Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter

«Воронёнок»

«Воронёнок»

Ребята притащили откуда-то крупного вороненка. Размером он уже с взрослую ворону, но самостоятельно летать ещё не умеет.

Берут его на руки, а он от испуга кричит как блаженный, словно его режут.

На истошный крик вороненка с округи слетелись взволнованные вороны, и давай его у ребят всей стаей отбивать. А ребята по ним камнями. Силы не равные, вороны врассыпную. Расселись кругом на деревьях в недосягаемости и наблюдают.

Ночь и следующий день вороненок просидел у подъезда. Вороны его забрать не могут, близко к дому не подлетают, людей боятся.

Возвращаюсь вечером, а вороненок сидит в подъезде на лестнице, видимо кто-то от кошек укрыл. Как кошки его ещё днем не съели?

Взял его плотно в руки. Он молчит, только один раз предупредительно каркнул – «аккуратнее со мной». Ладонями чувствую, сердечко у него, как молоточек часто колотится.

Принес домой, посадил в кухне на пол. Сидит тихо молчком.

Я ему: – Посмотрю на тебя до утра, что ты за «фрукт», а там видно будет.

Сделал ему «шведский стол». Белого хлеба, творогу, колбасы, сыру, молока, воды налил. Поставил все перед ним. Ничего не берёт. Подношу ему с руки – не берет.

Позвонил знакомому биологу кандидату наук, тот говорит надо давать пинцетом, как бы смоделировать родительское кормление из клюва. Даю ему японскими палочками наподобие клюва – тоже не берет. Ну, значит сытый. Проголодается, сам приспособится.

Есть, ничего не ест, но «ходит» под себя каждые двадцать минут. И откуда только у него берется. Убирая за ним, уже целое ведро, бумаги наполнилось. Говорю ему: «Так приятель дело не пойдет». Показываю, что «ходить» надо только на газету. Посажу на газету – не сидит. Не усмотреть за ним. Пошел в коридор, гуляет по всей квартире. На секунду остановится, поднатужится и опять на пол.

За все время ни разу не каркнул. Услышал, что за окном вороны кричат, (видимо зовут его), встрепенулся, засуетился, забегал взад-вперед, приседает, подпрыгнуть на подоконник хочет, да не решается. Не уверен, влететь не может.

Летать не умеешь, тогда, давай будем учиться говорить. Учу его: «Кто там? Кто там»? Безрезультатно. Дал имя – «Каркуша» (из мультфильма «Простоквашино»). Потренировались – и на имя не отзывается.

Разговариваю по телефону, а вороненок ходит всё следом за мной, сел на пороге и слушает. Потом, захотел из любопытства в комнату на ковер войти, да я дверь закрыл – испачкает, не очистить. По телевизору какой-то концерт показывают, гармошка там играет. Слышит её и, опять заволновался, забегал. На звуки гармошки живо реагирует. В одиннадцать вечера утихомирился, ни на футбольный матч, ни на что больше внимания не обращает. Голову засунул в «подмышку», а сверху крылом закрылся, как человек рукой и стоя спать. Говорю ему: «Рано ещё спать. Пока не спи». А он внимания не обращает, видимо сморился за беспокойный день. Веки у него против его воли закрываются, засыпает. За хвост пошевелю – он голову поднимет, свирепо черным глазом сверкнет и опять в сон валится. Думаю – утром рано встанет, весь дом своим карканьем поднимет.

На другой день, сам вместо него проснулся чуть свет в половине пятого.

Солнце перед восходом. Белые ночи. Светло. Тишина… Высоко в чистом небе ласточки летают. Наверное, и вороненок уже проснулся. Пошел на него поглядеть. Дверь тихонько открываю, чтобы не разбудить, а он прямо напротив двери сидит и на меня смотрит. Глянул, а вокруг него «мать честная». На полу на кухне так наделал, так наделал, ногой ступить не куда… – «заминировано всё как на минном поле».

Подаю ему еду палочками прямо в клюв, берет, но не глотает, роняет, а сам не поднимает.

Пока чай себе ставил, он опять, голову под крыло и спать завалился. Разбудил его, наверное, слишком рано. Утром, попозже – давай летать учиться. Пару раз его подкинул, он крыльями хлопает, чуть-чуть вверх поднимается и опять опускается.

Сам летать не умею и его не обучу.

– Есть, ничего не ешь надо тебя к родителям на кормежку и в доучение отправлять.

В воздухе немножко держится, не разобьется. Открыл окно в комнате и подбросил его. Он чуть взлетел и в траву спланировал. Смотрю, дальше пешком до ограды добрался. На забор вскочит, а там его свои подберут.

На кухне остался запах. Весь пол пришлось тщательно вымыть с шампунем.

Иду днём, а вороненок опять у подъезда «тусуется».

Беру снова в руки, он уже меня забыл или от кого-то из своей родни нрава поднабрался, одичал, не признает знакомства, кричит в полный голос. Вороны из-за листвы на деревьях выглядывают, неодобрительно каркают. Одна из них на встречу ко мне полетела. Её – три ласточки (как истребители – бомбардировщик), давай атаковать. Ворона от них в панике с разворотами, с приемами высшего пилотажа – бежать. Гнезда видимо у ласточек где-то близко. Боятся вороны ласточек.

Отнес вороненка к деревьям и подкинул на крышу отдельно стоящего гаража. Ни кошки, ни ребята не достанут. А свои родственники найдут и накормят.

Возвращаюсь вечером, нигде вороненка не видно. Значит нашелся…

Птице научиться летать не просто – уверенность, крыло сильное на подъем надо иметь, планировать по воздуху уметь и против ветра твердо держаться.

Человеку же научиться жить ещё труднее. И вороненку, и Человеку – каждому свои учителя нужны. Пример для этого хороший в жизни надо иметь.

Иначе и «летать» не выучиться, и Человеком не стать – пропасть, обоим.

Владимир Гарматюк, г. Вологда

Понравился материал?
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:

Интернет-газета КОНТИНЕНТ на Facebook Интернет-газета КОНТИНЕНТ ВКонтакте Интернет-газета КОНТИНЕНТ в Одноклассниках
Яндекс.Метрика