, не лучше ли оставить их одних, наедине друг с другом. Пусть уже Караулов оттачивает свое палаческое мастерство на господине Ж., а Кургинян попытается переорать и переплевать Шевченко. А всем нормальным людям не лучше ли последовать процитированному выше совету Соколова-Митрича, работавшего в «Известиях» во времена, когда те еще были похожи на газету?

Игорь Александрович Яковенко
kasparovru.com

Понравился материал?
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:

Интернет-газета КОНТИНЕНТ на Facebook Интернет-газета КОНТИНЕНТ ВКонтакте Интернет-газета КОНТИНЕНТ в Одноклассниках
Яндекс.Метрика