Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter
Главная | Культура | Сергей Юрский. 1935-2019.

Сергей Юрский. 1935-2019.

«Я скажу несколько слов о коробке без одной стенки, в которой царит пустота. И в нее входят люди. Одни поют, другие танцую так, как не умеет никто. А есть люди, которые умеют то же, что и все остальные, – разговаривать. Но все приходят их послушать. И в этом заключается удивительное искусство драматического театра. Я отдал этому ящику больше шестидесяти лет непрерывной жизни в нем».

А если кто-то забыл такие картины, как «Республика ШКИД» или «Золотой теленок»? Ничего страшного. Их просто следует вспомнить. И внимательно вглядеться в то, насколько замечательно сыграл в них Сергей Юрский. В «Республике ШКИД» (1966) он играл Викниксора (Виктора Николаевича Сорокина) директора школы индивидуально-социалистического воспитания им. Достоевского. А в «Золотом теленке» (1966) перед ошеломленным зрителем предстал великий комбинатор Остап Бендер. Знающие люди утверждают, что это – лучший Бендер из всех кем-либо сыгранных. Как заметил один из давних поклонников творчества актера: «Гениальный Остап Ибрагимович! Помню, в одном из интервью в ответ на вопрос про что фильм «Золотой телёнок», надолго задумавшись, ответил: «Этот фильм про книгу Ильфа и Петрова».

Сыгравший не две, а десятки ролей в театре и кино, Сергей Юрьевич Юрский родился в 1935 году в Ленинграде. Ему повезло: музыка и цирк были призванием и профессией родителей. Школу закончил с золотой медалью. На юрфаке Ленинградского университета поймал себя на том, что «играет» следователя из итальянского фильма «Под небом Сицилии». Так же, как этот следователь, то есть актер Массимо Джероти, носит шляпу и тем же шагом поднимается по лестнице, все глубже погружаясь в профессионального следака, не являясь им на самом деле. Напротив, в студенческом театре он был не подражателем Джероти, а настоящим роль молодым актером. Эти роли юности и убедили его, что истинное его призвание – не разоблачение убийц и мошенников, а «коробка без стенки» без фальшивых подражаний. И после окончания второго курса актерского факультета Ленинградского театрального институт имени А.Н. Островского его в 1957 году приняли в Большой драматический театр имени М. Горького.

Театр по тем временам – один из самых знаменитых: главный режиссер – Георгий Товстоногов. На сцене БДТ за двадцать один год Юрский сыграл выдающиеся роли: Тузенбах в «Трех сестрах», Генрих IV в «Шекспировских хрониках», «ортопедический человек-маска» в «Карьере Артуры Уи» Бертольда Брехта, Чацкий в «Горе от ума»… В исполнении Юрского гениальный персонаж Грибоедова вошел, что называется, в анналы театрального искусства. Вместе с «нервом времени» и близком к невероятному разнообразием персонажей на сцене БДТ. «Разнообразие изображенных характеров: сегодня быть грузинским крестьянином, завтра бароном… Менять гримы, менять … походку».

«Сценическую коробку» БДТ он покинул: принципиально разошелся с Товстоноговым. Конфликт с первым секретарем Ленинградского обкома КПСС Романовым был еще глубже и принципиальней. В 1979 году под давлением Романова вынужден был уехать из Ленинграда в Москву и начал работать в Театре имени Моссовета. Актером и режиссером. О том, почему и по каким причинам случился переезд, в советские годы говорили на задворках театральной коробки и где-то вне ее. Но и через годы, в «новую эпоху свободы и гласности», Сергей Юрьевич говорил об этом скупо: «Самым рисковым моим поступком был уход от Товстоногова, но об этом я писал в своих книгах. А вообще я верю, что в нашей жизни многое предрешено». Значительно охотней говорил, что в юности, прочитав мемуары Михаила Чехова «Путь актера», навсегда осознал, что искусство актера – служение духовное с применением всех физических сил и возможностей. Актер идет путем душевного возрастания. Для него самое главное – ощущение внутренней свободы. Все это вместе – высшее качество актерского мастерства. И строго придерживался правила, сформулированного Михаилом Чеховым: «Если хочешь проверить качество актера, попробуй отключить звук».

Великолепный чтец, он прочитал со цены почти всю русскую классику, почти все выдающиеся стихи и почти всю великую прозу. Выходил на сцену один в торжественном смокинге, а иногда в цилиндре, и начинал читать. Минуты через три зал переставал кашлять. Еще через пару минут зрителям казалось, что физически в «коробке без стенки» не один Юрский, а все персонажи. Они действуют, поражая собравшихся своей «человеческой подлинностью». В срежиссированном им спектакле «Вечерний звон. Ужин у товарища Сталина» он показал «отца народов» начала 50-х прошлого века. Генералиссимус всея страны. Любитель «Хванчкары» и собственной трубки. Единственный знатоком всех истин в их самой последней инстанции. Главный коммунист и чудовищный мерзавец. Прижизненный бог и сатана. В одном лице соратника и последователя Владимира Ильича.

Юрский – замечательный писатель, автор книг прозы и стихов. Он и в этом искусстве трагик и лирик, публицист и сатирик. «Комедия, юмор – это взгляд на себя, некоторое схождение с подмостков гордыни… И гордыня, и пафос могут присутствовать, но если есть еще и юмор, тогда это объемная вещь. И живая».

Он писал новую книгу, не раскрывая ни сюжета, ни замысла. Нечто, должно быть, автобиографическое, как, впрочем, многое из того, что он написал. Десятки страниц о своей семье, в которой он счастлив. С женой, Натальей Теняковой, познакомился в середине 60-х на съемках телепостановки «Большая кошачья сказка». Она была начинающей актрисой, годы спустя стали играть вместе в антрепризе. О жене говорил, что она – идеальная женщина, «дочитать» которую до конца невозможно. «Не знаю, потому ли, что мы муж и жена, мы быстро понимаем друг друга на репетициях. Или потому, что мы быстро понимаем друг друга на репетициях, мы стали мужем и женой». Дочь, Дарья Юрская, – тоже актриса и тоже участник театрального трио. Несколько лет назад играли все вместе «После репетиции» Бергмана… Он следовал «постулату Бергмана»: «Театр надо не переносить на домашнюю жизнь, а сделать только частью этой жизни». Там – служение Мельпомене, дома – книги, музыка, семейные обеды, встречи с друзьями, коллекционирование. Дома, рассказывали очевидцы, у Сергей Юрьевича большая коллекция коров. Симпатичные, прекрасно сделанные разнообразные коровы, собранные в разных концах света и подаренные друзьями.

Он не любил торжеств в свою «юбилейную честь». Он вообще никаких юбилеев не любил. Это, по его мнению, абсурд. Он говорил: «Мы все персонажи пьесы абсурда». Он и «Лысую певицу» Ионеску поставил из-за щемящего созвучия нашему времени. Как бы ни пытались заглушить это созвучие «громадные оркестры глупости» и «треск речей для чего-то собравшихся». А то, что происходит на театральной сцене сегодняшнего дня, здесь и сейчас, перед глазами зрителей должно быть высоким искусством и только им. Как «Марк Шагал» в его постановке.

Сергей Юрьевич Юрский дарил нам это искусство с потрясающей щедростью внутри и за пределами «коробки без одной стенки»: «…искусство, театр прежде всего, литература – это возможности пробуждения слуха, который умер, обострения зрения, которое слабо, это понимание чужой боли, радости, юмора и потому великая радость и для воспринимающего, и для творящего. Вдохновение – взаимный акт. В актерском деле – труд и есть вдохновение.»

Владимир Вестерман

Яндекс.Метрика