Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter
Главная / Общество / Девушка с характером

Девушка с характером

Говорят – есть цифры счастливые. Например, семь… Некоторые даже номер для автомобиля с тремя семерками выпрашивают – чтоб удача на дороге была! А вот, «шесть», скорее, считается числом несчастливым. У Юли Костиковой в судьбе шестерок целых три. Ничего сверхъестественного – просто родилась 6 июня 1969 года – (06.06.69). На ее женскую долю выпало множество испытаний, но она не сломалась и даже не согнулась, идет по жизни с высоко поднятой головой. На таких, как Юлия Костикова, русских женщинах, держится мир.

Юлия Костикова
Юлия Костикова

Фея справедливости

Вообще Юля с детства мечтала быть полезной Родине. Так ее учили дедушка – Лаврентий Андреевич Котенков,  ветеран войны, и мама – Надежда Лаврентьевна. Мама преподавала французский язык в Кораблинской восьмилетней школе. Там, в школе, их семья и жила – в одной из комнат школьной библиотеки. Папа работал электриком. Тогда, в детстве,  Юля часто гостила у бабушки с дедушкой в Александро-Невском. Помнит, как дедуля говорил ей, любимой внучке: «Пой, внучка, пой!», и играл на гармошке, а она пела. А еще дедушка рассказывал, как воевал на фронте, ходил в разведку, как однажды добыл «языка». И как бабушка с тремя маленькими детьми ждала его с войны. Вообще детей у  бабушки до войны родилось восемь, да время было тяжелое – пятеро не выжили. В 1943 году, после Сталинграда, дедушка возвратился к ней – раненый, но живой. Построил дом, посадил сад и  родился у них еще один ребенок, дочка Наденька – Юлина мама.

В школе Юля хорошо училась и слыла активисткой, выступала на школьных вечерах и в различных конкурсах. Кроме обычной, средней, училась еще в трех школах: музыкальной, художественной и спортивной. Хотелось успеть везде. На все хватало времени. На вопросы, как везде успевает, Юля отвечала: «Когда всем занимаешься, то везде и успеваешь!»  Особенно любила играть на скрипке. Однажды во втором классе даже «защитила» любимую скрипочку от мальчишек: те на улице попытались ее отобрать у девочки. Вцепилась она двумя руками в сшитый мамой чехол с музыкальным инструментом, и не смогли хулиганы  вырвать скрипку из рук. Уже тогда характер показывала.  На уроках рисования ее «коньком» были портреты  и натюрморты. Больше всего ей нравилось рисовать подсолнухи и ромашки. Директор «художки» Александр Васильевич Картынов даже советовал ей в Суриковское  училище поступать. А у Юли было два желания: либо юристом стать, чтоб справедливость искать, либо учителем, чтоб детей справедливости учить. В старших классах одноклассники избрали ее комсоргом класса. После этого каждое лето Юля реализовывала свой комсомольский задор в лагере актива для старшеклассников «Рубин» –  еще одной своей школе жизни. Зимой бегала лыжах, даже выполнила норматив первого взрослого разряда. И это несмотря на то, что в шесть лет,  упав с высоты, травмировала позвоночник, а в четырнадцать врачи обнаружили у нее заболевание сердца… Просто Юля всегда считала, что внешние отрицательные обстоятельства не должны влиять на внутреннюю необходимость достижения поставленной цели.

Школьные выпускные экзамены сдала легко. За успехи в учебе и примерное поведение должна была быть в числе медалистов. Медаль могла гарантировать поступление в выбранный институт. Но Юля явилась к учительнице физики и астрономии  и заявила, что хотя у нее и стоят «пятерки» по этим предметам, на «отлично» она их не знает. И заставила учительницу исправить ей оценки  на «4». У девочки было свое, особое, мнение по поводу того, заслуживает она медаль или нет. Ее мнение было учтено: оценки исправили и медаль не дали.

Испытание на прочность

А потом Юля Костикова, одна из лучших учениц школы, вопреки воле родителей, и вовсе отложила поступление в институт, и пошла помогать Отечеству поднимать сельское хозяйство. Организовала из таких же, как она, 17-летних,   животноводческое звено. Уже через день после выпускного вечера  со своим звеном она была в совхозе «Кораблинский» в селе Пустотине. Родители были в шоке. И шок продолжился, когда они  прочитали в газетах речь, которую  их дочь произнесла с трибуны областного слета выпускников школ, изъявивших желание работать в сельском хозяйстве. Именно ей – спортсменке, комсомолке и просто красавице было доверено произнести  эти слова для  молодежи области. Юля их помнит и сейчас, спустя 26 лет: «Конечно, у каждого человека есть своя мечта, своя дорога, та профессия, которую он любит. Но стоять в стороне от нужд родного государства мы не имеем права. Многие  стремятся уехать из деревни в город, а мы решили поступить наоборот. Нам говорили, что мы, городские, не выдержим, сломаемся. Но мы выдержим. Ведь на селе нужны наши руки…» Родители  так обиделись на своих детей, что не только не стали помогать им, но первое время отказались и общаться с повзрослевшими дочками-доярками. Они представляли их студентками престижных вузов, но уж никак не мастерицами машинного доения. А они, четыре хрупкие городские девчонки, добровольно приехали в забытое Богом село, жили в деревенском домике, стоящем на отшибе, вставали в три ночи и шли на ферму, чтобы доить коров, таскать тяжелые фляги с молоком и пятидесятикилограммовые мешки с комбикормом, чистить коровники и принимать появляющихся на свет телят. Каждый день – осенью и зимой, в любую погоду. На потолке спальни Юля написала крупными буквами: «Просыпаясь утром, спроси себя, что я должен сегодня сделать полезного?»

И сейчас она считает, что тогда, в далеком восемьдесят шестом, поступила правильно, начав жизнь с преодоления трудностей.

Отработав на ферме год, Юля поехала поступать на исторический факультет пединститута. Юридический ведь был далеко, а историей она увлекалась с детства. Но тут, в Рязани, Юлю ждало первое разочарование. По институтам прошла негласная команда: «Из села молодые кадры на учебу не перетягивать». В приемной комиссии девушке объяснили, что коли начала работать дояркой, то пусть и продолжает, зато через год  примут без конкурса. И… не взяли документы  на очное обучение. Это было несправедливо. Юля вынуждена была поступить на заочное отделение. Одновременно стала работать старшей пионервожатой школы, в которой раньше жила. И через год была признана лучшей пионерской вожатой области. Ее даже послали учиться в Москву, в Высшую комсомольскую школу.

Пьеса с несчастливым концом

В то время она ждала из армии своего жениха Виктора. Как бабушка дедушку, только без войны и фронта. Познакомилась с Виктором Юля еще в районном народном театре – вместе играли на сцене. Постепенно пьеса переросла в роман. Виктор служил во Владимирской области в ракетной части, запрятанной от посторонних глаз в глухих лесах. Но Юля решила навестить жениха. Добиралась от Владимира на перекладных. Встретившийся  офицер с эмблемой в виде двух пушек пожалел девушку и указал ей лес, в котором  могло находиться нужное воинское подразделение. Когда она, проплутавшая по лесу более десяти километров, явилась в расположение ракетчиков, те  вытаращили глаза – никогда никакие девчонки в их секретную часть не забредали. Виктора для встречи с невестой отпустили всего на несколько минут. И Юля снова пошла плутать по незнакомому лесу, но уже в обратном направлении. А через полтора года, дождавшись Виктора из армии, вышла за него замуж. Все было бы вроде ничего, да жить пришлось в доме мужа, а отношения с родителями не заладились. Совсем плохо стало, когда Юля забеременела. Свекор не хотел видеть в своей квартире ни Юлю, ни ее ребенка. Однажды, когда беременная невестка спала, открыл на кухне сразу четыре газовые конфорки и, не зажигая их, ушел из дома. Но жизнь показывает, что иногда, в самые сложные и опасные моменты, тебя спасают какие-те неведомые силы. Так произошло и на этот раз. Юля проснулась от непонятной жажды, почувствовав запах газа, вбежала на кухню и увидела происходящее… Обращаться с заявлением в правоохранительные органы не стала, просто ушла из дома мужа – навсегда. Пошла работать прядильщицей на текстильный комбинат. Это чтобы получить хоть какое-нибудь жилье. Ей выделили комнату в рабочем общежитии – 11 квадратных метров. Там и поселилась вместе с появившейся на свет дочуркой Аней. Муж  перешел жить к ней. Учеба в институте диктовала необходимость нарабатывать преподавательский опыт. И она устроилась работать в сельскую школу в далеком селе Никитине. Добираться приходилось сначала на электричке до станции Чемодановка, а потом идти 5 километров пешком по грунтовке. Несмотря на все трудности, выбранной профессии Юлия изменять не хотела.

Автор Дмитрий Плоткин
Дмитрий Плоткин

1995-м в районном центре открылось учебное заведение нового типа – гимназия. Туда и пригласили Юлю после окончания института  работать завучем по воспитательной работе и учителем эстетики и рисования. А жила все в том же общежитии – без ванной комнаты и с общей кухней на пять семей. Готовится к урокам и писать сценарии школьных мероприятий приходилось на общежитской кухне после того, как засыпали соседи. И так долгие годы. За это время муж пристрастился к спиртному. Опостылела видимо ему  такая неустроенная жизнь. Заработать квартиру самому не получалось. Начались семейные неурядицы и скандалы. Однажды Виктор зачем-то ночью полез на крышу пятиэтажного дома, вроде бы как ремонтировать антенну. И сорвался… Падая, зацепился за висящие бельевые веревки. Это смягчило удар. Но пяточная кость разлетелась на осколки. Отставив все, Юля бросилась помогать мужу. Нашла нужного профессора-хирурга. Тот сумел собрать костные осколки в единое целое, поставил на ногу мужу аппарат Елизарова. В связи с этим потребовалось ежедневная профилактика и беременная Юля, пересиливая неудобства, каждый день обрабатывала мужу раны, протирала спиртом спицы ортопедического аппарата, чтоб не было воспаления. И так – целый год. Окруженный заботой муж поправился… Тут родился и долгожданный сын Даниил. Глава семейства возгордился по поводу рождения наследника и вскоре сообщил, что едет в Москву зарабатывать для семьи деньги. Уехал на заработки в столицу, да и не вернулся – нашел там другую женщину, постарше, но с квартирой и «своим делом».

Беда одна не приходит

Юля осталась одна с двумя детьми. Их пришлось растить в одиночку. Помнит, как привезла мешки с картошкой, а помочь поднять их  на пятый этаж некому. Так сама  эти мешки по ступенькам и волокла. Почувствовала правда, что в спине что-то как будто надломилось. Значения этому не придала, не хотела о болячках думать. А потом и вовсе некогда стало время «тратить на глупости» – перешла работать ведущим специалистом в районное управление образования и молодежной политики. Проводила спортивные мероприятия, выпускные вечера, ездила с проверками по школам района. Окончила еще один факультет пединститута. Получила второе высшее – диплом социального педагога. Стала Почетным работником общего образования Российской Федерации. Наградили медалью «За заслуги в образовании». Жизнь вроде бы налаживалась. Но вскоре случилось очередное несчастье: в больницу с черепно-мозговой травмой доставили отца – его сбила неизвестная автомашина, когда он ехал на велосипеде на дачу. Водитель скрылся, оставив лежать отца без сознания на дороге. Жизнь ему удалось спасти, но вот память к отцу не вернулась. Вскоре он вышел из больницы и исчез. Больше его никто никогда не видел.  Мать обратилась в милицию с заявлением о  розыске. Но принятые милицией меры ни к чему не привели. Отец как в воду канул. Через некоторое время суд признал  его умершим, хотя похорон не было. Просто был человек – и нет его. И могилы  нет.

Первый год после происшедшей трагедии каждое воскресенье Юля с матерью и сестрой Ольгой ходила по ближайшим лесам, искали отца. Она понимала, что его нет в живых, но с тем, что он не похоронен, смириться не могла. Иногда думала: может, действительно, в ее судьбе дата  рождения виновата – три злополучные шестерки

Яблоко от яблони…

От навалившихся бед и одиночества Юля спасалась работой. Даже поговорка в ее обиход вошла: «Замужем за работой!» И еще пела в  вокальном ансамбле «Вдохновение». По вечерам шила и вязала вещи для детей, ночами рисовала ромашки с подсолнухами и вышивала  картины.  За это время в общежитии выросла и повзрослела дочь. Все бы ничего, но обидно было: вроде работает Юля на государство, старается быть ему полезной, а государству-то она вроде бы и не нужна. Другие дети живут в благоустроенных квартирах, а ее  – в общежитии.  Понравилась ее дочка как-то одному мальчишке. А мать того мальчика ему возьми, да и скажи: «Ты с этой девочкой не дружи, не нужны нам такие, она ведь общежитская…» Аня тогда очень расстроилась. А потом окончила школу с золотой медалью и факультет японского языка в том самом педагогическом институте, где училась мама. По субботам Аня возвращалась в родное Кораблино и ехала преподавать детям  в то же самое село Никитино, где когда-то работала Юля. И ходила те же 5 километров по той же самой дороге… История жизни дочери до узнаваемости повторяла историю жизни матери. Аня, также как и ее мама поет, играет на гитаре, побеждает в музыкальных конкурсах, рисует. Правда, получив диплом, не осталась на Рязанщине, а поехала преподавать японский  язык в Москву. Уже на втором году работы победила в окружном конкурсе молодых учителей и стала автором педагогических публикаций. За успешную работу ее  дважды премировали поездками в Японию. И это в ее 23 года.

Доброта спасает мир

За дочь Юля радовалась. Но юношеская тяга к справедливости никуда не делась. Может быть, поэтому она поступила в Рязанскую Академию ФСИН и перешла работать специалистом в Кораблинский районный суд. Тут бы жить и радоваться. Да как говорят, радость без беды не ходит. Приехала Юля сдавать  сессию и вдруг поняла, что идти на экзамен не может. Боль в позвоночнике пронзила тело, нога перестала слушаться. Сказалась прошлая травма позвоночника. Знакомый врач сделал обезболивающую блокаду и Юля смогла сдать экзамены. Но сразу после этого профессорский консилиум заявил, что немедленно надо делать операцию. Иначе сдавленный спинной мозг неминуемо приведет к парализации нижних конечностей.  Это могло произойти в любую минуту. Юлия представила себя в инвалидной коляске на пятом этаже того самого рабочего общежития. И что дальше? Сын-школьник вряд ли чем-либо сможет помочь ей. Но такую сложнейшую и дорогостоящую операцию делал только один хирург в России – Владимир Даценко и только в одном специализированном медицинском центре Москвы. Времени на организацию операции не было, денег тоже. Но мир все-таки не без добрых людей. С квотой помогли заместитель председателя областного правительства Татьяна Николаевна Панфилова и заместитель министра здравоохранения  Владимир Иванович Грачев. Они отозвались на беду Юлии и сделали для нее все возможное. Со своевременной организацией операции справился лечащий врач – хирург из Скопина Владимир Седин. И мероприятие, на подготовку которого уходят месяцы, было подготовлено за несколько дней. Сложнейшее оперативное вмешательство прошло успешно. Закончив его, московский хирург, утирая с лица пот, устало произнес: «Успели!» и рассказал, что из сделанных им примерно 700 аналогичных операций эта была одной из самых сложных…

Шестнадцать песен о любви

Возвратившись из больницы, Юля уже через месяц вышла на работу и продолжила учебу в Академии. И получила-таки свое третье высшее образование – юридическое. Вскоре после этого она была назначена ведущим специалистом суда, проще – заведующей судебной канцелярией. Некоторые думают, что ушла она работать в суд на большую зарплату. Да нет совсем, зарплата у заведующей канцелярией суда (для сведения) – 12 000 рублей. Не сильно на них разгуляешься, имея двоих детей. Но в дальнейшем Юля намеревается двигаться по юридической лестнице дальше. Чтобы продолжать приносить Родине пользу. Живет она, правда, все в том же рабочем общежитии. В 2013 году общежитский стаж ее составил ровно 20 лет. И все эти годы она продолжает стоять в различных очередях на жилье, то как молодой специалист, то как сельский учитель, то как государственный служащий… Государству Юля отдала все –  силы, ум, энергию, здоровье. И за то, что всю жизнь живет в общежитии, Юля на государство не обижается.

Как считает Юля, помогает ей жить и работать песня. Любит она  песни из репертуара Анны Герман, Майи Кристалинской, Жанны Бичевской – это еще с детства, они звучали с маминых пластинок. Но еще больше любит – бардовские.

– Вот сидишь у костра, – говорит Юлия Костикова, – дышишь лесом, поешь под гитару и чувствуешь себя на другой планете. Тогда и еда кажется  вкуснее, и сон в палатке крепче, даже комары не мешают. Всех объединяет одно увлечение, все имеют нехитрый скарб и живут в палатках. И не надо никаких коттеджей – «дым костра создает уют!» Бывала я в Москве в Концертном зале. Мне там всегда не хватало леса и костра. А на фестивале в Луховицах будто крылья за спиной выросли! И песни там были настоящие, и люди  чище душой и светлее. Бардовский фестиваль – это моя планета!

Помнит, как дедушка в детстве говорил ей: «Пой, внучка, пой!» С тех пор она и поет – на конкурсах  «Поклон тебе, солдат России», «Песни боевого братства», слете самодеятельных певцов в кораблинском селе Чигасове, бардовском фестивале «Бабье лето» в Луховицах. И на каждом из этих песенных праздников исполнительница из города Кораблино Юлия Костикова всегда становится лауреатом. А недавно она записала для всех своих друзей музыкальный диск «Эхо любви» – 16 песен о главном в жизни чувстве. И подарила его тем,  кто любит ее и кого любит она…

P.S. Когда готовился этот материал, пришла информация, что работник Кораблинского районного суда Рязанской области Юлия Николаевна Костикова назначена помощником федерального судьи.

Дмитрий Плоткин, Рязань
Понравился материал?
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:

Интернет-газета КОНТИНЕНТ на Facebook Интернет-газета КОНТИНЕНТ ВКонтакте Интернет-газета КОНТИНЕНТ в Одноклассниках
Яндекс.Метрика