Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter
Главная / Культура / Памяти великого поэта и человека

Памяти великого поэта и человека

«Вот и всё. Смежили очи гении.
И когда померкли небеса,
Словно в опустелом помещении
Стали слышны наши голоса».
Давид Самойлов

У меня в руках книга стихов Евгения Евтушенко «Бог бывает всеми нами», подаренная автором нам с женой двадцать лет назад. На внутренней стороне обложки надпись: «Лене и Марку от души! Евг. Евтушенко». С великой скорбью держу я эту книгу! Первого апреля ушёл от нас последний из живших, необыкновенно талантливый русский поэт и Гражданин! Ушёл, как положено русскому гению, не на родине, а в изгнании, в Америке, куда давно переселился, не выдержав ненависти властей, травли «братьев писателей» и никуда не исчезнувшей всепроникающей лжи и антисемитизма, который он так ненавидел!

Мы ровесники с Евгением, и с молодых лет моя жизнь была связана с его поэзией и выдающимися человеческими качествами. Я следил за его публикациями, бывал на его концертах и всегда им восхищался. В СССР мы не были знакомы и познакомились только в Хьюстоне. Встречались мы в основном на нескольких репетициях и концертах, где исполнялась Тринадцатая Симфония Дмитрия Шостаковича, написанная в 1962 году на стихи поэта. Она исполнялась в Хьюстоне не менее четырёх раз только за последние пять-шесть лет. Мы с женой не пропустили ни одной репетиций, ни одного концерта! Встречались мы и в университете, где он преподавал несколько лет до отъезда в Оклахому.

Шли после репетиции или концерта куда-нибудь поужинать вместе с его друзьями и солистами, которые все были и нашими старыми друзьями. Мы вспоминали нашу жизнь в СССР, вечера поэзии, где выступал Евгений под нескончаемые овации многотысячной аудитории. Он был очень знаменит тогда! И конечно наши воспоминания всегда касались истории создания стихов, взятых Шостаковичем для своей 13-й Симфонии и истории её исполнения. Всё это на моей памяти.

Вспоминая о Евтушенко, я расскажу тем, кто не знает по молодости или не помнит по забывчивости всей этой оскорбительной для порядочного человека истории. Я не филолог и не литературовед, и хотя стихи Евтушенко я очень люблю и высоко ценю, я не стану говорить о литературных достоинствах его поэзии. Однако я хочу подчеркнуть, что стихи Евгения настолько понравились гениальному Дмитрию Шостаковичу, что он включил кроме «Бабьего Яра» ещё четыре стихотворения поэта в свою симфонию. Эти пять стихотворений и составили текст пяти частей Симфонии! Может ли быть что-нибудь выше этой оценки? Мало того! Даже признавая первоклассный талант поэта, я считаю, что только благодаря совместному с Шостаковичем произведению имя Евгения Евтушенко никогда не будет забыто грамотными людьми. Весь  культурный Западный мир, а не только русскоязычный знает имя Евтушенко, помнит и цитирует его стихи, потому, что они связаны с именем крупнейшего композитора ХХ века! И те, кто знает, что тогда в СССР грозило автору за эти стихи, понимает, каким благородством и высоким гражданским мужеством обладал этот молодой, талантливый человек. Никто из русских поэтов кроме него на это не решился! «Поэт в России больше, чем поэт!»

Всё началось с публикации 19 сентября 1961 года в «Литературной газете» стихотворения Евтушенко

«Бабий Яр» —

Над Бабьим Яром памятников нет.

Крутой обрыв, как грубое надгробье.
Мне страшно.
………… Мне сегодня столько лет,
как самому еврейскому народу.

Мне кажется сейчас —
………… я иудей.
Вот я бреду по древнему Египту.
А вот я, на кресте распятый, гибну,
и до сих пор на мне — следы гвоздей.
Мне кажется, что Дрейфус —
………… это я.
Мещанство —
………… мой доносчик и судья.
Я за решеткой.
………… Я попал в кольцо.
Затравленный,
………… оплеванный,
……………………. оболганный.
И дамочки с брюссельскими оборками,
визжа, зонтами тычут мне в лицо.
Мне кажется —
………… я мальчик в Белостоке.
Кровь льется, растекаясь по полам.
Бесчинствуют вожди трактирной стойки
и пахнут водкой с луком пополам.
Я, сапогом отброшенный, бессилен.
Напрасно я погромщиков молю.
Под гогот:
………… «Бей жидов, спасай Россию!» —
насилует лабазник мать мою.
О, русский мой народ! —
………… Я знаю —
……………………. ты
По сущности интернационален.
Но часто те, чьи руки нечисты,
твоим чистейшим именем бряцали.
Я знаю доброту твоей земли.
Как подло,
………… что, и жилочкой не дрогнув,
антисемиты пышно нарекли
себя «Союзом русского народа»!
Мне кажется —
………… я — это Анна Франк,
прозрачная,
………… как веточка в апреле.
И я люблю.
………… И мне не надо фраз.
Мне надо,
………… чтоб друг в друга мы смотрели.
Как мало можно видеть,
………… обонять!
Нельзя нам листьев
………… и нельзя нам неба.
Но можно очень много —
………… это нежно
друг друга в темной комнате обнять.
Сюда идут?
………… Не бойся — это гулы
самой весны —
………… она сюда идет.
Иди ко мне.
………… Дай мне скорее губы.
Ломают дверь?
………… Нет — это ледоход…
Над Бабьим Яром шелест диких трав.
Деревья смотрят грозно,
………… по-судейски.
Все молча здесь кричит,
………… и, шапку сняв,
я чувствую,
………… как медленно седею.
И сам я,
………… как сплошной беззвучный крик,
над тысячами тысяч погребенных.
Я —
………… каждый здесь расстрелянный старик.
Я —
………… каждый здесь расстрелянный ребенок.
Ничто во мне
………… про это не забудет!
«Интернационал»
………… пусть прогремит,
когда навеки похоронен будет
последний на земле антисемит.
Еврейской крови нет в крови моей.
Но ненавистен злобой заскорузлой
я всем антисемитам,
………… как еврей,
и потому —
………… я настоящий русский!
1961

Что тут началось! Немедленно был выгнан с работы и исключён из партии редактор «Литературной газеты» Косолапов. В нескольких газетах появилось погромные статьи и стихи вроде стихотворения некоего Маркова. «Какой ты настоящий русский, / Когда забыл про свой народ, / Душа, что брюки, стала узкой, / Пустой, что лестничный пролёт».

Казалось вся страна от Хрущёва до ничтожных «литераторов» была оскорблена тем, что чистокровный русский поэт сочувственно почтил память многих тысяч советских граждан-евреев, расстрелянных немцами в «Бабьем Яру» под  Киевом в сентябре 1941 года. Всю мою жизнь в СССР, начиная с раннего детства, я помнил, что я еврей и что это очень плохо. Нас и евреями-то не звали. С 1947 года мы были «Безродными космополитами», «Врачами-вредителями» и потом «Гражданами еврейской национальности». А в 18-летнем возрасте я и мои друзья мучительно решали, узнавали, сомневались примут ли нас учиться в Институты, чтобы получить высшее образование. Университеты и Высшие военные училища были для нас определённо закрыты. Нечего было и пытаться поступить в Лётные школы, в Военно-медицинскую Академию, Высшие Морские училища и даже в Политехнический институт или Институт Международных отношений. Даже в Консерваторию, будь ты хоть Моцартом! Не давала права на поступление даже Золотая медаль! И с нею нас не допускали даже на собеседование.

Так, с юных лет наша жизнь начиналась с унижений, обиды и недоумения, почему так происходит. И было это в 1950-1952 годах. Ещё жив был Сталин! Но даже в 1961 году ничего для нас не изменилось! Евтушенко со своими благородными и прекрасными стихами немедленно оказался в опале! Запрещены его выступления, прекратился выпуск его книг, а его самого чуть не каждый день проклинали газеты, журналы, радио и телевидение. Он был затравлен «как зверь в загоне» по меткому выражению Л.Пастернака. Поэта называли даже «Жидомасоном»! Он заболел от всего этого!

И тут гениальный и тоже русский по национальности Дмитрий Шостакович звонит поэту и просит разрешения написать музыку на этот текст и просит также дать ему ещё несколько стихотворений, тексты которых вместе с «Бабьим Яром» будут исполнены в пяти частях нового сочинения под названием «13-я Симфония»! Так начались их сотрудничество и дружба.

Музыка Симфонии была написана за три недели, в больнице, но исполнение её сопровождалось такими препятствиями, что человек, не живший в то время в СССР, не сможет в это поверить и понять. Вся государственная машина снова, как в тридцатые, сороковые и пятидесятые годы, накинулась на Шостаковича, а заодно и на поэта! Угрозами и щедрыми посулами один за другим устранялись певцы и дирижёры. Ко дню премьеры оказалось, что знаменитый солист, выучивший с Шостаковичем свою партию, отказался петь! Только случайно удалось найти молодого певца Виталия Громадского, который сам для себя выучил партию, так она ему понравилась. И это после того, как знаменитые басы, Народные артисты СССР, Гмыря и Ведерников с восторгом начавшие репетировать, вдруг отказались петь после «беседы» с партийным руководством. Великий дирижёр Ленинградской филармонии Евгений Мравинский, друг композитора и исполнитель почти всех премьер Шостаковича, тоже отказался от участия в премьере. Дирижировать согласился Кирилл Кондрашин, один из лучших дирижёров страны. Он сказал перед началом концерта 18 декабря 1962 года «Я не знаю, чем кончатся наши сегодняшние усилия… Но мы входим в историю страны и открываем одну из лучших страниц в истории её культуры…». За день до премьеры исчезли со стен афиши, извещавшие о концерте. Почти до последнего часа перед началом концерта  было неясно, разрешат ли исполнение.

И всё-таки концерт начался. Гениальная музыка, проникающие в душу гениальные стихи заставили многих слушателей плакать уже в начале исполнения. Конец концерта стал началом триумфального шествия этого произведения по всему культурному миру! Четыре из пяти частей симфонии не касались еврейской темы. Они назывались «В магазине», «Страхи», «Юмор» и «Карьера». Хором и солистом в них поётся о великом подвиге русских женщин, вынесших все военные невзгоды, о страхах, до сих пор со сталинских времён терзающих людей, о юморе, без которого в России  немыслимо прожить, и наконец о том, как Евтушенко «делает карьеру тем, что не делает её». И действительно! Такими стихами в СССР карьеру можно было только убить. Поэт прекрасно знал, к чему приведёт его публикация «Бабьего Яра»!

Но, потрясение его было столь велико, когда он увидел это страшное место, когда он убедился, что нет никакого упоминания о том, что здесь произошло, что его тонкая поэтическая душа не могла не отозваться взрывом скорби и возмущения. Не отозваться на такое настоящий поэт Евгений Евтушенко не мог! Молчание означало бы для него добровольное забвение этого ужаса и не позволило бы ему спокойно жить дальше и чувствовать себя порядочным человеком. Даже по официальным отчётам в Бабьем Яру было расстреляно более 50 тысяч только евреев. Женщин, стариков и детей! Здоровых мужчин там не было. Все они были на фронте!

Публикация этого стихотворения была Подвигом! Музыка к нему тоже! Исполнение тем более! Вот с какими неожиданными препятствиями и опасностями, немыслимыми в Западном мире, столкнулся превосходный  русский талант.

Первое исполнение 13-й Симфонии  в Ленинграде состоялось только через четыре года. К шестидесятилетию Шостаковича. Я был там. Не только женщины плакали во время исполнения. Плакали многие мужчины! Плакал и я, молодой, сильный и тренированный спортсмен, закалённый советской жизнью, войной и неудачным происхождением, не плакавший ни до, ни после этого никогда. Только словом ПОТРЯСЕНИЕ можно кратко определить состояние слушателей. Как поклонник Шостаковича, присутствовавший почти на всех его премьерах в Ленинграде, начиная с 1951 года, я утверждаю, что такого не было никогда. Только соединение прекрасных, скорбных слов с такой же музыкой  произвело это невероятное впечатление на аудиторию! Мы онемели на несколько минут! Не могли двигаться!

Следует отметить, что Евтушенко не впервые потряс российскую публику своими стихами. В 1961 году было опубликовано его стихотворение «Наследники Сталина». Поэт писал: (я привожу фрагменты из этого стихотворения).

«Безмолвствовал мрамор. Безмолвно мерцало стекло.

Безмолвно стоял караул,
………… на ветру бронзовея,
А гроб чуть дымился.
………… Дыханье из гроба текло,
когда выносили его
………… из дверей Мавзолея».

«Нет, Сталин не умер.
………… Считает он смерть поправимостью.
Мы вынесли
………… из Мавзолея
………… его,

но как из наследников Сталина
………… Сталина вынести?»

«Наследников Сталина,
………… видно, сегодня не зря
хватают инфаркты.
………… Им, бывшим когда-то опорами,
не нравится время,
………… в котором пусты лагеря,
а залы, где слушают люди стихи,
…………………… переполнены.

И эти стихи были пророчеством! Всё чаще в российской прессе появляются теперь славословия и даже тоска по имени Сталина. Любители «деятельности» этого палача и восточного деспота эпохи Чингисхана  тоскуют о «Хозяине» и снова поносят Евтушенко за его «жидомасонство». Написала же Анна Ахматова, ещё одна жертва Сталина: «Любит, любит кровушку русская земля!» Так оно и есть! Назад к Коммунизму! Светлому будущему всего человечества!

О высоких моральных качествах поэта свидетельствует мой последний с ним телефонный разговор несколько месяцев назад. Я позвонил ему по просьбе моего друга, хормейстера Далласской Оперы Александра Рома. Театр хотел исполнить со своим хором и солистом 13-ю  Симфонию. Однако театр сомневался, согласится ли Евгений на весьма незначительный для знаменитого поэта гонорар. У любой оперы всегда нет денег. «О чём речь, спросил меня поэт! Я с удовольствием дам согласие на исполнение, бесплатно буду участвовать в репетициях и скажу вступительное слово перед концертом. Так им и передай и дай им номер моего телефона!»

Всё понимал прекрасный поэт и человек. Однажды  в беседе со мной он сказал: «Надеяться не на что! Россия находится в тупике, из которого если и вылезет, то лет через 200!»

Навсегда ушёл от нас поэт, бывший нашей совестью, надеждой и славой. Как писал Г.Державин: «Где стол был яств, там гроб стоит; Где пиршеств раздавались лики, Надгробные там воют клики, И бледна смерть на всех глядит». Похоже, что умерла современная русская поэзия! Кто после него? Кто рядом с ним? Возьми,  читатель, сборник его прекрасных стихов и посвяти его памяти хотя бы несколько минут, читая их!  Всё написанное им находится теперь в Интернете и доступно любому в любую минуту.

Марк и Елена Зальцберг

Фото Николая Полищука, Милуоки 1995 г.

Понравился материал?
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:

Интернет-газета КОНТИНЕНТ на Facebook Интернет-газета КОНТИНЕНТ ВКонтакте Интернет-газета КОНТИНЕНТ в Одноклассниках
Яндекс.Метрика