Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter
Главная / Общество / На плоту… (часть 2)

На плоту… (часть 2)

Автор А.А. Каздым

Начало http://kontinentusa.com/na-plotu/

на плоту

Андрей сбегал на плот, надел потрепанные брезентовые штаны, и продолжил рубить дрова, про запас. Олег посмотрел на его могучий торс, на большой грубый шрам на левой руке, на след от пули, чуть ниже левого плеча.

«Да, досталось парню», подумал Олег. «В общем, мужик-то он неплохой, а что вечно мрачный да угрюмый, так видно есть с чего, чуть ниже пуля пройди, на пять сантиметров, сейчас бы здесь дрова не рубил!».

Раздались голоса, и на берег вышла вся «компания». Николай с Юрой о чём-то яростно спорили, Алла дошла до своей палатки и с оханьем вползла в нее. Витька-«Йог» быстро скинул сапоги, засучив штаны, вошел в холодную воду реки, сложил ладони перед грудью, и застыл, «впал в нирвану», как шутили геологи. Катя тоже влезла в палатку, и оттуда послышалось хихиканье и щебетание. Минут через пять «женская половина отряда» гордо вылезла, уже переодевшись, с полотенцами и зубными щётками.

– Ну что,  Алла, как маршрут, не устала? – спросил Олег.

– Ой, устала, ноги болят, но здорово! – Было видно, что депрессия у девчонки после маршрута, несмотря на сильную усталость, почти прошла. – Сейчас бы душ, кофе попить и совсем хорошо бы было!

– А ты чего, мы отвернёмся, и искупайся, – встрял, как всегда Димка, – а кофе где-то у Кати в заначке есть, я знаю, сейчас и сварим!

– Ага, искупаться девушке в ледяной воде! Ты вообще соображаешь, что говоришь! – накинулась на того Катя.

– Ты Митька не отвлекайся, ты давай дичь верти, – приказал Андрей, помахивая топором, – а то увидел женщин, и про всё сразу забыл!

– Кать, а на кой тебе зубы-то чистить, целоваться с кем-то будешь? – дурашливо окликнул девушек Димка.

– Дурак ты Митька и грязнуля! Кариес заработаешь, зубы выпадут, вот тогда и узнаешь, для чего зубы чистят! – отпарировала Катя.

– А ему скоро и чистить будет нечего, – мрачно пробурчал Андрей, разрубая огромное полено, – ещё пара деревенских танцулек…

– Витя! «Йог»! – окликнула Катя, – выходи-ка из «нирваны» и помоги нам на плот перебраться!

Витя, шлепая по воде, подошел к мосткам, помог девушкам перейти на плот.

– Ох, и хорошо водичка, – сказал он, – холодная! Сейчас пойду, окунусь!

– Только, пожалуйста, после того, как мы умоемся, и зубы почистим, – категорично заявила Катя. – А то от вас, мужиков, грязи много, принципиально вы, что ли, не умываетесь?

– Нет, почему же, – откликнулся Димка, – Андрей вот купался, и как раз в том самом месте, где вы сейчас умываться собираетесь. А потом без порток, так сказать в полном своём естестве бегал!

Алла хихикнула, а Катя только безнадежно вздохнула и махнула рукой, ну что, мол, с него взять, с трепача.

– Я тебе сейчас вот в этот расщепленный пень язык ставлю и зажму, чтобы не болтал лишнего, – вскипел Андрей, – за дичью следи, я тебе сказал, верти, верти её лучше!

– Да слежу я, слежу, жариться вовсю, а какой дух от неё идет, закачаешься! Сейчас под неё бы спиртику граммов сто! Начальник, а начальник, – окликнул Николая Димка, а может грамульку нальешь, под дичь?

– Я подумаю, – многообещающе ответил Николай и снова о чем-то тихо заспорил с Юрой, глядя на карту и аэрофотоснимки.

Олег нанизал хариуса на палочки и воткнул возле костра, подгреб углей и стал следить, чтобы рыба не подгорела и не упала в костер.

Скоро ужин был готов – жареный тетерев, жареный хариус и традиционный чай.

Если все с аппетитом, продолжительный маршрут давал себя знать, да и вкусный был тетерев, жирный, осенний. Димка многозначительно и выразительно посмотрел на Николая, тот поскреб в затылке, махнул рукой, сбегал на плот и притащил большую фляжку со спиртом, что лежала под замком в его персональном, как и у любого начальника отряда, вьючнике.

– Так, братья-геологи давайте «по чуть-чуть», «под дичь», так сказать! Кто будет, кружки подставляйте, а уж разбавляйте сами себе, «по вкусу», – и Николай потряс фляжкой.

Димка первый подскочил с кружкой, остальные, кроме Аллы и Витьки передавали свои кружки и Николай плеснул каждому грамм по сто спирта.

– Алла, а ты-то как, будешь? – весело спросил Димка. – Витька-то понятно, йог он и есть йог, он пищей духовной питается, а ты, если в геологии работать собираешься, спирт пить должна! Геолог, который спирт не пьет – не геолог!

– Хватит тараторить и ерунду молоть! – накинулась на него Катя. – Рано ей ещё, да и нечего девушку приучать к спиртному! И вообще, причем тут спирт и геология!

– Но ты же приучилась, и ничего, пьешь, но я смотрю, меру знаешь! – зубоскалил Димка.

– Зато ты меру ни в чем не знаешь, трепач! Тебе бы только выпить да по бабам! – рассерчала Катя. – Я в полях уж десять лет, и много чего навидалась, и мне – можно!

– Да ладно Катя, пятьдесят грамм спиртного ещё никому вреда не сделали, а уж тем более, после такого маршрута, напряжение снять, – неожиданно вступился Николай. – Давай Алла, глоток, а то и вправду обстановка требует – река, тайга, костер, тетерев… Только спирта и не хватает! В Москве ухажёрам и подружкам рассказывать будешь! Обзавидуются! Подставляй кружку, водой разбавишь, пойдет!

– Начальник, секунду, – крикнул Димка, опрометью кинулся на плот, нырнул в палатку и через минуту выскочил, неся маленький стеклянный граненный лафитничек. – Во, специально для дам держу!

– Запасливый, чертяка, – буркнул повеселевший и подобревший от тетерева и спирта Андрей, – а что у него ещё в рюкзаке есть, я и не скажу!

Катя презрительно хмыкнула, а Алла кокетливо хихикнула. Николай плеснул в лафитничек чуть-чуть спирта, Димка услужливо разбавил его водой, чуть-чуть поболтал и протянул Алле.

– Теплый немного, но ты «одним духом», и пойдет нормально, а потом вот, чаем холодным запей!

Алла пропищала, что она, в общем-то, водку уже пробовала, глотнула разведённый спирт, и под общий смех «профессионально» занюхала кусочком тетерева.

– Во, наш человек, – радостно тараторил Димка, – без закуски, настоящий геолог!

Катя укоризненно покачала головой, но потом и сама рассмеялась. Николай осмотрел свой отряд, все были весёлые, наевшиеся, Андрей с хрустом обгрызал остатки тетерева, Димка, подсев к разомлевшей Алле, о чем-то шепотком с ней беседовал.  Юра как всегда, задремал, а Витька, отойдя в сторону и поглядывая на бивак, быстро рисовал в альбоме. Катя, отведя Олега в сторону, перебинтовывала ему ногу.

– Ну что, братья-геологи, нам работы осталось на дня два, максимум три, а Деревня, на Базу, а потом и домой! – сказал Николай. – Так вроде всё нормально, и в сроки и «в карту» уложились, так что премия точно будет!

– И немалая, – добавил Димка, – алименты уплачу, и погуляю!

– Смотри не догуляйся, – пробурчал Андрей, – а то «погуляешь», а потом ходишь, десятку до получки клянчишь!

– Да ладно тебе, это было то всего один раз, – обиженно оправдывался Димка.

– Один, не один, а было, за три дня всё промотал, искал его, дьявола, по всей Москве, по всем ресторанам, еле нашел!

– А я вот Аллу в Москве в ресторан приглашу, она меня контролировать будет! Правда, Аллочка, – спросил Димка, подвинулся к ней поближе и попытался приобнять за плечи. Алла покраснела, и опасливо отодвинулась.

– Я тебе приглашу! – крикнула Катя. – Руки то неё убери, и вообще отсядь в сторону! Алла, держись ты от этого кобеля подальше, он мозги так накрутит, не распутаешь!

– Тебе чего сказали, Димон, – свирепо зыркнул глазами Андрей, – отойди от девчонки! А то в воду брошу, остудить!

– Эх, нет в этой жизни счастья, – вздохнул Димка, – пойду, и вправду умоюсь, что ли, с горя!

– Вот-вот, давай, умойся, впервые за месяц, – сказал ему вслед Катя, – а то взял манеру, не помывши рук, девушек обнимать!

– Руки у меня чистые, я их об штаны вытер. – Димка демонстративно показал грязными руками на выцветшие, рваные и до предела засаленные штаны, – я всегда об них руки вытираю, чтобы не промокали на плоту!

– Умываться иди, трепло, – строго приказала Катя. – И вообще, братья-геологи и сестры тоже, – она многозначительно посмотрела на раскрасневшуюся Аллу, – не пора ли уже и чаю попить, посуду мыть, да и спать ложиться!

– Да, ты права, –  ответил Николай. – Будет у нас завтра день не легкий, впереди порог великий, потом Река поворот делает, прижим может быть очень сильный. Вот Юрик знает, он на «вертаке» облетал этот район год назад, значит, точно помнит, проведет, не хуже лоцмана!

Юра проснулся, очумело посмотрел по сторонам, на Николая и снова уснул.

– Вот человек, спит по 24 час в сутки, – удивился Виктор, – и когда только работать успевает!

– А я вот слышал, некоторые йоги вообще не спят, – откликнулся с плота Димка, – это правда или нет?

– Я таких не встречал, но я лично сплю мало и мне хватает, – ответил Витя, – у всех людей по разному, кому и четыре часа в сутки достаточно, вот Наполеон например, спал мало и сколько бед натворил, а кому-то и двенадцати часов не хватает…

– А я ещё слышал, – Димка подошел к костру, вытирая руки о штаны, – что если женщины много спят, то у них цвет лица улучшается, и кожа гладкая-гладкая становиться! Это правда, Кать?

– Да ты когда-нибудь угомонишься, или нет! Утомил уже! Иди, бери чайник и ставь чай! – приказала Катя.

– Это точно, – вдруг сказал Николай, – спит Юрик и вправду много, за троих, но и в маршруте, и когда карты рисует, за ним мало кто угонится, тоже один работу за троих выполняет. Я этого «соню» уже почти 15 лет знаю, он ни разу ещё не подвёл. Ладно, пойду-ка я перед чаем окунусь! –  Николай зашел за палатку плота, разделся и нырнул.

– Да и я, пожалуй, тоже, а потом чайку горячего – и на боковую, – поднялся от костра Андрей.

– И я тоже нырну, – откликнулся Витька.

– Жаль мне нельзя, – грустно протянул Олег.

– Ты пока сиди, сиди, что в этой холодрыге плавать, мы с тобой в Деревне в баньке пропаримся, самогонки выпьем, и всё у тебя пройдет, будешь прыгать не хуже козерога  в горах Тянь-Шаня, – весело трещал Димка. – А потом и по девочкам!

– Опять он за своё, – простонала Катя, – ты за чайником смотри, пустомеля! Заваривать пора!

Вернулись с плота мужики, попили чай, разбудив и Юру, тот что-то благодарно промычал, в полусне выпил кружку и тут же ушел спать. Через минуту из палатки послышался храп. Посуды для мытья было мало, и Катя «освободила» ковыляющего с костылём Олега от этого занятия, он вполз в палатку и тоже быстро заснул.

Алла помогла Кате помыть посуду, потом они залезли палатку, о чем чем-то долго шептались, а затем всё затихло.

Николай, Андрей, Витя и Димка ещё немного посидели у догорающего костра, курили, тихо перебрасываясь редкими словами и смотря на ярко-красные, периодически вспыхивающие синими огоньками угольки, на серый пепел, уносимый ветерком, потом Андрей подложил в костер пару толстых бревен, чтобы тот не затухал, и утром были бы хорошие угли.

Они перешли на качающийся плот, расстелили кошмы, влезли в спальники и быстро заснули. Тихо шелестела листва, шумела река далеким порогом, плескала вода под плотом. Было чистое звездное небо. Все спали.

…Утро было солнечное, прохладное, но морозец спал, и на небе показались облака, «кошачьи хвосты», предвестники ухудшения породы… Николай долго и внимательно смотрел на небо и реку, и бормотал: «Успеть, успеть бы до дождя…».

Позавтракали быстро, также быстро собрали вещи и по указанию Николая как можно прочнее привязали их к плоту. Он с Юрой долго смотрел карту и о чем-то беседовал.

– Так, братья-геологи, впереди километрах в трех, порог, порог сильный, поэтому, Андрей, старайся держаться к этому берегу, прижмет к скалам – не страшно, баграми отдвинемся! Юра говорит, что за поворотом, после порога, течение вроде утихает, и много бережков песчаных, и через несколько километров можно будет пристать, маршрут коротенький пройти.

– Да, видел я с год назад, с «вертака» правда, – задумчиво ответил Юра, накручивая густую и длинную бороду на палец. – Но мало ли что за год изменилось! Так что осторожность не помешает, торопиться не следует, и я думаю надо держаться метрах в пятидесяти-семидесяти от берега и держать наготове фал хороший, метров сто длинной, у нас есть вроде!

– Есть, есть, – откликнулся Димка. – Я два стометровых мотка взял на складе, один кладовщик дал, а второй спер! На всякий случай!

– Дай Бог, случая не будет, – тихо ответил Николай. Он был почему-то взволнован. – Ладно, время не ждёт, погрузились, вещи привязали и в путь!

Мужчины оттолкнули плот, Катя с Аллой сразу уселись в лодочку, а Димка, как-то странно и необычно молчаливый, бросил им туда моток хорошего десятимиллиметрового капронового фала. Второй моток, он прочно привязал к вбитой в плот здоровенной скобе и аккуратно сложил кольцами на краю.

Плот медленно шел по течению, Андрей рулил, а остальные стояли наготове с длинными баграми или шестами…

Впереди белели буруны, плот стал подпрыгивать на камнях, волны почти полностью заливали его, брызги воды окатывали с ног до головы. Андрей с Витькой навалившись на весло, старались держать плот ближе к берегу, а остальные, и даже Олег, терпя боль в ноге, отталкивались от валунов, почти невидимых в бурлящей пене воде.

Вдруг раздался треск, плот резко остановился и его «нос» стал медленно подниматься. Топляк, коряжистый и сучковатый, невидимый в бурунах, долго ждал свою жертву. Плот попал прямо на него, заклинив между камнями, а сучковатые, корявые, прочные как железо корни, впились в днище плота.

Вода всё выше и выше поднимала плот, и, несмотря на все усилия, он всё больше и больше вставал «дыбом», ещё и кренясь на бок. Сорвало пару ящиков и связку спальных мешков, чей-то рюкзак и унесло течением…

Алла завизжала от страха, Николай схватил топор, и, скользя по мокрым доскам настила, попытался подрубить корни топляка, но топор только отскакивал от насыщенного водой дерева. Неожиданно плот дернуло, Николай не удержал равновесия и рухнул в воду, его понесло течением. За ним расплывалось и уносилось водой кровавое пятно. Катя в ужасе вскрикнула, а Андрей мощным ударом вогнал шест между камнями, заклинив плот, и не давая ему возможности перевернуться, с руганью бросился в воду. В несколько мощных взмахов он догнал Николая, перевернул его лицом вверх, и, тяжело борясь с течением, таща начальника, стал одной рукой выгребать к берегу. Но силы были не равны и все увидели, как их уносит всё дальше и дальше, и вот они скрылись за поворотом реки, почти прижимаясь к отвесным скалам…

– Так, лодку в воду! – неожиданно скомандовал Димка, быстро привязал к ней фал, и с помощью Витьки столкнул лодочку с девушками в реку.

– Витя, держи их пока, – Димка кинул в лодку какой-то рюкзак, ружье, карабин и топор. – Мужики, ныряем, и гребём со всей дурацкой силы к берегу, на песок! Держимся за лодку и гребём! Катя, придерживай фал, я его буду разматывать!

Держась за лодочку, фыркая и отдуваясь, геологи смогли преодолеть течение и оказались на крохотном песчаном бережку, зажатом отвесными скалами. Димка привязал фал к огромному валуну, и сел на берег, тяжело дыша…

Все дрожали от холода, были мокрые с головы до ног и пытались прийти в себя от случившегося.

– Мы все погибнем, погибнем, в это проклятой тайге, мы все умрём, я домой хочу! – вдруг истерически закричала Алла, плюхнулась на песок, и, с каким-то странным подвыванием, громко заревела. Мужчины тревожно и беспомощно смотрели на её истерику, не зная, что и предпринять. Только Катя не растерялась. Тяжело дыша, она подошла к Алле и, приподняв ее за шиворот, молча отвесила ей две здоровенные хлесткие пощечины. Алла тут же умолкла и удивлённо на неё посмотрела.

– Так всё, истерику закончили! Успокойся! Все нормально! – тихо, но твердо и отчетливо проговорила Катя, и погладив Аллу по голове и что-то шепча на ухо, отвела в сторону.

Мужики с изумлением посмотрели на Катю, Юра почесал в затылке, покачал головой, а Димка пожал плечами и пробормотал: «Нет, такую жену я бы не хотел».

– Так мужики, надо срочно что-то решать, – сказал Юра. – Плот хорошо заклинен, и пока не перевернется, но топляк мы не свалим, он прочно застрял между камнями. Юра, обладая ещё и феноменальным зрением, внимательно осмотрел торчащий под углом, да ещё и наклонённый набок плот.

– Ты, Димка, правильно сделал, что привязал фал, может если дёрнуть посильнее, то и сдвинем плот, – сказал Олег.

–  Надо прикинуть, если дернём просто так, плот перевернется вверх дном, и все снаряжение уплывет, – ответил Юра.

– Да фиг с ним, со снаряжением, нам надо начальника с Андреем искать, а там уж доберёмся до Деревни, тут день, не больше, – сказал Димка.

– Так-то оно так, – ответил Юра, – но там образцы, и главное – вьючник начальника. Там же и паспорта наши, и деньги, и самое главное – карты секретные, и документы, и аэрофотоснимки, и полевые дневники и «ТТ» Николая! Если всё это пропадет – хлопот не оберешься. Ты же знаешь нашего Начальника Первого отдела! Старый «кадр», ещё при Берии служил, от него так просто не «отболтаешься», он и посадить может! Коля же всё под расписку брал, отвечает головой!

– И рисунки мои, – тихо и грустно произнес Витька.

– Вот, ещё и «произведения искусства», тоже спасать надо, два месяца человек работал, так что ж, им пропадать!

– Значит надо, держась за этот фал, добраться до плота, это вполне возможно, и привязать трос к другому углу, –  посоветовал Димка, – выдернуть кол, что Андрей вогнал, плот развернет, и его в это момент дернуть с берега. Плот повернется на топляке, как на оси, и мы потом двумя фалами его попытаемся сдернуть, должен же он с этого проклятого бревна соскочить! Олег, ты, давай, держи фал «в натяг», любой ценой, и Катя пусть поможет, как сможет, а мы пока к плоту проберемся!

Юра, Димка и Витя, держась за фал, не замечая холода воды, добрались до плота. Димка вполз на плот, привязал к скобе фал, и еле держа равновесие, скользя по мокрым доскам настила, как можно туже подтянул веревки, стягивающие ящики, вьючники и ещё оставшиеся, не сбитые водой вещи.

– Мужики, быстро в сторону, – Димка со всей силы, навалившись, сломал толстый шест, держащий плот. Плот резко дернулся, Димка упал, но успел уцепиться за скобу.

Плот развернуло по оси, почти кормой к берегу, его боковой наклон уменьшился, но он ещё цепко держался за топляк. Было видно, что Олег, Катя, и даже Алла, изо всех сил удерживали фал.

Доплыв до берега, мужики, после прикидки Юры, и по его команде резко потянули оба фала, сдирая кожу с ладоней, и плот, медленно, со слышимым даже в грохоте воды треском, стал сползать с топляка.

Ещё несколько сильных рывков, и под крики «Ура!», они подтащили плот к берегу, и тяжело дыша, сели на песок.

– Так первый этап пройден, потери невелики, – выжимая бороду, сказал Юра. – Всё промокло, но это ладно, высохнет, главное, мы целы. Теперь бы узнать, что  с Колей и Андреем.

– Ну, Андрей-то выплывет, – уверенно пробормотал Димка, но без обычной улыбки, – а вот Коля…

– Так, мужики, будем думать только о хорошем! – сказал Катя, – Юра, ты вроде говорил, что их могло на песок выбросить, там, за поворотом!

– Могло-то, могло, но пока не дойдем, не узнаем. – Юра усиленно чесал в затылке, запустив пальцы в густую мокрую шевелюру. – А плот вести, без шестов вдоль берега просто невозможно, надо бы их вырубить, а здесь вон, стенки отвесные, не заберешься. Хоть пару бревнышек!

– Так, я сейчас, – вдруг сказал Димка, и, засунув за ремень топор, стал карабкаться по почти отвесной стене. Там, в нескольких метрах от земли, в трещинах скал, росли молодые лиственницы.

– Димка, ты куда, сорвешься! – закричал ему Катя, а Алла в страхе закрыла глаза. Все с тревогой смотрели, как он забирает по скалам.

Димка, забравшись наверх, и уцепившись исцарапанными и разбитыми в кровь босыми ногами в острые камни, держась одной рукой, умудрился свалить пару деревьев, бросил вниз топор, крикнув: «Убирайте всё, я прыгать буду», сиганул с пятиметровой высоты, и, упав на бок, ловко перевернулся.

– Ну, ты и…, выругался Юра, –  совсем с ума сошел!

– Ничего, я привычный, меня, когда я скалолазанием занимался, прыгать и падать учили…

– Учили-то, учили, ну а если бы сломал что-нибудь, – укоризненно покачала головой Катя, – мало нам начальника с Андреем! И ноги все в крови, сейчас аптечку достану, обработаю!

– Катя, сейчас некогда, времени нет, надо Колю с Андрюхой искать, – ответил Димка, – а на плоту водой промоет. Да вообще на мне все заживает, как на собаке!

Быстро обстругав стволы, и погрузившись на плот, они пошли вниз по Реке, возле самого берега, порой отталкиваясь от отвесных скал, к которым их прижимало течением. Пройдя поворот, они увидели, что река широко разливалась, течение ослабло, а километрах в двух, на песчаной косе виднелись две фигурки, лежащая и сидящая.

Отталкиваясь шестами, стали подходить к берегу, но помешала отмель, и плот пришлось оставить метрах в десяти от берега. Витька, Димка, Олег и Юра, спрыгнули по колено в воду, таща за собой фал и резиновую лодочку с Катей и Аллой, так как Катя категорически потребовала доставить её на берег, «я зам. начальник и врач», заявила она, а Алла просто боялась остаться одна.

– Жив? – крикнул Димка.

– Вроде живой, но без сознания, – спокойно ответил Андрей. – Воды нахлебался, и голова разбита, но вроде не сильно!

– А ты-то как? – спросила Катя, выбираясь из лодки с аптечкой в руках.

– Мне-то что будет, – пожал плечищами Андрей, грудь, спина и руки у него были покрыты синяками и царапинами, энцефалитку и тельняшку он подложил под голову Николаю, – нормально, вот покурил бы, а то всё промокло! А вы, я гляжу, стащили-таки плот с топляка! Молодцы!

– Совместными усилиями, и почти без потерь! – к Димке возвращалось его обычное весёлое настроение. – Держи, Андрюха, – он протянул другу пачку «Беломора», – запасливый наш начальник, даже курево в НЗ есть!

–  И не только, – сказал Юра и показал небольшую плоскую фляжку.

– Так, спирт мне оставьте, раны промывать, – приказала Катя, – и помогите кто-нибудь, мне Колю надо осмотреть!

Катя, до того как «пришла» в геологию, закончила медучилище, а её отец и мать, и бабка и дед, и даже муж, были врачами. Так что с медициной она была знакома не понаслышке, а «какой черт» занес её во МГРИ, да ещё на «заочный», никто так и не понял.

– А это и не спирт вовсе, – Юра отвинтил пробку и понюхал. – Коньяк, ей-богу, братья-геологи, коньяк!

– Спирт я тебе сейчас дам, а что надо помочь, скажи, приходилось, – Андрей шагнул в воду, взобрался на плот, и, с легкостью оторвав крышку какого-то ящика, извлек бутылку, плотно замотанную в рубашку.

– Вот, «Спирт питьевой», – протянул он бутылку Кате, – как раз для обработки ран пойдёт, а то обычный, неразведенный, сильно сушит.

– Во дает, и молчал два месяца! – возмутился Димка.

– Я на «отходную» берёг, – мрачно проворчал Андрей, – а то если ты бы прознал, выдул бы тут же! А теперь видишь, пригодилась!

– Ничего мы сейчас коньячку, для сугрева! – Димка радостно потер руки.

– Да погоди ты с выпивкой, алкаш, дай с Колей разобраться сначала! – прикрикнула Катя, – он же бледный как смерть, помогите-ка мне его приподнять немного!

Андрей поднял голову начальника, Катя внимательно её осмотрела, ощупала:

– Вроде череп цел, шишка огромная, да и сотрясение точно есть! Надо его в себя приводить, надо чтобы очнулся!

Она поднесла к носу Николая пузырек с нашатырным спиртом и зажала ему рот, тот закашлялся, вдохнул нашатырь и открыл глаза.

– Фу, очнулся, – облегчённо вздохнула Катя, – как себя чувствуешь, Коля?

– Голова болит, сильно, и кружиться, – простонал тот.

– А ногами и руками шевелить можешь?

–  Вроде могу, – Николая попытался даже приподняться, но стоном опустился на песок. – И шея, шея болит. А так нормально, живой же! – Он даже слабо улыбнулся. – А вы-то в порядке, все живы?

– Все-все живы-здоровы, и плот цел, даже почти все вещи, – затараторил Димка, – спальники унесло, да фиг с ними! Главное с тобой всё нормально! Это Андрей тебя, начальник, на себе вплавь тащил!

– Спасибо тебе Андрюша, я как головой приложился, и сознание потерял, ничего и не помню!

– Да ладно, ладно, чего уж там, – неожиданно смутился Андрей, – а вот пару спальников-то я подобрал, течением прибило!

Катя обработала рану Николаю, наложила повязку.

– Надо его на плот отнести и положить аккуратней, кажется у него ещё что-то с шейными позвонками, может сдвиг или ушиб сильный!

– И отправляться надо, – сказал Юра, – берег здесь маловат, за дровами не заберёшься, надо дальше пройти с десяток километров, там «отвесы» кончаются и  можно в тайгу пройти!

– Это точно, но надо бы ещё бы еще пару-тройку шестов срубить, – Андрей критически осмотрел два свежесрубленных «дрына», – да и кормовое весло надо сделать, нелегко будет идти, без руля-то!

Андрей, вместе с Димкой и Витькой, пока Коля что-то тихо говорил Юре и Кате, свалили пару росших почти наклонно и чуть не падающих в воду лиственниц, выстругали шесты, смастерили кормовое весло, приколотив крышку от ящика.

– Мужики, давай для сугрева, по чуть-чуть, Коля разрешил, и отходим, – скомандовала Катя, – только вот, кажется, кружки унесло вместе со всей посудой…

– Ничего мы и «из горла» можем, – подскочил Димка, – давай я глотну, я первый, я замерз больше всех! – Димка как всегда стал дурачиться, обычное хорошее настроение вернулось к нему.

Юра дошлёпал до плота, открыл вьючник начальника и принес фляжку со спиртом.

– Ну что, «из горла», так «из горла», по глоточку, или кто сколько вместит! – потряс он фляжкой.

– Слушай, Димон, у тебя же где-то лафитничек был, – сказал вдруг Андрей, – вчера ещё хвастался, Аллу из него поил! А ну-ка тащи быстро!

– Если не утонул, то сейчас! – Димка, поднимая кучу брызг, бросился к плоту, взобрался и, засунув руку в кучу вещей, примотанных веревками, пошарил и через минуту с сияющим лицом крикнул: – Нашел, целенький!

Юра налил каждому. Они пили неразведённый спирт, запивая его из горсти водой из речки, даже Алла выпила поллафитничка, у неё перехватило дыхание, она закашлялась, и тоже подойдя к реке, долго черпала ладошкой воду.

–  Так, с пьянкой закончили, положили Колю на спальники, и понесли на плот, – скомандовала Катя, – главное, чтобы у него голова лежала прямо, не свесилась.

Андрей, Юра, Витя и Димка, расстелив два «спасенных» Андреем спальника, аккуратно положили на них Николая и, приподняв почти над головами, потащили на плот, аккуратно уложив на настил.

Николай вроде пришел в себя, Катя дала ему и обезболивающие, и ещё какие-то снадобья и он уже не выглядел так плохо и беспомощно, лицо у него порозовело, и он даже пытался приподниматься.

– Ты лежи, лежи, Коля, мы без тебя дорогу найдем, – тихо сказала Катя, – Юрка проведет.

Мужчины оттолкнули плот, и тот плавно пошел по уже тихому течению реки. Через час неторопливого хода плота, отвесные скалы кончились и, пройдя без проблем пару небольших перекатов, они причалили к берегу.

– Что ж здесь и заночуем, вещи посушим, дело к вечеру, да и ущерб оценить надо, – сказал Николай, приподнявшись на локте. – А завтра отсюда и в маршрут пройдем.

– Никуда ты завтра не пойдешь, а будешь лежать! – воскликнула Катя. – Чуть живой и туда же, в маршрут ему!

– Ладно, ладно, Катерина, не ругайся, я не пойду, ты с Юркой пройдешь, осталось чуть-чуть, работы на два маршрута! План надо выполнить! Помнишь девиз «Дальстроя»? «Умри, но сделай!». Мы умирать не собираемся, но сделать надо! Как Юрик, сделаем?

– Сделаем, сделаем, начальник, – отозвался тот, – ты главное лежи и выздоравливай скорее! Тебе ещё отчет сдавать!

Николая отнесли на берег, уложили на единственную сухую кошму, стали выносить вещи, раскладывать их, определять что потеряли, что унесло водой. Андрей с Димкой занялись дровами, надо было развести два-три больших костра, просушиться. Катя с притихшей Аллой возилась в ящиках с продуктами.

Через час, разведя два больших костра, и развесив на шестах вещи для просушки, определили, что унесло несколько спальников, две палатки, большой мешок с вещами и обувью, и ящик с почти всей посудой – кружками, мисками и ложками, осталось только ведро и котелок. Димка остался совсем босиком, и у Андрея и Вити унесло сапоги, у Юры пропала телогрейка. Сорвало крышку с ящика с крупами, макаронами и чаем, и почти всё унесло рекой, сильно промокли остатки муки и сахара, и любимая Катей овсянка, а вот вся тушенка и прочие консервы остались целы. Не пострадало и главное – вьючник Николая, а также ящик, в котором лежали, тщательно завернутые в полиэтиленовую пленку и засунутые в толстый брезентовый мешок альбомы и тетрадки Вити. Остались целы, и почти не промокли, к их неслыханной радости, и рюкзачки Аллы и Кати. Они тут же их схватили и убежали за кусты, переодеться.

– Значит так, братья-геологи, – сказал Николай, лежа у костра, – потери есть, но, в общем-то, малые, вещи спишем, не проблема, но завтра маршрут! Без обувки не пойдешь! Поэтому завтра идет в маршрут тот, у кого обувка есть! Олег отдаст свои сапоги Димке, всё равно ещё хромает, я свои ботинки Андрею отдам, у нас размер сходный. У Юрика сапоги целые остались, и у Вити кеды есть. Ну и у Кати с Аллой обувка вроде цела, высохнет за ночь, мох сухой напихают. Так что завтра остаюсь я и Олег, это понятно. Остальные разделяются, Катя идет с Андреем и Аллой, Юра – с Димкой и Витей.

– Надо придумать, чем бы ещё чем из котелка хлебать и из чего чай пить, – сказала, подойдя к костру, уже переодевшись и даже причесавшись, Катя.

– У меня во вьючнике точно кружка есть, – сказал Николай.

– И у меня есть кружечка, – пискнула, подходя Алла.

– Можно тушенку переложить из банок, обжечь, вот и кружки будут, – предложил Андрей.

– Точно, – воскликнул Димка, – мы так делали, сейчас по банке на брата слопаем, на ужин, а потом из них и чай попьем!

– Что ж предложение дельное, а вот чем хлебать-то будем? – ответил Николай.

Юра молча порылся в своей полевой сумке и извлёк ложку, ещё одна оказалась у Аллы, извлек самодельную деревянную ложку из ящика с рисунками и Витя.

–  Вот три уже есть, по очереди поедим! – воскликнул Димка.

– Сейчас я выстругаю что-нибудь, – буркнул Андрей, – для перловки и гречки сойдет.

– Нам осталось всего два дня работы, а там и Деревня. Как-нибудь перетерпим,  братья-геологи. Что скажете? – спросил Николай

– Перетерпим, перетерпим, – раздались голоса, – и не такое бывало!

– Я вот помню, – весело встрял Димка, – мы с Андреем вообще в чайнике и уху варили, и макароны, и чай заваривали, ничего больше не было, всё утопили! Помнишь, Андрюша?

– Помню, как не помнить, ты всё и утопил, – пробурчал Андрей, выстругивая ножом что-то типа ложки. – Иди-ка ты пока спальники женщинам просуши, да получше, а то болтать ты горазд, а дела от тебя не дождешься! И смотри, не сожги!

– А как же вы, мужики, спать будете, – тихо спросила Катя, – ночи-то холодные.

– Да я на плоту, в телогрейку завернусь, мне не проблема, – ответил Витька-«Йог».

– Во человек, ничего его не берет, ни вода, ни холод! – воскликнул Димка, вертя около костра спальники.

– Нормально устроимся, – ответил Николай, – лапник постелем, палаткой накроемся, кошму вам отдадим, надеюсь, что всё просохнет к вечеру, нодью пожарче сделаем, да и ночь сегодня теплая будет. Скорее всего, послезавтра дожди начнутся, небо вон, заволакивает. Так что завтрашний маршрут тяжелый, серьезный и почти последний, и сделать его надо очень хорошо! А потом ещё пройдем дальше и километрах в двадцати от Деревни, ещё чуть-чуть докончим, там на полдня работы, быстро сделаем, и всё – и в «цивилизацию»! Баня там, молоко…

– И девочки деревенские! – воскликнул Димка, а Катя шутливо отвесила ему подзатыльник.

–  Ну, кому что, только смотри, зубы береги! – рассмеялся Николай.

–  Я его не пущу, – буркнул Андрей, – привяжу за ногу, чтобы не убёг! Хватит с меня его приключений…

– Ой, Коля, что всё ты о работе, а голова-то как? – спросила Катя.

– Ну, куда ж я без работы! Работа – это «наше всё»! – рассмеялся Николай. – А голова, ну побаливает ещё, но уж намного лучше, намного! Ты мастер, и чего в геологию пошла, врач бы из тебя отличный получился!

– Да я и сам не знаю, в поле съездила пару раз, во МГРИ попала, и уже не уйдёшь, сам знаешь, затягивает, – улыбнулась Катя, – а мои навыки медицинские в геологии, ой как нужны, ведь отрядам и небольшим партиям, медсестер и врачей не полагается! Крутись, как знаешь!

– Да, были случаи, что плохо дело кончалось, когда «медицины» под рукой не было. У меня так друг погиб, давно, ещё лет пятнадцать назад, на Ямале… Живот болел и болел, а он в маршруты ходил, вроде как «поболит и пройдет». Так до больницы и не довезли, в гидроплане санитарном и умер… Гнойный перитонит… Жаль парня, толковый съемщик был…

– Ладно, не будем о грустном, и сменим тему, – вздохнув, сказала Катя. – Я тебе вечером ещё повязку сменю, и завтра утром. Думаю, через неделю голова уже болеть и не будет, но – никаких маршрутов, да и тяжести таскать тебе пока нельзя, и ещё – не кури в коем случае! А в Городе пойдешь к врачу, рентген шеи сделаешь, на всякий случай! Да и томография бы тебе не помешала бы, но это только в Москве, ну я устрою.

– Сделаю, сделаю, Катенька, спасибо тебе. – Николай погладил Катю по голове.

– Так мужики, – вдруг вспомнила Катя, – с порезами, синяками, Андрей, Димка, Олег, Витя, Юра, становись в очередь, лечить буду!

Димка, как всегда подскочил первым, и радостно прокричал:

– Давай, давай лечи меня, прикосновение женских рук уже само по себе лекарство! – за что и заработал от Кати подзатыльник и лекцию о поведении, об отношении к замужней женщине, женщине-врачу и женщине вообще.

Андрей мрачно пробурчал, что нечего его лечить, само мол, пройдет, но Катя всё-таки обработала ему несколько порезов на руках и ногах.

– Тебе завтра в маршрут, – категорически заявила она, – и чтобы к утру был здоровым!

Олегу надо было перебинтовать ногу и стертые до крови ладони, а Витя и Юра, не считая нескольких синяков, ссадин и также  содранных до крови ладоней, «почти» не пострадали.

Катя ёще раз осмотрела и заново перебинтовала голову Николаю, дала ему какие-то таблетки, велела «лежать и головой не трясти» и категорически запретила курить.

Разогрев в котелке несколько банок «Гречки с мясом» и добавив туда «китайчатины», поужинали, а пустые банки Андрей быстро обжёг на огне, плоскогубцами загнул крышки, так что получилось что-то типа ручек, обстучал геологическим молотком острые края, так что из этих импровизированных «кружек» можно было и чай пить. Самого чая, правда не было, его давно унесло рекой, но набрали ягод и листьев брусники и шиповника, и заварили замечательный «таёжный витаминный чай».

Палатки и спальники просохли, Катя дала Алле успокоительное и отправила её спать, а остальные, выпив ещё «по чуть-чуть во спасение начальника», нарубили кучу лапника, притащили два здоровенных бревна для нодьи, вообщем, провозились до темноты.

Катя ушла спать, предупредив всех, что «завтра день трудный и нечего засиживаться», остальные ещё попили чаю, покурили, но сон, несмотря на страшную усталость, «не шёл».

Только Юра, лёг прямо на лапник, подложил под голову свою полевую сумку, укрылся палаткой и захрапел. Николай, прикурив, плюнул и погасил «беломорину», сказав, что голова закружилась, забрался под палатку, на лапник и быстро уснул. Димка тут же заявил, что, вот мол, хороший способ бросить курить – это «шандарахнуться башкой», на что Андрей предложил ему провести этот эксперимент сейчас же и немедленно.

Скоро ушел спать на плот Витя, остальные ещё немного посидели у жаркого костра, покурили, выслушали несколько Димкиных баек, улеглись на колючий лапник, укрылись палаткой и скоро весь лагерь мирно спал.

Встали рано, утро было теплое и туманное, ветра не было совсем, и тут же невесть откуда появились комары. Те, кто шёл в маршрут, быстро позавтракали уцелевшими макаронами с «китайчатиной», как геологи называли китайскую тушенку, выпили чай и стали собираться.

Читать далее
Часть 3 http://kontinentusa.com/na-plotu-chast-3/

Понравился материал?
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:

Интернет-газета КОНТИНЕНТ на Facebook Интернет-газета КОНТИНЕНТ ВКонтакте Интернет-газета КОНТИНЕНТ в Одноклассниках

Автор: РЕДАКЦИЯ

Редакция сайта

Яндекс.Метрика