Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter
Главная | Общество | Про партии разные и всякие

Про партии разные и всякие

А что? Все чего-то создают, вон в армии скоро генералов не останется, в Инете блоггеров. Куда мне свой бесценный опыт деть?

Было это зимой 70-го. На экраны вышел фильм «Сердце Бонивура» с невероятным красавчиком и обаяшкой Львом Прыгуновым в главной роли комсомольца, героя Гражданской войны Виталия Бонивура.

От экрана глаз не оторвать. Все девичьи сердца нашего класса, готовящегося вступать в стройные ряды юных ленинцев-пионеров, трепетали и падали прямо в валенки с галошами. Дело происходило зимой.

Красавца нужно было срочно увековечить не только в масштабах страны, но и в одном отдельно взятом классе. 3-ем, средней школы 12 города Бреста.

Подпольная организация под названием ОТиБ (отряд имени Бонивура) была создана на большой перемене в женском туалете. Там же была составлена священная клятва, под которой расписались кровью из проколотого пальца командир отряда, комиссар и начальник штаба. Больше желающих колоть пальцы не нашлось, и командование, посовещавшись в отдельной кабинке, пошло на компромисс – заменить кровь красным стержнем. После чего народ повалил валом.

Все записались, все поклялись-подписались (организация была чисто девчачьей, хотя феминизм тогда еще не ступал широким шагом по планете), а дальше вопрос стал ребром – что делать? Тимуровские заморочки отмели сразу. Скучно. Не героично. Еще несколько предложений из репертуара октябрятской звездочки тоже были отвергнуты, как не стоящие наших устремлений и порывов. Душа требовала большого дела. Нам бы в партизаны или в гарнизон Брестской крепости, но в 70-ом это уже было не актуально. Да и опыт у нас по поводу партизан был достаточно плачевный. Насмотревшись годом раньше, «Адъютант его превосходительства», мы в во время традиционного общешкольного похода пошли взрывать «литерный». «Литерный» изображали грузовики близлежащего колхоза, чего-то везущие по дороге возле леса, где мы обитали. Мы героически кидали в них камни и спортивные гранаты, утащенные под покровом ночи из палатки физрука…

Приехало колхозное начальство. Героического нашего порыва никто из них не хотел понимать. Да они и фильм-то, наверное, не видели. 69 год. Телевизоры еще роскошь, а уж в деревне подавно. Короче, оставшихся полдня похода мы просидели в брезентовых застенках учительской палатки, изображая из себя раскрытого белыми штабс-капитана Кольцова.

Посему, исходя из прошлого опыта, мы решили для начала закалять силу воли и воспитывать смелость и мужество. Вышеперечисленное закалялось и воспитывалось двумя способами. Жили мы возле воднолыжной базы, зимой трамплин был принайтован к берегу. Вот с этого трамплина и надо было прыгать на лед, сняв шубу, шапку, рукавицы и валенки с галошами. Для пущей закалки. Струсивших покрывали остракизмом и всякими другими, услышанными в миру, словами. И прыгали все. Второе упражнение физически было легче. На том же берегу мы нашли полуразложившийся труп большой собаки. Его надо было взять в руки и пронести энное количество метров. Мы сильно продвигались в этом деле, но тут закончилась зима, и лед стал совсем тонким, а труп разморозился. А на такой оборот сила воли и мужество уже не распространялись никак. И опять возник исконный вопрос русской интеллигенции – что делать? Ареал применения порывов был сильно ограничен возрастом – только в своем районе. И именно в нашем районе была единственная действующая в Бресте церковь.

Мы будем бороться с религией! Как? Подпольщики мы или нет? Листовками, конечно. Текст этих листовок я помню до сих пор.

«Дорогие бабушки и дедушки! Вместо того чтобы часами стоять на коленях на холодном полу, где вы можете простудиться и целовать иконы, где можно подхватить всякую заразу, вы бы лучше занялись общественно-полезным трудом на благо нашей социалистической Родины!»

Коротко и ясно.

Листовки были тайком отпечатаны на папиной пишущей машинке.

В назначенный вечер ОТиБ в полном составе вышел на операцию. У ворот в церковь был поставлен часовой, а остальные рассредоточились по довольно большому церковному двору. И надо же было такому случиться, что в это время с педсовета возвращалась наша первая и тогда еще единственная учительница. Идет Вера Николаевна домой вечером и видит в воротах церкви свою одиноко стоящую ученицу…

Следствие было недолгим. Часовая не дожидалась пыток и не повторила подвига Виталия Бонивура и штабс-капитана Кольцова. Как только Вера Николаевна сказала, что её не примут в пионеры по причине нахождения в церкви, пошла выковыривать из укрытий всех подпольщиков и героев.

Скандала не было. Заслуженный учитель БССР Вера Николаевна Зенькович – Учитель с большой буквы, вникнув в ситуацию и прочитав листовку, как она потом рассказывала моему папе, а потом и нам, уже взрослым, едва стояв на ногах от душившего её внутри хохота, сказала все полагающееся советскому учителю и отпустила нас восвояси.

Нас отпустили. Но предатель не должен уйти от ответа. Орудием мести и наказания единогласно была выбрана моя Юлька. Тогда пяти лет от роду и виртуозно плевавшаяся. Да, и что особо важно, предательница не знала её в лицо. Часть команды заходила за приговоренной и тащила её гулять на улицу, где в засаде в кустах вторая часть держала предварительно подготовленную Юльку.

– Юлька, вперед! Юлька вылетала пулей, подскакивала к изменнице, в считанные секунды обплевывала её с ног до головы и с чувством хорошо исполненного долга исчезала так же, как и нарисовывалась. И так каждый раз, меняя только место засады.

Не знаю, сколько бы это продолжалось, но кто-то предложил перед атакой кормить Юльку луком или чесноком, для усиления эффекта. На это я уже пойти не могла, сестра все-таки, да и что бы я сказала дома?

Ну так, могу я создать партию?

Лиза Юдин
Источник: Facebook

Яндекс.Метрика