Интернет-газета KONTINENT на Facebook Интернет-газета KONTINENT в Одноклассниках  Интернет-газета KONTINENT ВКонтакте Интернет-газета KONTINENT в Twitter
Главная / Культура / Анна Каренина

Анна Каренина

«Анну Каренину» если и имеет смысл сравнивать с чем-то, то с «Парфюмером» Тома Тыквера, но никак не с первоисточником. Как когда-то Тыквер взял сверх-книгу, одно из ключевых произведений немецкой литературы, где слово было всем, и перенес ее на экран, где слово, по-хорошему, ничто — так же сделали и Джо Райт с Томом Стоппардом, взяв другую сверх-книгу. И победили.

Отечественные зрители разделились на две неравные группы. Противники фильма, к счастью, в меньшинстве, но само их наличие меня немного огорчает. Претензии достаточно предсказуемы и типичны. Их две:

— книга лучше (да когда же вы уже наконец поймете, друзья, что книжка настолько же лучше фильма, насколько скульптура лучше балета — то есть, их нельзя сравнивать, даже если одно основано на другом)

— по какому праву иностранцы своими грязными руками лапают наше национальное достояние (с этим разберемся ниже)

Остальные претензии — дело вкуса, о них нет смысла и говорить. Кому-то категорически не нравится Кира Найтли, кому-то — Тейлор-Джонсон в роли Вронского. А я, к примеру, совсем не поклонник Мэрилин Монро — и что с того, разве от этого «В джазе только девушки» стали хуже или их не стоило смотреть?

Сила «Анны Карениной» Джо Райта заключается в двух вещах — в художественном решении и в сценарии (благо исходный материал требовал и то, и другое сделать на высшем уровне, а для сценариста тут столько полезного и благодатного материала, что можно два-три разных фильма про одно и то же снять).

Идешь на фильм в первый раз и волнуешься: а правда, как иностранцы намерены показать матушку-Россию? Не будет ли клюквы? (Напомню: клюква — это только для нас клюква, для всего же мира это всего лишь необходимый элемент киноязыка). И вот на экране показывают занавес, сцену, декорацию — и через мгновение любая претензия будет не по делу. Тебе заранее говорят: показать точно мы не сможем, поэтому все — лишь имитация, игра, театральная условность. Это почти мюзикл, в котором разве что не поют (если не считать искусно вплетенной в саундтрек «Березы»). Клюквы в «Анне Карениной» не больше, чем в любом российском или советском фильме о том времени.

Не буду подробно останавливаться на том, о чем уже все написали — о метафоре высшего общества, о том, что вне «высшего света» в фильме есть нормальные натурные сцены и реальные интерьеры в противовес подчеркнуто-декоративным.

Почему фильм крут и почему этого не замечают те, кто «за книгу»?

Если ты прочитал книгу один-два раза, или даже больше, ты привыкаешь к вербальной составляющей. А кроме вербальной составляющей, ничем другим книга похвастаться не может (не считая качества издания). Какой толщины «Анна Каренина»? Допустим, тысяча страниц. А сценарий? Полагаю, этот — страниц 130. Это разные вещи. Сценарий — это структура: действия и реплики, больше ничего. Весь смысл зашифрован в них. В прозе автор волен излагать и собственную точку зрения (ох, было бы ужасно, если бы в «Анне Карениной» звучал закадровый авторский текст). Из сценария уходят описания, витиеватые обороты, всякие разные словечки, в общем, тут другие задачи. Потому что главное — это то, что в итоге будет на экране. Кинематографические средства выразительности — картинка и звук, а если шире — то свет, цвет, костюмы, реквизит, декорации, музыка, речь, шумы, и, самое важное, актёры. То, что прозаик будет описывать страницу, можно показать в двухсекундном кадре, и всё сразу проскочит прямо в подсознание. Поэтому перед Томом Стоппардом, Джо Райтом и всей командой стояло две задачи: выделить в событиях и персонажах главное, выделить те второстепенные события и характеры, что подчеркнут это главное, и изложить все такими кинематографическими средствами, которые будут соответствовать прозе Толстого.

А Толстой, между прочим, — один из трёх русских писателей XIX века, признанных за пределами страны и объективно повлиявших на мировую культуру (остальные два — Чехов и Достоевский). То есть это несколько больше, чем просто русский писатель, это мировое достояние. Поэтому, кстати, все разговоры о том, можно или нельзя иностранцам его экранизировать, следует прекратить (нашим же можно экранизировать Марка Твена, Агату Кристи, Конан-Дойля, Гёте и Дюма!) Так вот, важнейшая задача при экранизации Толстого — чтобы кинематографическая выразительность соответствовала уровню. А у Джо Райта она не просто соответствует! Это Кино с большой буквы, КИНО четырьмя большими буквами. Несмотря на театральность, театра тут на самом деле не очень-то много. Операторская работа, монтаж — имманентные составляющие кино — здесь играют первую скрипку. Монтаж, звук… Музыка все тише, Анна выходит из поезда, Вронский проносится мимо, звучит четыре нотки, он обернулся, она обернулась, глаза в глаза, миг тишины — и страсть, которой только что заразились главные герои, накрывает тебя вместе с ними, ты тотчас чувствуешь то же, что и они. Филигранно выверенный ритм, полифония, сцены то совсем без склеек с какими-то безумно сложными мизансценами, то стремительная смена кадров, и каждый раз здесь всё уместно, всё точно, всё правильно. Не побоюсь этого утверждения, но мастерство Джо Райта, его владение кинематографом равно тому, как Толстой владеет словом.

Теперь о сценарии. Кто бы мог подумать, что можно так чётко структурировать такое хитросплетённое произведение. Но Стоппард сумел это сделать. Какая разная бывает любовь — она может уничтожать, может заставлять жертвовать, может сделать тебя счастливым или несчастным ненадолго или навсегда, сразу или позже. На фоне Анны и Вронского — Левин и Китти, тут же Стива и Долли. Высший свет — вот Анна, а вот Бетси. И Райту со Стоппардом хватает порой одного кадра, чтобы в нём сказать то, на что Толстому приходится тратить страницу за страницей 🙂

Итого: если кто-то считает, что в «Анне Карениной» нет той глубины, что есть в книге — тому нужно просто переключиться на чтение кинотекста, отрешившись от текста словесного.

«Анна Каренина» Джо Райта — это лучшая экранизация Толстого. Все прочие — это бледные иллюстрации, где книга — музейный экспонат. Как бы чего не потревожить, не сдвинуть с места. В результате все они в той или иной степени рождались мертвыми, включая многострадальное творение Сергея Соловьева. Сила «Карениной» Джо Райта в том, что он сделал ЖИВУЮ, эмоциональную вещь.

Цитата из фильма:

— Как в Москве?

— Провинциально.

Понимать под культурой только ее крайние проявления — всяческий андеграунд с одной стороны и классический балет с другой — провинциально. Культура — это не то, возле чего сидит старушка и кричит «руками не трогать» на всякого, кто слишком приблизится. На «Анну Каренину» не нужно идти, если из обуви вы предпочитаете музейные тапочки. Она чувственная, энергичная, современная, она вызывает эмоции, и лишь как следствие — осознание величия ее создателей и автора оригинального романа.

Для меня «Анна Каренина» — главный фильм 2012 года. Плевать, что киноакадемия ограничилась лишь четырьмя номинациями (они все, впрочем, должны быть отданы ей и только ей: операторская работа, художник-постановщик, костюмы и музыка). Это главный фильм 2012 и платино-иридиевый эталон кинематографа вообще — от драматургии до умелого использования актерского диапазона и внешности главной звезды. Я не знаю, куда тут вписать восторги от божественной хореографии, чумовой перезаписи и всего остального, но это тут тоже есть. В общем, не посмотреть это на большом экране — преступление 🙂

И стоит также прочитать рецензию Антона Долина: http://www.openspace.ru/article/795/slider/1/photo/2

Тогда как рецензию Быкова, расписавшегося в своей полной некомпетентности, читать не нужно.

 

saintvlad.livejournal.com

 

Понравился материал?
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:

Интернет-газета КОНТИНЕНТ на Facebook Интернет-газета КОНТИНЕНТ ВКонтакте Интернет-газета КОНТИНЕНТ в Одноклассниках
Яндекс.Метрика